Симптомы были абсолютно те же, и снова Ленц не знал, что можно было сделать. Он не знал, что можно было сделать не только с Эваном, но и с Джеймсом, который вел себя абсолютно понятно в такой ситуации, но все равно странно. Как только приступ у Эвана начался, Джеймс буквально прирос к месту, стоя над ним и наблюдая то, как его медленно начинает колотить. Иногда он опускал руку и гладил его по лицу, чтобы проверить температуру, иногда трогал его за руку, чтобы посмотреть, дрожат пальцы или нет, но в основном он просто стоял и страшными пустыми глазами за этим наблюдал. Но самое странное было еще впереди. Когда началось самое страшное, когда агония Эвана разошлась не на шутку, Джеймса в комнате не было. Он почти не появлялся там за все это время, по крайней мере, когда Ленц отвлекался, оглядываясь и кидая взгляды в поисках Джеймса, он его не находил. И Лейсли, которого он спрашивал об этом, говорил, что тоже не видел его. И сам Эван прекрасно понимал, что Джеймса рядом не было, и, открывая глаза, он тоже не видел его, и он не понимал, почему его нет.

- Может, позвать Джеймса? - тихо шепнул Лейсли Ленцу, когда Эван снова вцепился себе в волосы, склоняя голову к груди и согнутым коленям. Ленц дернулся, напряженно посмотрев на Эвана.

- Не надо, он прекрасно знает, что здесь увидит, - пожав плечами, сказал Делайт, скрестив руки на груди. Эдриан выгнул бровь, мотнув головой.

- Но почему тогда он не рядом?

- Потому что это Джеймс. И его не изменить, - коротко ответил Ленц, направляясь к Эвану и убирая волосы с его лица, открывая его и поднимая на себя, спрашивая его про капельницу. Он бы спросил про это у Джеймса, но ему казалось, что найди он сейчас своего Джеймса, то не узнал бы его вечно сверкающих глаз и нахального лица. И что он бы не ответил ему, а просто посмотрел бы в глаза, медленно затягиваясь и держа сигарету двумя пальцами, которые обязательно бы подрагивали.

Да, поведение Джеймса было странным, но оно было в какой-то степени оправданным. Оправданным Ленцом, но точно не Эдрианом и не Эваном, который просто хотел видеть его рядом с собой. Джеймс не чувствовал себя частью всего того, что происходило в комнате. Точнее всего этого движения. Все пытались помочь Эвану, а он ничем не мог ему помочь. Он не мог помочь ему даже дойти до ванной, потому что просто не смог бы подойти к его кровати, чтобы взять его за руку. У него будто стоп-кран срабатывал, и все, дальше нельзя. Ленц видел это, потому что выучил Джеймса, потому что любил его и знал его от и до. Даже сам Джеймс не понимал себя так, как понимал его Ленц, но даже Делайту хотелось бы, чтобы он был здесь. И как бы он ни ревновал временами Джеймса к Эвану, как бы он ни хотел, чтобы Джеймс был с ним, а не с Эваном, ему хотелось, чтобы он был в этой комнате сейчас. Но его не было. Он все не приходил, и вряд ли придет.

- Вот ты где… - проговорил Лейсли, наконец найдя Джеймса, сидящего на балконе и курящего неизвестно какую сигарету. Но Эдриан понял, что она была точно не первая. И не последняя. Джеймс медленно обернулся и покосился на ноги Лейсли, будто бы определяя по ним, кто сюда зашел. Лейсли выгнул бровь, уставившись в пустые глаза Джеймса, и подошел к нему ближе, берясь руками за перила, которые были все в каплях от растаявшего снега.

- Как он? - на выдохе спросил Джеймс, выпуская дым и глядя вперед стеклянными, вечно задумчивыми глазами. Эдриан покосился на него, чуть поджав губы.

- Ему уже лучше. Значительно лучше. Его хотя бы не тошнит через каждые пять минут и не бьет в такой лихорадке. Температура все не спадает, и озноб не прошел, но так все нормально. Кажется, отпустило, - с облегчением проговорил Эдриан, шмыгнув носом и вдохнув в себя прохладу и свежесть вечера. Джеймс ничего не ответил и только медленно, как в замедленной съемке какого-нибудь кино, поднес сигарету к губам, так же медленно вдохнув в легкие дым. Эдриан нетерпеливо стал заламывать пальцы и коситься на Джеймса, просто не выдержав и остановив свой взгляд на нем, будто чего-то выжидая.

- Ты сходишь к нему? - все же спросил Эдриан, смотря на Джеймса сверху вниз. Тот продолжал все так же медленно курить, задумчиво глядя вперед.

- Когда он заснет, тогда и приду, - сказал Джеймс, опустив взгляд.

- Почему не сейчас? - возмутился Эдриан, вцепившись рукой в холодные перила. - Джеймс, почему?

- Потому что, - быстро ответил Джеймс, дернувшись. - Оставь меня в покое, Лейсли, ладно?! - Джеймс кинул взгляд на стоящего рядом архивиста и снова зацепил губами сигарету, раздраженно вдыхая в себя дым.

- Да что, черт подери, с тобой происходит? Почему ты так резко меняешься, я не пойму? Разве ты не понимаешь, что ты…

- Эдриан! - вдруг позвал Ленц, отодвинув занавески и бордовую штору в сторону и ступив одной ногой на балкон. - Пошли, ты мне нужен, - кивнув обратно в дом, сказал он, протягивая к нему руку. Лейсли посмотрел на него и отпустил рукой перила, снова окинув Джеймса неодобрительным и холодным взглядом. Джеймс даже не взглянул на него, и Эд, дернувшись и выругавшись, подошел к Ленцу, который схватил его за руку и потянул на себя. Они вышли из балкона в теплую комнату, и Ленц оглянулся, посмотрев на спину Джеймса и его опущенную голову.

- Послушай, не трогай его, до него не достучаться так. Особенно сейчас, - спокойно сказал Ленц, посмотрев на Эдриана. Тот возмущенно приподнял брови, приоткрыв губы.

- Но я просто не понимаю… он же нужен Эвану!

- И поверь, он это понимает как никто другой, - многозначительно протянул Ленц, чуть выгнув свою выразительную черную бровь. Лейсли сдался и опустил плечи, покачав головой и тоже посмотрев сквозь прозрачную занавеску на силуэт Джеймса, который дождался наступления ночи, прежде чем идти обратно, в спальню Эвана.

***

- Слушай, это не слишком много? - Ленц выразительно посмотрел на сигарету, которую Джеймс, зажав между пальцами, поднес ко рту. Рука блондина замерла, и Джеймс, приподняв голову, своим обычным надменным взглядом посмотрел на Ленца, пару раз моргнув.

- Это первая за сегодня, - отмахнулся он, затягиваясь. Ленц закатил глаза, хмыкнув.

- А, ну, значит, прошлые три раза мне просто показались, - иронично произнес брюнет, а Джеймс нервно оторвался поясницей от пианино и прошелся медленно к окну, плотно сжимая губы и придерживая рукой локоть другой руки. День у него не задался с самого начала. Он проспал до полудня неизвестно почему, хотя Ленц думал, что это просто от нервов и хронической усталости, которой страдал Джеймс. А когда он спал дольше обычного, то всегда просыпался в каком-то странном настроении с нежеланием ничего делать и внутренней опустошенностью. Эвану сегодня было намного лучше и легче, что его, несомненно, радовало, но одновременно с этим он не знал, что происходило сейчас с ним самим. То, что Джеймс вел себя странно, понял даже он сам, особенно сегодня, когда, узнав, что Эвану стало намного легче, он стал вести себя как обычно, не смог долго находиться рядом с ним. И непонятно по каким причинам. Днем он заперся в комнате, изучая его дело, которое протер уже, казалось, до дыр, и только иногда выходил из нее, встречаясь с Эваном и быстро целуя его в щеку, продолжая заниматься своими делами или попутно разговаривая с Эдрианом, который просто действовал сегодня ему на нервы. Эвану же казалось, что он стал каким-то лишним в этой суматохе, потому что все занимались своими делами, вынужденные иногда встречаться с ним взглядами или переговариваться. Даже Джеймс целовал его и быстро приобнимал будто вынужденно, совсем неохотно и всегда куда-то спеша, при этом разговаривая и ссорясь с Лейсли и кидая какие-то фразы Ленцу. А когда пришел Крис, то Эван убедился, насколько все это выглядит заметно.

- Тебе не кажется, что он просто на тебя забил? - спрашивал Крис, сидя с Эваном в кухне и попивая кофе, зажав в руках очередную сигарету. Эван поднял на него свои большие глаза, сжав руками горячую кружку, и плотно сомкнул губы, прикусив нижнюю изнутри.

- Он никогда не забьет на меня.