- Нашел, что искал? - вдруг спросил голос где-то совсем рядом, и Джеймс, даже не успевший отойти от стола, замер на месте, округляя глаза и чувствуя, что руки перестают держать все те вещи, что держали, потому что кровь отхлынула от них и они стали кукольными и неосязаемыми. Он был в полной прострации и шоке. Поэтому не стал бежать, не стал ничего говорить, не стал двигаться вообще, замерев на месте и уставившись в сторону окон, где к нему в кресле повернулся тот, кого он меньше всего ожидал увидеть З.Д.Е.С.Ь.

- Давай уже, отходи от шока и скажи хоть что-нибудь, мы так давно не виделись, - Эдриан Лейсли поставил локти на подлокотники и скрестил пальцы, закинув ногу на ногу. - Вот так встреча, не правда ли? - он выдал что-то наподобие улыбки, хотя в темноте Джеймсу это показалось издевающимся оскалом. Эдриан, как всегда, говорил с Джеймсом своим приторным голосом, который в некоторых местах казался Джеймсу даже скрипучим. Джеймс узнал бы его голос из тысячи, потому что этого человека невозможно было не узнать. Он всегда был именно таким: хитрым, сообразительным, тихим. «Кабинет не был пуст, Джеймс. Лейсли изначально был здесь, и он просто ждал, пока ты облажаешься перед ним», - подумал Джеймс, прикрывая глаза и нервно улыбаясь. Почему-то он сейчас абсолютно ничего не чувствовал. Ни страха, ни сожаления, ни полного отчаяния. Но первой мыслью в голове почему-то был Эван. Он подумал, успел ли запомнить его глаза, ведь он их больше никогда не увидит. - Джеймс, я думал, что ты хоть о чем-то меня спросишь. А ты объявил бойкот? И что, всегда молчать будешь? - Эдриан улыбнулся и даже издал смешок, встав с кресла и сделав пару шагов к Джеймсу. Теперь их отделял стол, и Джеймс мог рассмотреть его поближе. Удивительно, но оказывается, Лейсли хорошо одевался, когда не носил ежедневно больничный халат и белые такие же штаны, следуя форме. Сейчас он был одет в черные зауженные джинсы и бежевый теплый свитер, который красиво подчеркивал его фигуру. Странно было думать о фигуре человека в такой ситуации. Странно было думать о фигуре человека, которого возненавидел за эти несколько минут.

- Лейсли, - хрипло сказал Джеймс, поднимая глаза и встречаясь своими потерянными глазами с его игривыми и бодрыми. Эдриан дернул бровями, чуть приподняв голову, вопросительно на Джеймса посмотрев, и тот, сглотнув, продолжил. - Признаться, я ожидал здесь увидеть кого угодно. Только не твою рожу.

- Зачем так грубо? Я ведь еще ничего не сделал, - усмехнувшись, сказал Лейсли.

- Да я так, заранее, - иронично пояснил Джеймс, а Эд заметил, что раньше у него эти сарказмы получались лучше. Все-таки встреча с Лейсли его надломила внутри.

- Честно сказать, я и сам не думал, что окажусь здесь когда-нибудь. Но… так вышло, - он пожал плечами, отвечая Джеймсу легко и свободно, а Кортвуд не понимал, почему тот так спокоен. И Джеймс именно за это не любил всякие тупые фильмы, в которых злодей, поймав жертву, сначала мучает ее разговорами вместо того, чтобы сразу убить. Аналогичное происходило и сейчас.

- Как «так вышло»? - нехотя спросил Джеймс, все еще сжимая в руках папку.

- Да как я тебе объясню, ты же с другого борта, Джеймс, - Лейсли посмеялся, а Джеймс вспомнил, что всегда не любил его смех, но сейчас он казался особенно противным.

- М, закрытая информация, - понимающе вздохнул Джеймс, а Эд качнул головой, сложив руки на груди.

- Ты просто мало что поймешь. Как и я вряд ли мало что пойму, расскажи ты что-нибудь о своей жизни по другую сторону завесы.

- Я бы и не стал.

- А я могу, - быстро отозвался Лейсли, не отреагировав на восклицание Джеймса. Кортвуда это задело еще больше. - Я здесь, потому что мы бываем здесь по очереди. Наши люди везде не успевают, вот и приходится задействовать персонал. Здесь круглосуточно дежурили Эрик с его подружкой. И Лидлманн. И Литоша Хэлмси. Да все тут были. Но у всех есть и свои дела, сейчас, наверно, скажу то, что будет похвально для тебя, ты устроил в лаборатории хаос, который до сих пор успокоить невозможно, - Эд усмехнулся, и Джеймс грустно усмехнулся следом.

- Я польщен. Только не это было моей целью.

- Как не это? - Лейсли улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу. Джеймс, казалось, какую минуту не чувствовал, что его сердце по-прежнему бьется. - Я думал, ты отцу отомстить хочешь, все дела.

- Поначалу я так и думал, да. Потом я понял, что есть вещи и поважнее, - тихо ответил Джеймс, мысленно готовясь к встрече с отцом. К этой тяжелой, невыносимой встрече.

- И какие же?

- Жизнь человека, которого я спас, например, - Джеймс пожал плечами и тяжело посмотрел Эду в глаза. Лейсли убрал улыбку с лица, потому что взгляд Джеймса не мог не напрягать. Особенно от осознания того, что Джеймс просто никогда раньше ни на кого так не смотрел. Он и не умел так смотреть. Эти полтора месяца его изменили, Лейсли уже заметил это в его поведении, разговоре, повадках. Что-то было в нем новое, странное, непривычное.

- Не думал, что ты заговоришь так, - хмыкнул Эд, облизнув губы. - Джеймс изменился? Или Джеймсу кто-то помог измениться?

- Люди не меняются, Лейсли, запомни это, - кинул Джеймс, посмотрев в сторону двери, - я такой же. И ты такой же. И ты по-прежнему мне противен.

- А я рад тебя видеть, - противно произнес Лейсли, и Джеймсу показалось, что на секунду он очутился в лаборатории, зажатым между стеной и Эдрианом, который снова решил к нему пристать. У Кортвуда мурашки проползли по телу от таких воспоминаний. - И возвращаясь к вопросу обо мне. Я здесь потому, что моя работа сейчас практически не нужна лаборатории. Я большую часть времени свободен. Почему бы мне не приехать в дом блудного сына Кортвуда и не подкараулить его там?

- Отлично. Круто, все ясно, - быстро проговорил Джеймс, не отпуская папку руками. Он быстро перевел бесцветные глаза на Эдриана, и тот увидел в них что-то, кроме его обычной иронии и сарказмов. В них была какая-то тонкая боль, которую увидеть дано было не каждому. А боль была из-за Эвана, который не выходил из его головы. Если бы он только мог позвонить, если бы он только мог сказать, что все будет нормально, если бы он мог извиниться.

- Наверное, тебе было бы легче, встреть ты тут Веронику Брикс, да? - усмехнулся Лейсли, улыбнувшись.

- Тебе честно сказать?

- Думаешь, она бы тебя не сдала? - серьезней сказал Лейсли, посмотрев в глаза Джеймсу. Кортвуд сузил глаза и нетерпеливо дернул головой, нервно вздохнув.

- Чего ты тянешь? Может, хватит? - быстро спросил он уже громче, а Эд приподнял брови, еще больше улыбнувшись.

- М-м-м?

- Ты уже меня сдал им? Когда сидел тут и видел, что я зашел в кабинет? Ты сдал, да?

- Да нет, я не успел, - пожав плечами, легко ответил Эдриан. Джеймса это взбесило.

- Тогда почему ты медлишь? Я же могу убежать. Или сделать что-нибудь, ты же знаешь, я отморозок. Зачем тянуть? - не понимал Джеймс, будто умоляя его сдать его поскорей, чтобы этот разговор закончился.

- Да подожди ты. Я с тобой поговорить хочу, - спокойно произнес Лейсли, подходя ближе к столу и присаживаясь на него одной ногой. - Не зря же я тебя ждал.

- Что значит «ждал»? - произнес Джеймс, отпустив куртку, которая упала на пол. Папку он отпускать не рисковал. Лейсли посмотрел на него с легкой иронией, которая обычно была присуще Джеймсу.

- Я просто знал, что ты придешь, и все. Вот и ждал. Кто ж знал, что мы пересечемся в первую же ночь моего дежурства в этом доме? Жутковатый дом, кстати, - поморщившись, произнес Лейсли. Джеймс не мог разговаривать с ним так же спокойно и легко, ведь он прекрасно понимал, что этот человек может разрушить его жизнь одним лишь действием.

- Откуда ты знал, что я приду?

- Папка, Джеймс, - сказал шепотом Лейсли, кивнув на красную папку в руках Джеймса. - Смотрю, ты тоже о ней думал. Как и я. Мне сложно выкинуть такое из головы. Особенно когда делать нечего и когда творится такой хаос, нужно хоть о чем-то думать, чтобы не сойти с ума. Вот и я, как только ты ушел, засел в архивах, пытаясь найти эту злосчастную папку.