или начинает бить артиллерия. Наших самолётов за всё время боёв мы в небе не видели. Готовясь к своему заданию, я хорошо изучил эту птичку, ведь зенитчики ПВО должны знать ТТХ, силуэты и вооружение всех вражеских самолётов. Всё так и произошло. Сделав три круга, "Рама" улетела, а в семь утра начался обстрел наших позиций - немецкая артиллерия долбит крупнокалиберными снарядами по нам и немного левее, по нашим соседям. Все бойцы попрятались, кто укрылся в блиндажах, кто-то успел занырнуть в лисью нору, кто-то просто лежит в убежище. Эти позиции их артиллеристы прекрасно знают, как и знают, что этот узел обороны прекрасно укреплён и приспособлен для круговой обороны. Между взрывами снарядов видно, как немецкая пехота начинает сосредотачиваться у леса.
Полчаса назад в роту добрался раненый боец посыльный и на словах принёс приказ, из которого следовало, что наши планируют сегодня в полдень начать наступление, в котором собираются задействовать танки.
Нам поставлена задача - продержаться до наступления, а после поддержать атакующие цепи своим огнём. А немцы совсем близко, уже провели перегруппировку и готовы ударить. Но атаковать стали наших соседей. Эсэсовцы, при поддержке полевых орудий и миномётов, выбили десантников из 270 СП, дошли прямо до развилки дорог в селе Ивановское, забрали обратно бетонную дорогу, вплотную подобрались к ж/д насыпи дороги на МГУ. Мы как могли, сдерживали наступление эсесовцев, прикрывали фланги и остались на своих позициях, но попали в полуокружение.
Ровно в полдень из-за реки начали бить наши гаубицы. Пушкари стреляют явно наугад по квадратам. Толку от такой стрельбы очень мало - огонь не эффективен, противник цел и невредим. Наше командование придумало что-то новое - "химики" начинают ставить дымовую завесу. Видим, как начал стелиться густой, плотный серый дым, который ветерок подхватил и погнал в сторону МГИ. Один из бойцов доложил ротному командиру, что разглядел шесть наших танков с десантом на броне. Действительно слышен шум от работы мощных танковых двигателей. Дойдут ли? Потеряв один танк, грозные машины, лавируя между воронками, благополучно проскользнув между остовами танков, подбитых ранее, ведя огонь из своих орудий, благополучно добрались до насыпи у ж/д переезда, немного не доехав до перекрёстка бетонной дороги и дороги на Никольское, остановились для выяснения обстановки и чтобы осмотреться на местности.
Из-за дымовой завесы видимость плохая, всё небо в дыму, пехоту не видно, где-то сзади раздаётся шум боя. Танки рассредоточились, укрыв за насыпью свои высокие корпуса. Спустя некоторое время, танкисты, следуя какой-то своей логике, повернули свои махины в сторону развалин кирпичного завода, преодолели насыпь и выехали к дороге. И тут опять случилось не поправимое. Ударили немецкие орудия с позиций в районе деревни Покровки. С первых же выстрелов их артиллеристы подбили два наших танка, ещё спустя минуту сбили гусеницу третьему и он стал хаотично вращаться кругами, пока второй снаряд не попал машине в борт. Уцелевший экипаж одной из машин попытался потушить из огнетушителей свою машину, но был перебит немецкими солдатами. Три танка минус! Четвёртый танк стал медленно пятиться назад, левой гусеницей угодил в глубокую воронку, сел днищем на край воронки, правая гусеница зависла в воздухе. Пятой машины из-за дыма не видно...
Видя успех своих артиллеристов, немецкая пехота тоже решила отличиться, по ходу они задумали выбить "иванов" подальше от Покровки, скинуть за насыпь и, при самом хорошем раскладе, отогнать за овраг. Для начала на нас обрушился огонь миномётов, огненный вихрь осколков буквально засыпал наши позиции. Затем в атаку поднялись пехотинцы в мундирах из зеленовато-синего сукна с имперскими орлами на рукавах. Нашу траншею атаковало не менее роты солдат. Нас мало, отбиваемся, как можем, стараемся не подпускать их на расстояние гранатного броска, внезапно замолчал "танковый Дегтярёв" сапёра. Приходится часто менять позицию, бью короткими очередями, экономлю патроны, держу под прицелом ещё и сектор замолчавшего пулемёта. Внезапно из дыма возникает силуэт нашёй КВ-шки. Это пятый танк подошёл прямо к нашёй траншее, остановился, замер на какие-то секунды, а потом, поворачивая в разные стороны ребристую башню, открыл огонь по наступающей пехоте из орудия, почти сразу же в дело включились два танковых пулемёта. Танкисты ударили картечными снарядами и буквально смели с земли атакующую нас немецкую цепь. Потом орудийные выстрелы зазвучали в расположении позиций ротных миномётов противника.
Ещё не до конца смолк вражеский огонь, а танк уже двинулся к той машине, что лежит на боку. Мы видели как двое парней в танкошлемах на головах и промасленных темных комбинезонах быстро выскочили из своего танка, отцепили трос и с ним в руках подбежали к заваленной КВ-шке и стали крепить конец троса к корме машины. Третий танкист тоже вылез из танка и резво что-то забросил в сторону противника.
Э, да это он зажёг дымовую шашку! Молодец парень, сообразил, что своих прикрыть надо! с восхищением в голосе произнёс кто-то из бойцов, тоже следивший за действиями танкистов.
Брошенная шашка разгорелась и начала дымить. Этот же танкист подбежал к лежащему на боку танку, постучал чем-то железным по броне и, видимо, что-то сказал, т.к. из-под танка вылезли ещё двое, в таких же комбинезонах, достали второй трос и тоже начали крепить его к корме танка. Свободные два конца троса танкисты прицепили к пятому танку. Даже в траншее было слышно, как сначала взревел один танковый двигатель, стали видны клубы поднимаемой выхлопными газами песчаной пыли, а потом удалось запустить и второй двигатель. Дальше пятый танк потихоньку начал движение назад, троса натянулись как струны на гитаре, опять взревели моторы, попавший в воронку танк был освобождён из воронки и оба танка покинули нас. Мы откровенно порадовались за наших танкистов! Этот пятый танк выручил всех! Наступило затишье, ветер гнал в сторону леса серый дым от шашки, кое-где звучали одиночные выстрелы. На этот раз мы тоже отбились! Наше общее наступление опять не удалось. Подсчитав потери, командир роты понял, что такую длинную, растянутую траншею нам больше не удержать и, чтобы не оказаться в окружение, он принял решение отойти на наши "старые", более удобные для круговой обороны, позиции перед насыпью и за оврагом, которые рота захватила пару дней назад. При отходе нелепо погиб последний командир роты...
Лейтенант покидал позиции почти последним и, на расчищенном от мин проходе, случайно сделал шаг в сторону и попал на противопехотную мину. Получив тяжёлые ранения в обе ноги и в живот, не желая мучиться, парень выстрелил из ТТ себе в висок. От роты осталось в живых всего двадцать два человека. В старых траншеях было всё по-старому, лишь только