Чтобы не плутать и не терять время отловил местного, из тех, что хорошо знают город, и за доплату тот согласился поработать гидом. С ним я не прогадал, оказалось, действительно выводил к нужным спецам. Сначала к кузнецам, где я разместил заказ на медные листы, к сожалению не прокатные, а кованные. Других не было, так хоть эти. Оплатил материал полностью и половину за работу. Количество листов указал с запасом. Потом прошёлся по оружейным мастерским, размещая заказы на детали для пушек и мушкетов. Мне нужны были кремневые замки для них. Чтобы оружейники не поняли что я заказываю, разместил детали у разных спецов. Кремний купил на рынке. Я там бумагу покупал с чернилами и пером, рисовал на них детали для оружейников. Понятно что потом придётся напильником поработать, доводя замки до идеала, но я этого ожидал, пусть хотя бы заготовки сделают.

Под конец прикупил в одной из мастерских, что занимаются пошивом парусов по заказу, нормальный плотный шатёр из парусины пропитанный неизвестным мне составом, внутри шатёр был оббит шерстяным полотном. Ветер фактически не продувал его. Мне понравился, тот был не крупным, среднеразмерным, хотя для меня всё равно великоват, но к нему в комплекте я взял небольшой шатёр, малый. Летний из лёгкой парусины, для одного самое то и весит немного. С первым шатром в комплекте шли длинные прочные шесты, что его удерживали, тоже их взял, уже прикидывая как сделать их складными.

Вечерело, вернуться к деревне корабелов я не успел, поэтому сняв номер в трактире, заночевал в нём. Покупки занесли в номер.

Утром, позавтракав внизу, оставив покупки пока в номере, продолжил ходить по городу, теперь гид мне не нужен, город был не таким и большим, уже освоился. Заказал крепления для шестов шатра, ну и остальное по мелочи, как для себя, так и для баркаса. Потом к обеду наняв крупную лодку, на своей долблёнке я всё не увезу, вернулся к деревне. Баркас как стоял на половину вытащенный из воды со снятым такелажем, так и стоял, ожидая когда до него дойдут руки, так что после разгрузки я сам поставил шатёр у арендованного сарая, груз внутри был цел, строжки не тронуты, и занялся приготовлением обеда. Около шатра сделал очаг и стал варить похлёбку. Столоваться в деревне я отказался. Сегодня отдыхаю, заказы пока всё равно не готовы. А завтра-послезавтра вернусь в город и заберу, после чего займусь модернизацией оружия, пока баркас дожидается своей очереди.

Ходовые испытания баркас прошёл хорошо, устойчив, правда, осел немного в воду, хотя был полностью разгружен, но это ещё ничего, вполне нормально. Свою задумку с медными листами я исполнил. Мне не грузы возить и не товар, размеры трюмы не существенны. А о своей безопасности я старался заботиться. Бригадир корабелов, что так же присутствовал на борту, с интересом наблюдал за моими манипуляциями, как я бегаю от румпеля и поднимаю паруса. Крутиться по Темзе было не сказать что удобно, мало того что не везде моё судно пройдёт, сесть на мель можно как нечего делать, да ещё судоходство тут было. Не скажу что приличное, но было. А подмять под себя какую-нибудь лодочку с седоками не хотелось.

Почти пять часов на проверку ушло, даже вышел в открытое море. Там как раз приличное волнение было, такое испытание тоже нужно. Тут же выяснилось что бригадир может быть корабел и знатный, но вот моряк никудышный. Если я только радовался, поглядывая по сторонам, то видел лишь его филейную часть, тот перегнувшись через борт, травил не переставая. Чуть-чуть его отпустило, когда мы снова в Темзу вошли и, наняв лодочника, ветер не попутный был, на буксире лодки пошли вверх по течению. Шесть гребцов вполне справлялись с этой работой. Тут такие буксировщики обычное дело, торговые суда поднимают к Лондону, денежку зарабатывают. Кстати, даже по местным меркам у меня была если не лодка то небольшое судно. Это для моего глаза у меня баркас как баркас, хоть и большой, а для местных жителей, вполне себе крупное судно. За триста тонн суда считались гигантами. Бригада корабелов, что занималась моим баркасом, строила суда заметно меньше. Работа им была немного не привычной, да ещё тип постройки незнакомый, но работали охотно и с огоньком. Тем более, пока этот месяц судно находилось на стапеле в полуразобранном виде, я от них не отходил. Те могли действительно закончить недели за три, но так как я часто вносил поправки, работа затягивалась. Однако за работу я щедро платил, так что особо роптаний не было, делали всё, что я сказал. Причём вот этот бригадир, а он по местным меркам инженер-кораблестроитель. Хотя никаких знаний не имел, опыт получил, начав работать мальчишкой на верфи, своим умом поднялся. Так вот этот бригадир сразу принял меня за своего, корабела, и чем дальше и постепенно модернизировался баркас, тем больше он убеждался в своей правоте и относился ко мне со всё большим уважением. Ну а когда баркас прошёл ходовые испытания, всё на месте, даже волнами что били в борта, медные пластины не содрали, как тот пытался предречь, покрашенные в цвет дерева, я вообще вознёсся для него на небывалую высоту в качестве кораблестроителя. Для местного времени многое из того что я применял, действительно было новаторским. Кстати открытую палубу в районе мачты, а она у меня теперь усиленная, застелили, так что палуба у меня теперь была сплошная с люками, что вели внутрь судна. Кормовых надстроек не было, ровненькая. Что раньше мне не нравилось, отсутствие бушприта и носового паруса, которые заметно увеличивает манёвренность судна. А теперь бушприт у меня был, такелаж немного изменён, но главное манёвренность повысилась, в чём я убедился, ещё маневрируя на Темзе, а на водах пролива только закрепил это своё убеждение.

Когда баркас подошёл к пристани, бригадир тут же покинул судно. Целовать землю от счастья тот не стал, но лицо счастливым от возвращения у него было, это заметно невооружённым глазом. Задерживаться в Англии не хотелось, местные порядки мне не понравились, да и то, как тут живут местные, тоже. Думаю, причинам в том, что я не подхватил местную болячку, которые вокруг летают, так это в том, что мылся каждый день, часто сам омывался и содержал себя и одежду в чистоте, как в принципе и место своего проживания, шатёр. Даже то, что готовил для себя сам, могло сказаться, а вот в Лондон я не ходок больше. Тем более всё, что надо купить, купил, и занимался модернизацией своего судна, когда из Лондона донеслась курьером паническая весть, начался мор. Жуть. Я после этого быстренько помылся, с мылом у меня проблем не было, купил жидкое ещё в Индии, а местные ничего, почесались, оставляя на коже грязные разводы, и выставили охрану на въездах, так что когда потянулись жители, спасаясь из столицы, их выпроваживали, зараза в деревне никому не нужна. Мол, идите дальше, там вас встретят и обогреют. Может быть. Раньше я думал, что сантиметр грязи это не грязно, а два сантиметра, само отпадёт, это такая шутка. Теперь при этих словах я не смеялся. Тут даже женщины, у которых в подкорках вбито, что нужно держать тело в чистоте, ходили с таким амбре немытого тела, что меня постоянно тошнило. Я так и не смог привыкнуть к этому, даже во время ремонта судна, старался быть с подветренной стороны, потому что воняли местные строители, так что глаза слезились. Да, я тут считался изнеженным юношей, не смотря на постоянные тренировки с саблями, но перебороть себя не смог. Общение с местными старался свести к минимуму и ничего без предварительной чистки из их рук не брал. Наше общение начиналось и заканчивалось только при работе над баркасом, больше с ними отношений я не поддерживал. Не то чтобы не хотел, нормальные люди, вонь едва терпел, а местные снюхались видимо. Привыкли и не обращали внимания, вши только ловили и давали. Гадость. Думаю, то что мой арендованный склад и шатёр стояли немного в стороне, помогало, ничего не подхватил, да и тренировками занимался интенсивно, лишь деревенских мальчишек собирал, да девушек. С последними у меня общения не было. Просто тупо брезговал. С виду вроде ничего, но подойдёшь или от вони тела сознание потеряешь или от вони изо рта. Кстати, теперь понятна улыбка Моно Лизы, пеньки гнилых зубов скрывала.