Вот после шторма я занимался делами, полностью осмотрел и переработал трофеи, все трофейные запасы свинца пустил на картечь для пушки, более того сделав деревянные формочки отлил нормальные свинцовые ядра для кулеврин, по два десятка на каждую, а также запас картечи. Картечь для кулеврин имела куда меньший размер, чем для пушки, я их в разных бочонках хранить стал. Для тех же кулеврин вырезал в бортах отверстия-держатели, чтобы их можно было ставить и использовать, всё же стрелять с рук я бы из них не рискнул, в одиночку едва удерживал на руках, тяжёлые заразы, отдача точно собьёт меня с ног. Также занялся лафетом, так как взял запас материала с каракки, вот и сделал его вроде того что у меня раньше был. Теперь осталось установить кремниевые замки на пушке, кулевринах и некоторых ружьях. Большая часть была подготовлена к продаже, но шесть ружей я отложил, переделаю приклады, а то вместо нормальных хрень какая-то, ну и замки сделаю, убрав фитили. Эти ружья имели одну особенность, что мне понравились. Они были новыми, но главное имели широкое дуло как у воронок. Это чтобы на качающейся палубе или в седле коня засыпать порох и свинцовую дробь. Хорошее оружие неплохой выделки, так что оставлю их себе на случай контрабордажа. Неплохо иметь отличную огневую мощь, противник в этом случае смертельно удивиться.

Холодное оружие тоже всё перебрал, себе отложил два кинжала, четыре сабли, палаш и ятаган, очень неплохие кузнецы их делали, остальное приготовил к продаже. Отмыл, почистил и смазал. Одежду перебрал, даже ходил в одной целый день, привыкая к ней, тут тоже надо уметь носить. И вот приготовив горячий завтрак на берегу, чтобы так же и на обед хватило, его я проведу в открытом море, поел и, подняв якорь, покинул бухту. Моё путешествие, которое вдруг порадовало отличными трофеями, продолжалось. Ветер был попутный, иначе из бухты бы выходить не стал и тот позволил мне, войдя в Ла-Манш, направиться к берегам Англии. Путешествие длилось три дня, пока не показались берега Британии. Вернее я их второй день видел, но мне нужно было русло Темзы. Направлялся я в столицу Англии. Рыбаков хватало, да и судовождение в этих местах было куда активнее, чем у берегов Франции или той же Португалии. Ко мне никто не проявлял интереса, что меня полностью устраивало, наконец, показалось русло, проверка навигационным инструментом и расчёты показали, что я не ошибся. Так что свернул к берегу, уже к вечеру я подходил к отдельному деревянному пирсу, где скучал какой-то шаромыжник в обносках. Оказалось, пирс частный и за стоянку надо платить. Уплатил пока за три дня и, покосившись в сторону местного чиновника, что собирал налог, тот шёл к пирсу энергичным шагом в сопровождении слуги, осмотрел окраины города, и задумчиво протянул:

— Да, это даже не задворки цивилизации, это хуже. Надеюсь в центре города ситуация получше, кажется там дальше виднеются даже каменные дома.

От созерцая лачуг бедноты и покосившихся портовых складов, только два из них выделялись своей новой постройкой, меня отвлёк подошедший местный чиновник. Уточнив, собираюсь ли я что продавать и, получив утвердительный ответ, назначил размер подати и выдал кожаную бирку с вычерканным рисунком. Эту бирку требовалось сдать перед уходом. В общем, налог на торговлю мной получен, так что я кликнул шаромыжника и, кинув ему мелкую медную монету, приказал привести торговца, что занимается скупкой не определённого товара, а всем что придётся, то есть торговца-перекупщика. Сам шаромыжник мало того что собирал плату за использование хозяйской пристани, так же ещё оказывал услуги по охране, за охрану моего баркаса и лодки я ему уплатил, пусть сторожит. Правда вид его не вызвал доверия, глаза слишком бегали, однако ничего, надолго покидать баркас я не собирался. Чуть позже переберусь куда-нибудь на другое место. О, обязательно нужно купить шатёр взамен утраченного, спать в нём куда лучше и теплее чем на борту даже утеплённого судна.

Вернулся шаромыжник с упитанным мужчиной в хорошем костюме, но главное тёплым шерстяном плаще. Мне немедленно захотелось стянуть его и надеть на себя. Ветер не радовал, пронизывал до костей. У испанцев тоже плащи были, но ни одного целого добыть не удалось, все были испорчены в сражении. Осмотрев внимательным и опытным взглядом мой баркас. Отметины от картечи, как и чиновник тот приметил сразу, однако прежде чем начать осмотр товара тот спросил, имею ли я на разрешение на торговлю. После того как предъявил кожаную бирку успокоился и повеселев приступил к торговле. Взял он всё, что я выставил на продажу, продал за четверть цены меньше, но зато не был занят проблемами с продажами. Этому же торговцу я заказал два плаща по размеру, и тот пока шла разгрузка и погрузка на его повозку, действительно через одного из своих проехавших с повозкой слуг доставил заказ. Хорошие плащи, с подбоем, ветер не пропускают. Я сразу же одел один.

После того как торговец отъехал, я занялся перекладкой своих вещей, всё же груз сняли, появился заметный деферент на нос. Пушка влияла. Кстати, на чехол что её бесформенной кучей прикрывал, торговец тоже поглядывал с интересом. Даже предложил купить, но я отказался. Закончив с делами подозвал местного мальчишку-побирушку и отправил его в ближайший трактир с заказом доставить горячий обед. Тот проделал работу хорошо и получил за это плату, кусок пирога. Уже вечерело, да и я под вечер к пристани подошёл, так что, приведя палубу в порядок, заперся у себя в каюте и спокойно уснул.

Ночью вроде был вскрик. Однако осмотр ничего не показал, а утром посмотрев с понимающей усмешкой на прихрамывающего шаромыжнкиа, стал убирать колючки с палубы, парочки не было, да и следы крови были на палубе. Помыв её, снова заказал горячей еды, угостив мальчишку-посыльного, в этот раз шаромыжнику ничего не досталось, крыс я не любил, стал расспрашивать местных мальчишек. Те знали многое, где находятся корабелы тоже, так что отойдя от пристани я направился вверх по реке. Кораблестроители располагались чуть выше. Больших кораблей тут не строят, но суда вроде моего баркаса им вполне по силам.

К двум причалам подходил, рядом с которыми были сходни и на брёвнах стояли каркасы будущих баркасов, однако договориться не смог, много работы, заняты. В третьем случае посоветовали двигать дальше, мол там у соседней деревушки как раз заканчивают постройку очередного судна, спускать на воду готовиться, могут и взять мой заказ, хотя их у корабелов было на год вперёд. Однако у меня ремонт, быстрее сделать можно. Подсказка помогла, нашёл стапель и старшего корабела, тот выслушал мою просьбу внимательно изучил баркас и что-то подсчитав уме, глядя в хмурое небо, кивнул, сообщив:

— Через три дня возьмёмся. Сделаем всё, что наговорил, хоть это и необычно, только материал сам закупать будешь.

— Без проблем, — легко согласился я. — Главное чтобы корпус был укреплён и швы не расходились вовремя тряски.

— Делали уже подобное, знаем свою работу, — кивнул тот.

Вот дальше началась торговля, яростная, до хрипоты. Тут пришлось постараться, чтобы не казаться, что денег у меня куры не клюют, так что торговались за каждый пятак, пока не ударили по рукам. Мне удалось так же договорится об аренде одного из сараев, не лодочный, я тут лодочных ещё не видел, видимо не применяют их, так хранят, а сарай нужен для разных вещей с лодки, паруса и всего железа. В общем ценное хранят. Наняв двух грузчиков из местных, я за сутки полностью освободил баркас от груза и моих личных вещей. Всё складировал в пустой склад, запер на свой замок, трофей с каракки, он раньше на арсенале висел, а ключ был у капитана на поясе.

После разгрузки, уплатив корабелам половину суммы за работу, забрался в свою лодку-долблёнку и, подняв парус, стал скользить вниз по течению, возвращаясь к Лондону. Нужно много что закупить, этим и займусь, на и заказы размещу на местных предприятиях, если они ещё существуют. Спускался недолго, тут всего миль двадцать, дольше поднимался и работников искал для модернизации баркаса. Подойдя к знакомому пирсу, у меня тут ещё два дня оплачено, оставил лодку, велев шаромыжнику присмотреть за ней и положив ладонь на рукоятку правого шашки, энергично зашагал в сторону центра города. Судя по дымам, именно там располагались предприятия, так могли дымить только кузни или производственные печи.