Галина Ивановна сидела на стуле и, сложив руки на стол, испуганно вздыхала. Женя чмокнула растерянную Галину Ивановну в колпак, а в голове повара представилась несчастная юдоль запеченной форели. По её умозаключению именно она первой полетит со стола, когда громила от легкой артиллерии закусок перейдёт к тяжёлой артиллерии горячих блюд в объёмных посудинах. Эта кошмарная мысль заставила Галину Ивановну беспомощно вцепиться в колпак и сбросить его с головы на столешницу.

– Столько трудов ради одного скандала, – с досадой буркнула она.

– Нам ничего не остаётся, как продолжить оборону, – посмеялась Даша, когда Женя ушла.

Глава 12

– Не держи меня, он перешёл все границы! – кричал разъяренный художник.

Сергей пытался удержать Никиту, заслоняя путь к пострадавшему своей мужественной грудью. Илья поднял с пола в конец опьяневшего Грановского, абсолютно не понимающего, как из уверенного вертикального принял строго горизонтальное положение. Капли алой крови с его носа падали на кафель, создавая этюд картины «Концепция пространства, ожидание» ⁷. Эля зарыдала, закрыв трясущимися руками побелевшее от испуга лицо. Милана обняла подругу и отвела в сторону, уговаривая успокоиться. Таня принесла ей воды, а Настя нависла над барной стойкой, требуя лёд для побитого парня.

– Да что он вообще о себе возомнил?! – кричал Никита. – Я прошу тебя, отойди!

Он ещё долго оказывал сопротивление другу, но Сергею всё же удалось затолкать разгоряченного защитника в мужской туалет.

– Дружище, да что ты творишь?! – Сергей хорошенько встряхнул Никиту за грудки. – Остынь ты наконец!

Лихорадочный озноб постепенно отступал, расслабляя сжатые кулаки Никиты. Он повернулся к зеркалу. Глаза светились нездоровым блеском, от пунцовых щек исходил жар, и могло показаться, что Никита перенёс на ногах грипп. Открыв кран, он умылся, а вместе с убегающей холодной водой покидала и овладевшая им злость. Никита расхохотался истерично, со злодейскими переливами в голосе, продолжая созерцать несвойственное ему отражение в зеркале. Сергей настороженно посмотрел на друга.

– Слушай, Ник, заступиться за оскорбленную девушку – поступок весьма благородный, но обязательно было учинять разбирательство на кулаках? Можно было для начала провести воспитательную беседу.

– Серый, это она… Понимаешь?! Она! – бредил Никита, продолжая истерично посмеиваться.

– Не понимаю. Кто?

– Моя незнакомка! Это моя незнакомка! Я должен с ней поговорить! – сказал он, направляясь к выходу.

Но проницательный Сергей и не думал на том заканчивать, потому остановил его рукой.

– Ник, ты сознаешь, что разбил нос Максиму Грановскому? Он ведь не только твой друг, а ещё и непосредственный начальник – самый вспыльчивый человек, которого я знаю! Соответственно, что из этого следует?

Спрятав руки в карманы, Никита стоял напротив товарища и молча переваривал сложную информацию для окрыленного тела.

– А то что двери в «Design and Style» отныне для тебя закрыты. Считай, ты уволен – это во-первых. Дружбе вашей конец, это во-вторых. И не обижайся, будь он трезв, тебе бы пришлось несладко, это в-третьих. Я не спрашиваю, почему ты не сделал Эле предложение, теперь итак ясно, но ты испортил девушке праздник, поступив с ней ничуть лучше, чем Грановский с твоей незнакомкой.

– Дружище, ты как всегда прав. Но я не стану извиняться перед Максом! Его неадекватное состояние не оправдание хамству. Пойми, я полгода старался забыть её – не получалось. Я искал и не находил. И, наконец, когда отпустил ситуацию, смирился, уговорил себя на брак с пустышкой, которую выносит лишь родной отец – она сама ко мне пришла! А какой-то дикарь, богатенький ублюдок, в которого превратился наш друг, оскорбляет девушку моей мечты. Неизвестно, что он мог бы позволить себе, не останови я его. Я не стану преклоняться только потому, что перед ним в долгу из-за работы. А насчёт Эли… Так было задумано. Теперь наши отношения можно считать расторгнутыми. Ведь после такого позора перед своими друзьями она меня и близко к себе не подпустит. А разочарование поможет не страдать из-за разлуки; всё-таки ужаленное самолюбие куда важнее её чувств ко мне.

Вбежала перепуганная Софья, запыханная и бледная, как мел.

– Ники, ты в порядке?

Никита громко рассмеялся.

– Соф, между прочим, ты зашла в мужской туалет!

– Да какая разница! Всё нормально?

Она обхватила ладонями его лицо и стала осматривать на наличие повреждений.

– Не переживай. Скажи лучше, кто та девушка, которая подарила торт?

Софья смотрела с удивлением, не понимая, какое это имеет значение в ту минуту.

– Это Евгения Жукова, – ответила она, – хозяйка кафе. А что?

– Ты можешь позвать её? Я нашёл свою незнакомку, и зовут её Женя!

Оторопев, Софья приложила пальцы к губам, а её синие глаза округлились.

– Наша Женя? Серьёзно? Та, из-за которой ты убивался – наша Женя?! Да она каждый день была со мной, а ты считал её без вести пропавшей! Ну дела! А я как раз хотела вас познакомить. Я ей говорила, что брат придёт на банкет в качестве гостя. Но, к сожалению, она уехала по срочному делу.

– Опять срочные дела разлучают нас, – Никита улыбнулся и весело подмигнул сестре. – Ну ничего, на этот раз я её точно не потеряю!

Глава 13

Банкет закончился, толком не успев начаться. Пока трое вели беседу в туалете, Илья погрузил в салон автомобиля пьяное тело Грановского, и машина скрылась за стеной проливного дождя.

Эля даже вообразить не могла такого сценария организованному празднику. Разочарованная и грустная, она сидела, выпивая один бокал шампанского за другим. Однокурсницы развлекали её воспоминаниями о студенческих годах, но ей было не интересно. Она выпятила вперёд губы, а на каменном лице под глазами появились чёрные подтёки туши. Плакать в свой день рождения Эля не собиралась, но судьба уготовила ей иную роль. Роскошь внешнего вида именинницы испарилась вместе с хорошим настроением. И только одна Милана, понимающая, почему подруга в таком трансе, сочувственно глядела на неё. Эля старалась не встречаться с ней взглядом. Ей было стыдно за неоправданное хвастовство.

В конце зала показался силуэт Краснова, а следом вышли Никита и Софья. Никита подошёл к Эле сзади и обнял её. В зале воцарилось напряженное молчание. Эля гордо расправила спину, а глаза её увлажнились.

– Прости, я не хотел, чтоб всё так вышло…

Она ничего не ответила и, смахнув побежавшую по щеке слезу, положила ключи от своей машины рядом с тарелкой Миланы.

– Отвези меня, пожалуйста, домой.

Милана кивнула. Эля накинула болеро и вышла на улицу, а следом удалились Милана и разочарованные гости. Никита потёр гладкий подбородок, наблюдая в окно, как стремительно удаляется белый Lexus.

– Теперь она навсегда забудет меня.

Глава 14

Никита ошибался. То взыграло пьяное самолюбие, которое выветрилось с запахом алкоголя. Сергей приютил друга у себя на ночь. Никита проснулся рано утром в прекрасном настроении и принял душ. Дома никого не было. Телефон спокойно лежал на столе. В левом уголке моргал индикатор: светились девятнадцать пропущенных звонков и несколько сообщений Эли следующего содержания:

«Перезвони, нам надо поговорить!»,

«Значит, вот чего я стою в твоих глазах? Зачем ты так со мной?!»,

«Ну и отправляйся на все четыре стороны, надоело за тобой бегать!»,

«Любимый, прости… Ты позвони, мне очень плохо!»,

«До чего ж ты бессердечный, ненавижу тебя!»,

«Ник, не изводи меня, прошу поговори.».

А также голосовое сообщение от стационарного мобильного офиса Грановских: