Лорд Эреной покачал головой.

- Хейли не потерпит обмана. И ей будет тяжело узнать, что все это время она общалась не с тобой, а с маской.

- Это не было ложью! - раздраженно рыкнул дракон. - Она все поймет потом!

- Только вряд ли сумеет простить… отпусти ее, пока не поздно, - неожиданно попросил инкуб. - Не рви душу. Не ломай под себя.

- Чтобы она досталась ТЕБЕ?! - так же неожиданно зашипел дракон, отчего у меня на душе стало горько. - Этого никогда не будет! Хейли - моя! Запомни это!

- Нет, - тихо ответил лорд Эреной, твердо посмотрев на взмывшего вверх призрака. А я внутренне сжалась: сразу вспомнился Сай и его отношение к Лане. Теперь и обо мне заговорили, как о вещи. Полезной… чтоб ее… собственности, которой я так не хотела становиться! Неужели это сказал мой Рэн?! Впрочем, а был ли он когда-нибудь моим? - Она с тобой… пока что. Но даже она заслуживает право выбирать.

У Рэна из пасти вырвался целый веер снежинок, закрутившихся в стремительном вихре.

- А ТЫ дал ей выбор?! Когда предлагал стать донором? Когда пил ее душу? И когда чуть не убил на той крыше?!

Лорд Эреной угрюмо промолчал, а у меня на душе стало совсем мерзко. Кажется, не только Рэну есть, о чем мне рассказать. И не только он скрывал от меня какую-то неприятную тайну.

- Ты свое время упустил, - уверенно заключил дракон, не услышав ответа. - Хейли все равно моя. Тебе нечего ей предложить.

У инкуба ощутимо напряглись плечи.

- Ты прав: Пламя - не для меня. Хотя, если бы я понял его суть немного раньше…

Рэн неожиданно запрокинул голову и зло расхохотался.

- Что такое, Кай? Неужто я слышу в твоем голосе горечь?! Неужели это сказал ты, бесчувственный сухарь, который мыслит лишь цифрами и математическими величинами?! До меня ты был пустым сосудом, которому никогда не суждено было наполниться! Что ты знал? Что умел, кроме того, что научился расщеплять не только сознание, но и саму личность? Кому ты помог, когда нуждались в твоем помощи? Кого поддержал? На кого мог положиться сам? Одиночка… никому не нужная пустышка, за душу которой даже мне оказалось непросто зацепиться!

У лорда Эреноя окаменело лицо.

- Раз ты откликнулся, значит, что-то в ней все-таки было.

- Хорош-ший пр-ростор для полета мысли! - издевательски прошипел дракон, снова опускаясь на припорошенную инеем землю. - Кем бы ты был, если бы не я? Чем бы занимался, если бы Рокса не подсказала идею насчет объединения потоков? Такие, как мы, ищут цельность не только в себе, но и в носителе, инкуб! И тот, кто расщепил свою личность, став душевно больным, нас не интересует!

Я прикусила губу, заметив, что, помимо плечей, у лорда Эреноя напряглась и спина, а сам он горько усмехнулся.

- Учту на будущее. Оказывается, это не я тебя из Бездны вытаскивал, а ты меня спасал от страшной участи?

- ВОТ ИМЕННО! - рявкнул Рэн, да так, что с соседних деревьев облетела добрая треть листвы. - А ты вместо этого мне чем отплатил? Пренебрежением! Сомнением! Тюрьмой! И теперь покушаешься на Пламя?!

Инкуб напрягся еще больше.

- Это произошло случайно. Я никого не принуждал.

- И как, понравилось? - ядовито прошипел дракон, глядя на него сверху вниз. - Хорошо обжегся? Достаточно? Почувствовал, каково это - заживо сгорать изнутри и не иметь ни единой возможности загасить этот огонь?! Разве ты не знал, что Пламя - удел исключительно драконов, Кай? Хотя кое в чем ты прав -оно точно не для тебя. Сколько Хейли тебе отдала?

Лорд Эреной вдруг отступил на шаг назад.

- Немного. Искру… может, две…

- Мало! - мстительно заметил Рэн. - Надо было еще парочку, чтобы ты гарантированно спекся!

Я сдавленно охнула, кинув на спину лорда-директора испуганный взгляд. Боже… ему что, было больно?! От того жара, что я ему отдала?! И все те разы, что я испытывала тепло, его ВСЕГДА обжигало мое дыхание?! Точно так же, как меня когда-то резал его холод?!

«Мы же разные… - с ужасающей ясностью вдруг поняла я. - Наши силы настолько разные, что с трудом уживаются друг с другом. Его лед и мое Пламя не могут существовать вместе! Когда он был сильнее, постоянно страдала я, а теперь стало ровным счетом наоборот…»

Я лихорадочно порылась в памяти, силясь понять, с какого времени питание превратилось для инкуба в пытку, и похолодела: лорд Эреной резко ослаб после ментального поединка с драконом того Всадника… Роса, кажется? Чуть раньше Рэн принялся изучать его защиту и, по словам, нашел какие-то изъяны, позволяющие сдерживать аппетиты лорда. Затем я его лечила… самозабвенно, радостно, с достойным ведуньи упорством… и никак не могла понять, почему милорд так отчаянно противится помощи! Сперва решила, дело во мне - не доверяют. Потом оказалось, что виноват киринол. Но, как выяснилось, проблема заключалась не только в этом - просто Пламя с каждым днем становилось все сильнее. Как и мой дар. Чем больше меня пили, тем быстрее я накапливала силы. И горящий внутри меня огонь… то самое тепло, с помощью которого я отчаянно боролась с чужим холодом… однажды сумел его перебороть. Стал, наконец, сильнее. После этого инкубу пришлось выбирать: или отказаться от моей помощи и медленно умирать, или же… научиться терпеть.

И он выбрал. На свою беду. Но, как обычно, ни словом не обмолвился. Да и вряд ли он бы позволил себе признаться, какая ожесточенная борьба все это время происходила между ним и почуявшим силу драконом. Не удивлюсь, если заключенный между ними договор подразумевал мое полное неведение. Другой причины для упорного, а порой и глупого молчания просто не было. Но милорд и о нем ничего не сказал. Не прекратил занятий. Лишь стал сдержаннее, терпеливее да сократил размеры глотка.

И Рэн знал об этом. Смотрю на него и с ужасом понимаю - действительно знал. Вот в чем заключался его план образумить милорда и сделать меня менее уязвимой для его голода: боль… вернее, ОЧЕНЬ сильная боль. Та самая надежная цепь, способная сдержать даже обезумевшего от жажды зверя.

Я совершенно другими глазами посмотрела на верного «друга».

Выходит, так ты решил отомстить ему за свой плен? Посадил инкуба на ту же цепь, которую некогда пристегнули к твоему ошейнику? Неужели ты обманул меня даже в этом, Рэн? Неужели все твои слова о прощении были ложью?

«Драконы - крайне рациональные существа. И очень расчетливые, - внезапно вспомнилось мне. - Мы живем, подчиняясь законам целесообразности, велениям разума, а не сердца. И нас мало тревожат обычные человеческие эмоции… Нас никогда не терзает страх. Не мутит разум ярость. Мы делаем лишь то, что считаем нужным, и не скупимся ради этого ни на какую цену. Мы действительно равнодушные… ко всему. И в нашей душе нет того огня, который заставляет метаться по миру в поисках чего-то несбыточного…»

От последнего, самого горького озарения у меня подкосились ноги.

Рэн… как ты мог так со мной поступить?! Как ты сумел стать для меня самым родным и близким существом, если в твоей душе нет сострадания? Как искусна была твоя игра. Как ловко ты манипулировал моим доверием. Как умело утаивал, как много недоговорил… а я любила тебя, Рэн… не замечая ни твоей жестокости, ни холода, ни того самого равнодушия, которое хуже смерти. Просто любила. И теперь мне больно сознавать, как жестоко я в тебе ошиблась.

- Когда-то, Кай, я дал слово тебя не убивать… - сухо сообщил дракон, не видя, как по моим щекам покатились первые слезинки. - И принял решение не мстить, несмотря на то, что ты со мной сделал. Благодаря тебе я многое узнал и многому научился. Но сегодня ты своими руками разорвал все договоренности. И у меня больше нет причин, чтобы сохранять перемирие. Имей это в виду, инкуб, если не хочешь однажды раствориться в Бездне. Запомни: посмеешь еще раз тронуть Пламя - убью. И теперь честного боя не будет.

Я вздрогнула от его будничного тона, а лорд Эреной только усмехнулся.

- Быстро же ты научился сливаться с маской…

- Ты меня не понял, Кай, - растянул губы в жутковатой улыбке Рэн. - Это было не предупреждение.