- Да в этом мире все с ног на голову перевернуто! Как я могу быть сильной, если другой роли для доноров не предусмотрено?!
- Придумай, как это сделать, иначе ничего в ваших отношениях с Саем не изменится. Пока ты - никто, он не захочет тебя даже выслушать.
- Хочешь сказать, для того, чтобы он меня заметил, я должна показать свою силу? - недоверчиво переспросила Всадница.
- Ты должна стать для него врагом, - совсем тихо ответил инкуб. - Независимым, сильным и упорным, равным по силе… другого способа привлечь его внимания не существует.
- Но ведь я…
- Думай, - хладнокровно повторил лорд Эреной, не дав Всаднице договорить. - Я и так сказал больше, чем нужно.
Женщина озадаченно замолчала, а я растерянно отбросила упавший на лоб кудрявый локон. Друг… враг… внимание, сила и упорство… ничего я не поняла из сказанного, но во всем, что касается инкубов, так много странного, что я уже ничему не удивляюсь.
- У тебя будет всего одна попытка, - неожиданно добавил лорд-директор, когда я уже решила, что разговор закончен. - Если ты проиграешь, двери Дома Рогнар окажутся для тебя закрытыми навсегда.
- А если выиграю? - с сомнением уточнила Всадница.
- Возможно, у тебя получится наладить с Саем диалог. И появится шанс подсказать ему правильный путь.
- Хороший совет от того, кто так и не сумел устроить собственную жизнь, - горько рассмеялась Всадница. - Тебе понадобилось почти двадцать лет, чтобы понять, как призвать дракона. И это при том, что я на пальцах объясняла, как это сделать, пока до тебя, наконец, не дошло. Но Саю я не могу подсказывать. Он до всего должен дойти сам. Так что, даже если я сумею с ним поговорить, нет никаких гарантий, что он меня услышит.
- Это не только твоя проблема, - с тихим вздохом ответил лорд Эреной. - Тебе придется действовать очень осторожно, исподволь и постепенно, чтобы никто не заподозрил подвоха. Скрывать свои чувства. Давить раздражение. Прятать радость. Избавляться от горечи. И терпеливо ждать, выполняя роль простого наблюдателя… месяцы, годы, десятилетия… все время оставаться в тени и надеяться, что все это не напрасно.
За дверью ненадолго воцарилась тишина, и я затаила дыхание, боясь, что пропущу что-нибудь важное.
- Надо же… - наконец, произнесла Всадница. - Видимо, ты не так безнадежен, как Сай. Что ж, приму к сведению. Но брата твоего все равно заберу. Пусть хотя бы поправится.
- Я отдал ему все свои накопители, - бесстрастно заметил инкуб. - Можешь пользоваться.
- А сам?
- Мне не привыкать. Обойдусь.
- И твой донор тоже? - недоверчиво переспросила Лана.
- Ей нужно настоящее Пламя, а не собранная в артефакт сила, - ровно отозвался лорд Эреной. - Но в Веере есть только одно существо, которое может ей помочь. И мне уже пора выпустить его на свободу.
Я почувствовала, как снова потяжелели веки, а на плечи невидимой тяжестью навалилась усталость. Рэн… эх, Рэн… как же я хочу тебя увидеть! Мне так много нужно у тебя спросить!
- Извини, что помешала, - отчего-то неловко кашлянула Всадница. - Я уже ухожу. И, Кай… если твой брат все-таки вернется…
- Конечно. Я дам тебе знать.
- Спасибо, - с облегчением выдохнула Лана, а я, наконец, устала бороться с сонливостью и закрыла глаза. - Вот уж не думала, что меня будет учить жизни отступник, которого мы долгие годы считали обычным убийцей…
***
…Как ни странно, левая передняя лапа далась гораздо легче, чем обе задние. И с животом особых сложностей не возникло - я наметила почти все чешуйки, докоторых смогла дотянуться. Но затем появилась другая проблема. Весьма и весьма значимая. Над которой я сперва долго ломала голову, а потом решила - спрошу у знатока. Не зря же именно он надоумил меня рисовать именно дракона?..
«Доброе утро, соня», - ласково прогудело у меня в голове, стоило лишь открыть глаза и, почувствовав окружающее меня знакомое тепло, радостно улыбнуться.
- Рэн! - я счастливо прижалась к серебристой чешуе на груди дракона и обняла его, насколько хватило длины рук. - Как же я рада тебя видеть!
«И я, - проурчал он, старательно пряча за напускной серьезностью сквозящую в голосе нежность. - А заодно всерьез размышляю, не воспользоваться ли методами Ланы и не запереть ли тебя тоже в какой-нибудь башне? Может, тогда ты не будешь влипать во всевозможные неприятности?»
- Опять подслушивал? - блаженно зажмурилась я.
Он шумно выдохнул.
«Конечно. Я не знаю, как пережил твое исчезновение и до сих пор не могу понять, как ты смогла создать тропу без меня».
- Значит, про Оруан ты уже в курсе?
«Еще бы, - усмехнулся Рэн, осторожно разворачивая крылья, которыми укутывал меня как коконом, и позволяя взглянуть на залитый солнцем песчаный берег. - Этого поганого инкуба стоило бы хорошенько встряхнуть, чтобы отучился рисковать своей и чужой жизнями. Был бы я то время рядом, он бы не ушел… жаль, Рокса не даст добить гаденыша. А то я бы не утерпел».
- Вообще-то я не об этом спросила, - хмыкнула я, почувствовав, что дракон начинает лукавить.
«Я понял, о чем ты. И повторяю то, что уже говорил раньше: все, что услышал или сказал Кай, рано или поздно доходит до меня».
Я прищурилась, но, убедившись, что вокруг все еще Атолл, а вдалеке виднеется приметная скала, за которой спрятался дом лорда-директора, пристально взглянула на несколько напрягшегося дракона.
- То есть, ты знал о Сае и Роксе раньше? До того, как этот бессовестный инкуб утащил меня на Оруан?
«Отношения дракона и его Пламени - вещь очень личная, - ровно ответил Рэн. - Мы стараемся в это не влезать. Так принято».
- А про того дракона, которого я рисую, ты тоже знал?
На этот раз он не смог отвертеться и поэтому сконфуженно промолчал. А когда я приподнялась и попыталась отыскать глазами кончик его бессовестного носа, наконец, тяжело вздохнул.
«Ты же слышала Кая - некоторые вещи нельзя открывать раньше времени. Самое важное ты должна понять сама».
Я требовательно стукнула по драконьей груди - вот ведь научился хитрить! Затем дождалась, когда Рэн, уловив мое желание, поставит меня на землю. Посмотрела, как он опускает сверкающую морду на скрещенные лапы, и только тогда испытующе заглянула в его огромные, почему-то печальные глаза.
- Почему, Рэн?
«Почему ты ничего объяснил?!»
«Это должно быть только твое решение. И твое желание. На него нельзя влиять. И нельзя тебе помогать или мешать. Прости, но я действительно связан словом. И это не только для тебя ограничение - для любого, кто может или хочет стать Всадником. Даже для Сая».
«А он действительно на это способен?» - недоверчиво подумала я.
«Я же говорил: пределов нет. А его уже выбрали. Осталось доказать, что не зря».
- Вот это драконице не повезло, - пробормотала я вслух. - Научить инкуба не только брать, но и отдавать - это настоящий подвиг. Я бы на такое точно не отважилась.
Рэн отвел взгляд.
«У Роксы нет особого выбора: или инкуб, или никто. Иного варианта Творцом не предусмотрено».
- Как она нас нашла? Это ведь была она на Оруане?
«Да. Я только помог с координатами».
- Погоди, а разве она не чувствует Сая? Мне казалось, вы всегда знаете, где ваше Пламя…
Рэн смешно наморщил нос.
«Этот пронырливый инкуб нашел способ закрыться даже от дракона. Лана одно время слишком сильно на него давила, вот он и научился выкручиваться. Придумал какой-то амулет, который, насколько я знаю, меняет ауру, путая Роксу и сбивая с толку… очередная круольская разработка, которую я уже посоветовал Каю изъять и тщательно изучить».
Я удивленно отпрянула.
- Значит, Сай избегает общения со своим Пламенем?
«Избегает - не то слово. Лана - дама довольно… резкая, - наконец, подобрал подходящее слово Рэн. - И дракон ей достался под стать. Рокса привыкла, чтобы все происходило по ее воле. По заранее продуманному плану, по четкому графику. Чтобы никаких неожиданностей, трудностей и лишних телодвижений. Тогда как Сай… сама знаешь, на что он способен. А поскольку к Лане он относится, как к временно полезному существу, которое по каким-то соображениям взяло на себя функции его воспитания и опеки, то все усилия свести его с драконом идут прахом. Инкуб просто не видит в ней родственную душу. Не чувствует Пламени. И про Роксу до сих пор не знает, потому что Лана за эти годы так и не рискнула рассказать правду.