— Тогда хочу гяйну! — решил Сашка.

Собака размером с единорога его не пугала, о собственном псе мечталось с далекого детства, со времени, пока была жива папина мама, бабушка Тося. У нее во дворе, в будке обитал обычный овчар, правда, с претенциозным именем Карл. Правда, бабушка Тося смеялась, что назвали его в честь отца социал-демократии. Карл был огромен и добродушен, позволял Сашке вычесывать себя, выбирать из шерсти репьи, внимательно следил за ребенком и однажды спас, когда у купавшейся в озере Сашки свело ноги, и она стала тонуть.

— Едем.

Этот рынок был не таким пышным и ярким как городской, он располагался за стенами, и торговали там лопатами, граблями и прочим инвентарем для крестьянских, пастушьих и охотничьих нужд. Были там и щенки орочьих собак, которых охотно раскупали люди.

— Вот они.

В ряд на подстилке сидели и лежали собаки, каждая размером с Карла. Видно было, что это щенки, но они не слишком играли и веселились, вели себя солидно, хотя иногда некоторые порывались тявкнуть и покусать за ухо товарища. За порядком там следила взрослая гяйна, в сидящем виде спокойно достававшая до груди Сашке. Короткая черная шерсть забавно топорщилась, придавая ей вид сердитого ежа.

Эльф в который раз удивил Раннина. Если бы они поехали сюда с Эльтарном, скорее всего, тот кинулся бы к щенкам сразу, игнорируя хозяев и взрослую собаку. Саша медленно подошел именно к последней. Было видно, что ему страшно, но он все равно осторожно протянул вперед правую руку, позволяя гяйне обнюхать его ладонь. Та познакомилась с Сашкой, поднялась, подошла к щенкам и носом вытолкнула вперед одного, забавно косолапого, толстенького и часто зевающего. Щен подкатился к Сашке, уселся, привалившись к его ногам.

— Спасибо, красавица, — эльф погладил благосклонно опустившуюся голову, почесал за ухом и присел рядом со щенком. — Привет, малыш.

«Малыш» был вровень с присевшим эльфом, завилял хвостом, поднимая пыль.

— Будешь моим другом?

Щен поднял лапу, положил ее на плечо Сашке, словно в рыцари посвятил. К ним уже спешил орк, и Сашка, внимательно посмотрев на этого представителя расы, внезапно понял, что Раннин — полукровка с орочьей кровью. Они даже были похожи внешне, оба крепкие и смуглые, с одинаковым разрезом глаз, чуть раскосым.

— Лир-Ша Раннин! — орк распахнул объятия. — Мать-земля привела тебя сюда по какой-то нужде?

— Завести друга тану Северину, Кар-Тис Шеранн! — Раннин обнял его.

Сашка гладил псеныша, помалкивал и с улыбкой смотрел на встречу двух… родичей? Он-то понятия не имел, как определять родство орков. Мало ли, что они похожи. Но теперь Ран от него не уползет, пока не расскажет все о себе.

— Ты можешь просто забрать гяйну, — обратился к нему орк. — Я не стану брать денег с друга моего родича.

Щен ткнулся мордой Сашке в шею, запыхтел, вертя хвостом и поднимая еще большие клубы пыли, сразу оседавшей на его шкуре.

— Спасибо, Кар-Тис Шеранн, — слава богам, музыкальный слух позволил правильно воспроизвести имя орка. — Я назову его Марат. Всегда мечтал о такой собаке.

Свежепоименованный щен вертелся около и приглашал поиграть с ним. Орк кивнул:

— Он станет тебе отличным другом.

Сашка не знал, что его вдруг потянуло дотронуться до орка. Однако же потянуло, он поднялся и положил руку на обнаженное плечо степняка. И тут же почувствовал, как повело голову, а по руке словно скользнул ветер, как и тогда, когда залечивал Раннину спину. Раннин тут же оказался рядом, подхватил.

— Александр!

Орк повел плечами и улыбнулся:

— Спина прошла, надо же. Целитель.

— Я… нет, не целитель… Я скрипач, — растянул побледневшие губы в улыбке эльф. Перед глазами все плыло, вызывая тошноту. Потом в лицо смачно лизнул мокрый собачий язык, приводя в сознание. — Спасибо, Марат! Ой, ну, хватит, все, я уже пришел в себя, честно!

Щен не унимался, спасая нового друга целебным вылизыванием. Орк и полукровка переглянулись. Шеранн явно очень хотел поговорить с сородичем о юном эльфе. А Александр сейчас именно юным и воспринимался. Душа приводила тело в соответствие себе, причем, так стремительно, что отслеживать изменения удавалось с трудом. Сначала это были глаза, теперь Раннин заметил, что и лицо эльфа стало выглядеть более юным, не на свой возраст.

— Я отойду пообщаться с родичем, а тебя пока твой новый друг повеселит, — Раннин усадил Александра в экипаж, туда же залез щен, сразу принялся рассказывать что-то свое веселым потявкиванием.

— Хорошо, — Саша прижался к щенку, пряча руки в густую шерсть.

Щен радовался ему, заглядывал в глаза и улыбался во всю пасть.

— О чем ты хотел поговорить, Шеранн? — Раннин посмотрел на родича.

— Ты давно не приезжал в род, Раннин. До нас доходили нехорошие слухи, но я не вижу им подтверждения. И Найо, и ее щенок признали твоего тана достойным.

— Молния поменяла его душу, — скрывать Раннин не стал.

— Значит, подменыш? Целитель и музыкант? Привози его в степь, покажи отцу.

— В ближайшее же время выберемся. Как там отец?

— Как и прежде, брат, как и прежде. Шаман есть шаман, что ему сделается? — усмехнулся орк. — А о тебе он переживал, я обрадую его известием.

— Скажи ему, что я очень счастлив, — улыбнулся Раннин, попрощался с родичем и поспешил в экипаж, спасать Александра от моря любви.

Спасать не пришлось — эльф свернулся в клубок на широком сидении и дремал, уложив голову на спину щенку. То, что душа Саши изменила вектор личной магии эльфа, следовало обдумать. Ранее за Северином целительских талантов, даже спонтанных, не водилось. Щен с места не сдвинулся, когда Раннин уселся на скамью, так и продолжал быть мягкой пушистой подушкой. Экипаж мягко стронулся с места, покатил домой. Еще надо было разобрать книги и вазоны, выбрать семена для посадки и найти место для Марата.

Эльф не проснулся, даже когда подъехали к дому, так что Раннину пришлось отнести его на руках в дом, уложить в постель. Щенка в спальню он не пустил — сначала того следовало выкупать, а то вместо черной его шерсть была серой от пыли. Книги уже доставили, и девушки растерянно ходили вокруг тюков, не зная, что с ними делать. Вазоны привезли только маленькие, для цветов, в них можно было высадить что-то, выкопанное в лесу или в саду.

— Искупайте этого милого щена, потом я разберу книги, а вы найдите место для цветов.

Дом, раньше бывший просто домом, коробкой-защитой от непогоды, стремительно становился настоящим, живым. И это всего за четыре неполных дня и ночи! Похоже, душа, пришедшая в этот мир, была не просто душой музыканта, а живым Источником. Раннин перетащил книги в библиотеку, потом отправился проверять, где там чистый мокрый щен, нашел того у кровати рядом с Александром.

На кровать умная псина лезть не стала, но ковер следовало просушить. И положить для щенка рядом с кроватью одеяло или матрасик, чтобы привыкал к своему месту. То, что место у него будет именно здесь, кажется, сомнениям не подвергалось.

— Будешь его беречь, понял? Охранять, играть с ним. Он о тебе всю жизнь мечтал, — Раннин потрепал пса по ушам.

Щен завилял хвостом, понятливо не подавая голос — его хозяин еще спал, трогательно сложив под щекой ладони. Раннин улыбнулся, любуясь спящим, отправился проверять, как там обед.

========== Глава четвертая ==========

Девушки расстарались. Суп-пюре был густым и даже на вид очень аппетитным, запеченное под сырной корочкой мясо вызывало неконтролируемое слюноотделение, пирог благоухал лесными ягодами и сладкой сдобой. Саше должно было понравиться. Особенно сейчас, когда его тело потребует восстановить потраченные на исцеление силы.

— И щену тоже мяса дайте. Зовут его Марат. И это гяйна.

Раннин любил гяйн, огромных, послушных, ласковых собак, умных и верных. У его отца таких было две. Имя, которое Александр дал щенку, было созвучно эльфийскому «марайта» — «верность» и орочьему «мрати» — «строгий». Интересно было бы узнать, что оно значило в том мире, откуда пришла его душа.