— Ра-а-ан? Пегасы? Такие красивые лошадки с крыльями, да? — подергал его за руку эльф.

— Ага, такие здоровенные крылатые лошади, которые так и норовят тебе заехать по самому дорогому копытом. Единороги лучше, они смирные, миролюбивые, хрупают траву и смотрят на тебя добрыми тупыми глазами.

— Ладно, я буду считать, что единороги — это коровы, а конину едят и на Земле. Н-да, я к такому был не готов…

— Единороги — это лошади, а пегасы… Не знаю, с кем сравнить, вроде оленей, они дикие, злобные, можно приручить, только зачем? Их нигде не использовать в хозяйстве, на них даже покататься нельзя, крылья мешают.

Сашка только кивал.

— А библиотеки здесь есть? Ну, общественные?

— Есть парочка при монастырях, там учат бродяг чтению, чтобы те могли найти себе хоть какую-то работу.

— У-у-у-у! — взвыл бедняга-эльф. — Значит, так! Имидж ничто, жажда — все! В данном конкретном случае — моя жажда знаний. Вместо нового образа будем продумывать структуру библиотеки и покупать книги.

— Хорошо, как скажешь. Вылезай, молоко впиталось.

После молочной ванны смотреть на эльфа было практически больно глазам: он казался выточенной из белого кахолонга статуэткой. Но просто смотреть — это было немного не то, чего на самом деле хотелось Раннину. Пришлось напомнить себе, что Александр голоден, его нужно накормить, потом еще показать ему город, решить хозяйственные дела, раздать все те скрипки и переворошить гардероб.

Когда эльф завтракал, Раннина поймали девушки и подвергли допросу: чего от господина ждать, какой-то он странный совсем.

— Мы просто наладили с ним отношения, после того как он был при смерти от удара молнии, он многое переосмыслил. Все будет хорошо, просто теперь я больше не допущу, чтобы с ним что-то произошло.

— И никаких плетей? — уточнила Гарлот.

— Никаких.

— Раздумал уходить? — фыркнула Элиза. — А что? Будто я не видела, как ты иногда смотришь, будто волк на цепи.

— Раздумал, — кивнул Раннин.

— Ну-ну, надолго ли этого переосмысления нашего дорогого хозяина хватит?

Элиза была старше и в иллюзии уже не верила.

— Поверь мне, это навсегда. Я все-таки немного смыслю в магии.

— Смыслит он! А что ж тянул так долго? Уж будто тебе плети по спине слаще меда казались?

Раннин неопределенно хмыкнул, не желая развивать тему, потом встрепенулся.

— Он наверняка уже поел.

Сашка, когда Раннин вошел в столовую, как раз задумчиво смаковал последние глотки «молочного коктейля», как он назвал принесенное ему взбитое с ягодами и мороженым молоко. Над верхней губой красовались великолепные молочные «усы», что не делало эльфа старше ни на йоту. Он сейчас и не казался старшим, скорей уж, наоборот, и интуиция Раннина просто взвыла, требуя, чтобы он узнал возраст души, вселившейся в эльфа.

— Александр, а сколько тебе лет? — он принялся собирать посуду.

— Было? Семнадцать, — эльф улыбнулся чуточку смущенно. — Ну, почти восемнадцать.

— О… — Раннин слегка опешил, потом вспомнил, что при продолжительности жизни в восемьдесят лет такой возраст считается взрослым. Это требовало уточнения, и он принялся задавать наводящие вопросы. Ответы повергали в ступор: да, вроде бы и взрослый, но в то же время, еще не окончивший обучения в школе человек, то есть, по эльфийским законам, несовершеннолетний!

— У нас совершеннолетие в восемнадцать, — кивнул эльф. — Так что да, я был несовершеннолетним.

— Ладно… Здесь ты уже вполне совершеннолетний, что успокаивает.

Однако теперь было стыдно за собственную несдержанность. И совсем не о сексе речь. Хотя, не ударь он Александра, что бы изменилось? Что-то было бы по-другому точно.

— Готов отправляться в книжные лавки? — Раннин перевручил посуду Гарлот.

Александр застыл, обдумывая, потом тряхнул головой:

— Сначала репетиция. Если я буду отлынивать, играть разучусь.

— Хорошо, — Раннин кивнул и отправился проверять книжные стеллажи в библиотеке, прикидывать, сколько книг туда влезет вообще.

Библиотека как таковая в поместье была, и даже шкафы в ней были. Вот только заполнен из шести был один — и только папками с нотами. Еще на одном сиротливо поблескивали тиснеными корешками с десяток землеописаний, приключенческих романов и пара справочников по музыке. На этом собрание мудрости и заканчивалось. Интересно, что именно Александр захочет приобрести… Своды законов — это понятно. Что еще? Баллады? Романы про любовь? Про себя он усмехался: скорее всего, именно этим и будет большая часть книг, что еще можно требовать от совсем юной девицы? Хотя свод законов уже не вписывался в нарисованную им картинку, выпирал, как украденный ящик для пожертвований из мешка нищего.

«Ладно, разберемся», — решил он, отправился готовить экипаж для выезда.

Из репетиционной доносились классические заунывные гаммы, видимо, к занятиям Александр подходил весьма серьезно. Раннин решил, что неплохо бы еще укрепить и звукоизоляцию этой комнаты. И вообще, раньше он не жил, а существовал в поместье только в качестве слуги и постельной грелки. Ничего делать попросту не хотелось. Сейчас было все иначе.

Сейчас ему хотелось все здесь обустроить как можно лучше, наполнить дом жизнью, сделать его более удобным для проживания.

— Таблички…

Изготовить указатели и прикрепить на все двери оказалось делом долгим. Скрипка уже отзвучала, когда Раннин закончил со вторым этажом.

— А это зачем? — полюбопытствовала Гарлот, проходя мимо с выстиранным и высушенным бельем.

— А так красивее. Заодно в темноте не приходится двери пересчитывать. Подходишь к двери, там надпись «Библиотека», сразу настраиваешься на нужный лад, почитать.

— А господин разрешил?

— Разрешил, Гарлот, разрешил, — прозвучал со стороны лестницы веселый голос Александра. — Раннин, это в самом деле удобно.

— Да. Милорд, вы готовы отправляться в город?

— Сейчас переоденусь — и можем ехать.

Эльф скрылся в своей гардеробной, а Гарлот изумленно смотрела на полукровку, который даже не подумал последовать за ним и помочь.

— Сделай на обед суп понаваристее, побольше белых клубней и мяса. А на десерт испеките что-нибудь вроде пирога с ягодами, — Раннин делал вид, что все в порядке.

— Просто суп? Не шалатль с шестью видами рыбы, не охотничий суп, не крем-суп из плавничков виллиса и щупалец кальмара?

— Просто суп, Гарлот. И просто пирог, самый простой, открытый ягодный пирог.

— А… ты уверен, что господин будет это есть? Ну, хорошо, мы сделаем.

Эльфийка ушла в бельевую, гладить простыни, из гардеробной вынырнул уже одетый Александр, нервно потеребил заплетенные в косу волосы:

— Я нормально одет?

— Отличный вкус, просто и в то же время элегантно, — кивнул Раннин, осматривая его.

От похвалы эльф расцвел, засиял янтарным взглядом. Вот как, как до сих пор девушки не заметили, что у их хозяина изменились глаза, мелкие движения, некоторые привычки? Или просто прошло слишком мало времени, и это он, знающий, что случилось, замечает изменения, а они — нет?

— Идем, — Раннин ему даже руку предложил.

Чем, кажется, смутил. Но в широкую ладонь полуэльфа все-таки легли тонкие, изящные пальцы. С покрасневшими и напухшими подушечками. От неловкого движения Раннина эльф зашипел и скривился.

— Что такое? — Раннин взял его руку. — Мать-земля, что ты натворил с ними?

— Это не я. Это все молоко. Понимаешь теперь, почему Эль… э-э-э… я от него отказывался раньше? У скрипача должны быть жесткие мозоли на кончиках пальцев, иначе — вот.

— Без молока было никак не обойтись, увы. Ничего, ты ведь сможешь снова сделать так, чтобы они огрубели?

— Месяц-два тренировок — и верну себе форму, — усмехнулся эльф. — Но больше никаких растираний рук молоком.

— Хорошо, как скажешь, — Раннин довел его до экипажа, усадил, уселся у ног.

— Ран? — Александр потеребил его за плечо. — Это привычка, требование этикета или Эльтарна?

— Эльтарна. Я ведь не ровня чистокровному эльфу.