День рождения Влада приблизился. Восемнадцать лет, совершеннолетие.

— Я так рада, вот ты и вырос, — с утра радовалась Ольга.

— Мам, в субботу будет опять море народа?

— Да, а что поделать? Ты ведь знаешь отца.

— Знаю. Я могу пригласить Сашку?

— Конечно же, спрашиваешь еще. Она же твоя девушка, как без нее на празднике?

— Я решаю тяжкую задачу: отпраздновать с ней мой день рождения сегодня в «Шоколаднице» отдельно, а завтра пригласить сюда, или просто пригласить на завтра?

— Лучше сегодня и отдельно. Завтра будет много народу, шум и гам.

— Спасибо, мам, ты лучшая. Тогда я пошел! — Влад выскочил за двери, подхватив сумку.

В школе его встретили дежурными поздравлениями те, кто не забыл.

— С днем рожденья, — Эль улыбнулась ему, — подарок будет после уроков, ты не против? Не хочу при всех.

— Я совсем не против. Спасибо. Приглашаю вечером в кафе… Наедимся вкусностей, напьемся кофе.

— Хорошо, где встретимся?

— Я за тобой зайду. А сейчас на уроки. Уф-ф-ф, результаты контрольной по истории сегодня объявят.

За контрольную по датам и событиями Влад схлопотал «лебедя».

— Ты чего? Там же просто все, — шепотом удивилась Эль. — Теперь исправлять?

У нее самой за тест была пятерка.

— Угу, исправлять. Да не запоминаю я эти унылые даты.

— Ничего, я тебя научу, как легко запоминать, — она погладила его по запястью. — Исправишь. Надо же и мне в чем-то тебе помогать.

— Хорошо, — Влад улыбнулся. — А то у меня с ними вообще беда. Так, у нас физкультура последним сдвоенным… уф-ф, ненавижу баскетбол.

— А я опять буду неприкаянно сидеть на лавочке, — вздохнула Эль.

У нее было официальное разрешение не участвовать в тех играх, где была опасность повредить руки — баскетбол, волейбол, прочие -болы.

— А давай сбежим? Отпросимся, мне можно сегодня, праздник ведь. И тебя отпустят.

— Давай!

Конец апреля выдался жарким, сидеть в душноватом спортзале Эль категорически не хотелось. Как ни странно, но их отпустили, видимо, по принципу меньшего числа народу. Вырваться на волю из школы, сбежав с урока — в восемнадцать лет это кажется целым приключением. Эль словно забыла о своем возрасте здесь, в этом мире. Ее телу семнадцать весен, а значит, и душа скоро сбросит панцирь прожитого в иной реальности.

— Пойдем, прогуляемся по улицам? Такая погода сегодня отпадная. И только ты и я, все заняты подготовкой к завтрашнему банкету. Отец закатывает вечеринку в честь моего совершеннолетия. И я тебя приглашаю.

— А дополнительный английский? В котором часу банкет? Вла-ад, там будет много серьезного народу, да? — Эль не могла понять, что чувствует. Вроде бы, соскучилась по званым обедам, где можно было пообщаться с сильными мира сего, но здесь-то она практически никто, ее не воспримут серьезно.

— Пропустим одно занятие, не страшно, я сам с тобой позанимаюсь, к тому же, там будут партнеры отца, они англичане, вот и поговоришь.

— Ой, я же забыла! Вот, мой подарок. У нас принято было дарить что-то, сделанное своими руками.

На ладонь Владу лег браслет из толстой кожи с частью вытравленными, частью вырезанными и подкрашенными золотом знаками, похожими на те, что украшали руки Эль на выступлении.

— Драконьи руны, праязык, основа всех языков всех миров.

— Как красиво, — растроганно протянул Влад, надевая браслет. — А что там написано?

— Вот это — «улыбка удачи», «теплый ветер», «чистое небо».

Последний символ она не назвала. Она долго колебалась, имеет ли право вообще рисовать его, насколько глубока ее привязанность к этому парню. Пришлось даже попросить мать об откровенном разговоре. Раскрывать душу перед кем-то было страшно и непривычно. Но оказалось, что мама Настя все прекрасно понимает и без сбивчивых слов.

«- Если ты его любишь, в этом нет ничего страшного, Сашенька.

— Я… мне рядом с ним тепло. И хочется, чтобы так было всегда. Это любовь?

— Это любовь, — кивнула Анастасия».

Вот и сияла теперь на браслете четвертая руна, замыкая кольцо. У Эль дрожали руки, а знаки на них горели, когда она резала ее на толстой коже, а потом окрашивала каплей своей крови, скрывая ту золотистой краской. Пусть магии у нее здесь — кот наплакал, но она постаралась вложить как можно больше ее и своего искреннего намерения в эту работу.

— А последняя? Саш? Так что она означает? — Влад улыбнулся.

— «Обещание». Я не взгляну, не позволю коснуться меня, не отдам свое сердце никому, кроме тебя.

Влад обнял ее, поцеловал, прикрывшись рюкзаком от взглядов прохожих. Его эльф, фейри, ши, кто там еще? Его маленькая богиня скрипки, пришелец из другого мира. Только его? Это окрыляло.

— Пойдем в кафе, там и еда есть, не только сладости.

— Так и пойдем? Давай!

Влад отобрал у нее тяжелую сумку с учебниками, закинул на плечо, предложил ей руку и повел к «Шоколаднице». Столик в углу с диванчиками встретил их, словно и дожидался. Приятная прохлада и рассеянный свет после жаркой улицы показались просто райским наслаждением, запах шоколада и мороженого дразнил обоняние.

— Я, пожалуй, начну с блинчиков, — решил Влад.

— А я с кулебяки. Что это вообще? О, тут есть картинка, м-м-м, аппетитно выглядит.

— Ба, какие люди! Славка? — рядом с их столиком остановились две девицы, слишком раздетые даже для такого теплого весеннего дня.

— Привет, — кивнул Влад. — Мы заняты.

— Да ты что? И кем же вы заняты, ваше высочество принц Датский? — с издевкой протянула ярко-рыжая, слишком накрашенная девица, делая вид, что рядом с Владом никого нет.

— Дарья, иди отсюда уже. Я с невестой.

— Ах, с неве-е-естой? Не познакомишь?

— Не познакомлю, — Влад загородился меню.

Эль было немного смешно, но ревновать она даже не думала. У Влада наверняка была не одна девушка до нее, да и у Эльтарна был не один любовник раньше, так что ж теперь? Девицы пофыркали немного, но отошли, усевшись за соседний столик. Подошел официант, принял заказ.

— Не обижайся на них, Саш.

Она усмехнулась:

— На что, Влад? Даже не собиралась.

— И внимания не обращай, — Влад взял ее за руку. — Ты единственная.

— Только не кутай меня в мех, как хрустальную вазу, ладно? Оставайся таким, как сейчас, — попросила Эль.

— Зачем тебя куда-то кутать? — не понял Влад.

— Это поговорка, означает чрезмерную заботу, — Эль развеселилась.

— Ты самостоятельная девушка, зачем чрезмерная забота?

— Вот кто бы мне сказал, а? Просто, меня вот такой заботой немножко испортили. Или множко.

Влад рассмеялся:

— Нет уж, я ухаживать умею, а вот заботиться — это не мое.

— Хорошо. Это хорошо, знаешь? Заботиться должна уметь женщина. Я научусь.

В кафе они просидели часа три точно, на исходе второго почти одновременно позвонили встревоженные мамы, узнавать, куда это унесло сладкую парочку. Ольга полагала, что ее сын достаточно здравомыслящ, чтобы сначала зайти домой, оставить рюкзак, переодеться и дать сделать то же девушке. Анастасия думала, что они хотя бы пообедать зайдут домой. Сама она была еще на работе, но ей позвонила Ольга с вопросом, не знает ли она, где дети.

— Мам, да мы тут в «Шоколадницу» зашли пообедать. И засиделись. Все нормально.

— Мамуличка, мы не голодные, правда.

Оправдывались на два голоса, сдерживая смех.

— А дома пусто, — отбив звонок, Эль чуть сощурила глаза.

— Придем пораньше, приготовишь что-нибудь?

— Не в холодильнике, Влад, в квартире. Еда-то есть, я разогрею.

— Намек понял… — кивнул Влад. — Можно нам счет?

Внутри было слегка холодно от предвкушения.

***

Целоваться они начали еще в коридоре, едва закрыв двери. Там же Влад уронил на полку рюкзак и сумку. Потом унес Эль на руках в комнату, целоваться на кровати. По молчаливой договоренности, они не переступали черту, дальше оральных ласк дело не заходило. Но уж в этом отрывались на полную катушку. Набраться опыта на будущее никогда не помешает. Да и это чертовски приятно. Обласкать друг друга, изучить все, что нравится, найти, что приносит самое яркое удовольствие. Ласки казались легким хмелем, который они пили на двоих. Это было куда лучше, чем Эль себе могла представить. Она больше не боялась, что в первый раз будет плохо или стыдно. И в том, что оба удерживались на грани, была своя прелесть — тем слаще будет отдаться друг другу полностью.