— Идемте в город! — веселился Ральф.

Деньги у курсантов водились, даже у Теренса: барон, предчувствуя, видно, что не сможет прибыть, выдал ему кошель с достойной суммой. Кроме того, эту ночь, при условии возвращения в академию утром вовремя, им позволялось провести вне ее стен.

— Погуляем! — радостно прыгал Эверик. — В городе столько интересного.

— Вчера начались Предзимки, в городе ярмарка, — со знанием дела заметил Ральф. — Наверняка там будет весело.

Никто в этом и не сомневался. До ярмарки они добрались быстро, подгоняемые любопытством. Яркая суета захватила их, как последние листья и первый снег подхватывает порыв ветра, закружила в хороводе. Они старались держаться друг друга. Сперва посетили торговые ряды, где на все полюбовались, но ничего не купили. Все равно в академии не позволялось носить неуставную одежду и иметь больше положенного личных вещей.

— Обедать, господа, я приглашаю вас в «Ультима Имперо», — торжественно произнес Ральф. — Курсанты, вы с нами?

Чарльз и Фэртин с извинениями отказались, у них были другие планы. Джеймс, подумав, согласился. Эверику было все равно, куда, лишь бы с Терри на пару. Как самый младший в их компании, он сильнее прочих привязался к старшему другу. Терри уже знал, что у барона Валле до недавнего времени было два сына, и Эверик был младшим. Его брат учился в Военно-Морской академии и год назад погиб во время учебного рейда: на тренировочный фрегат напали пираты. Неизвестно по какой причине, возможно, с целью захватить отпрысков аристократических родов и потребовать выкуп. Им удалось отбиться и вернуться в порт. Но Аларик Валле скончался в госпитале от полученных во время сражения ран. Сейчас ему было бы примерно столько же, как и Теренсу. И Эверик, наверное, по этой причине таскался за Терри как хвост: видел в нем погибшего брата.

Юноша не возражал, опекая его, помогая, тренируя и подтягивая в математике. Он, честно признаться, не понимал, зачем мальчишку, который проявлял таланты совсем в иных областях, отправили учиться сюда. Хотя небом Эверик «болел» так же, как он сам, но все же было бы логичнее для него поступить в Академию изящных искусств: мальчишка великолепно рисовал, способен был несколькими росчерками пера передать стремительное движение аэроплана в облачном небе, ветер и свободу полета.

— Отец так пожелал, — как-то оговорился он.

Для себя Терри решил, что будет всеми силами присматривать за ним. Особенно, когда их переведут в учебную часть и посадят за штурвалы настоящих боевых машин.

— А что тут лучше взять? — Эверик пытал Ральфа насчет меню.

— Здесь прекрасно готовят телятину в чесночном соусе. Надеюсь, никто из вас не собирался сегодня целоваться? — Ральф насмешливо обвел присутствующих взглядом.

Эверик изобразил на лице задумчивость.

— Я только за. Это намек или предложение?

— Это предостережение! — возмущенно вскинул брови Ральф, курсанты расхохотались.

— Этой ночью мы можем переночевать в гостинице, здесь есть одна, достойная нашего внимания.

Телятину взять решили все, видимо, к поцелуям никто расположен не был. Не созрели еще до всяких эротических снов и похабных мыслей в сторону товарищей. Терри смотрел на них, мысленно посмеиваясь: они пытались показаться старше, но по сути еще оставались детьми. Не слишком помогала повзрослеть учеба в военной академии.

Ужин оказался выше всяких похвал.

— Вкусно, — блаженно протянул Эверик. — А пирожные?

— Сейчас, — Ральф приподнял руку, и официант материализовался рядом со столиком, чтобы принять заказ на десерт.

Эверик был тем еще сладкоежкой, дай ему волю, питался бы одним шоколадом и сахарной выпечкой. Терри позволил себе вольность и коснулся его локтя, покачав головой, когда его заказ превысил то, что могло влезть в одного подростка, только что сытно отужинавшего. Эверик возражать не стал, тем более что Ральф вздыхал очень красноречиво, намекая, кому все доедать.

На ярмарке они пробыли достаточно долго, чтобы их поздний обед оказался больше похожим на ранний ужин. Да и в ресторане засиделись допоздна, на улице уже стемнело, обслуга зажигала газовые фонари и свечи на каждом столике. Из ресторана они выбрались в темноту и холод, сразу взбодрившись. Ледяной ветер пробирал, несмотря на зимние куртки и лётные шарфы.

— Ральф, вам вести, и поскорее.

— Я стараюсь. Но не можем же мы бегать как стадо оленей.

— Можем попробовать изобразить стаю волков.

Смех прозвучал приглушенно из-за шарфов.

— Хорошо, я проведу вас коротким путем, — фыркнул Ральф.

Короткий путь какими-то узкими и кривыми, темными улочками был прерван появлением посторонних. Несколько теней безмолвно заступили дорогу, под светом луны, то и дело скрывающейся в рваных облаках, сверкнуло оружие.

— Детишки, ну-ка, снимайте побрякушки и свои ковырялки, доставайте кошельки.

Теренс, Ральф и Джеймс мгновенно задвинули Эверика и близнецов себе за спины, сзади их прикрыл Ильяс. Старшие обнажили шпаги.

— Решили поиграть во взрослых?

— Дайте нам пройти, — твердо сказал Теренс. — За нападение на курсантов Коронной академии вас повесят.

Ответом ему был хохот и приказ:

— Вперед.

Если поначалу Терри и думал, что это обычные грабители, принявшие их за отпрысков богатеньких горожан, не разглядев в темноте их мундиры и форменные куртки, то сейчас понял: это нападение отнюдь не было случайностью. И напавшие не собирались их грабить. Сейчас их будут убивать.

— Ральф, Джеймс, прикрывайте младших.

К счастью, их все-таки было семеро против четверых. К несчастью, младшие впали в ступор. Тренировочные поединки — это не драка в узком темном переулке. Терри не раз и не два возблагодарил барона за то, что гонял его коридорами «Каллахана» и заставлял уворачиваться от мебели в гостиных. Вдвоем с Джеймсом они перекрывали ширину улочки, не подпуская убийц к остальным. Дважды обманный финт Тарья выручил Терри, лишив двоих из противников оружия и возможности им пользоваться.

— Теренс, у нас проблемы, — выкрикнул Ильяс, когда еще двое вынырнули оттуда, откуда они пришли, отрезая возможность сбежать.

— Надо пробиваться вперед, — решил Терри. — Ральф, помогите Ильясу.

Он не обольщался, что у вчерашних мальчишек достанет сноровки разоружить или ранить взрослых и опытных бойцов. У него самого ее было не слишком достаточно, выручало лишь… отсутствие врожденного благородства: уличная драка есть уличная драка, здесь не до расшаркиваний. Однако ожесточенного сопротивления нападавшие не ожидали и растерялись. Позади кто-то болезненно вскрикнул, и это придало Терри сил и решимости. Он воспользовался моментом растерянности противника и ударил так, как показывал в последний раз Александр: резким коротким росчерком под подбородок. Нападавшие решили отступить, лишившись еще одного из компании.

— Они ранили Джеймса, — доложил Ильяс, когда так и оставшиеся безликими тени растворились во тьме, прихватив своих раненых и убитых.

— Ральф, Ильяс, мне нужен свет. Джеймс, вы меня слышите? Потерпите, я сейчас перевяжу вас.

— Все… в порядке… это просто плечо.

— Мы возвращаемся в академию. Эверик, Керан, Вольф, как вы?

— Неплохо.

— Нормально.

— А кто это был?

— Кто это был, разберутся полицейские ищейки. Джеймс? Джеймс! Плохо дело. Поторопимся.

Терри наскоро перетянул плечо подростка, разорвав свою сорочку и использовав носовые платки всех курсантов, вскинул бессознательного Джеймса на плечо.

— За мной, бегом. Поймаем извозчика — будет отлично, нет — придется поторопиться на своих двоих.

К счастью, извозчика Ральф поймал почти сразу, стоило им выбежать на освещенную и широкую улицу, и тот попался отзывчивый, особенно, когда плату пообещали утроить, до академии домчал быстро. Шороху их возвращение навело, конечно, изрядно. Наследника Мавери унесли в лазарет, младших отправили в дортуар с воспитателем, до них, кажется, еще не совсем дошло произошедшее. Троих старших провели в кабинет ректора.