Постепенно даже эрл Готтлиб начинал воспринимать курсанта ОʼЛири с подобающей серьезностью, все чаще ставя его в пару не с кем-то из курсантов, а с собой — Терри нужно было учиться не сдерживать удары, а как раз наоборот, а силы у подростков и юноши, все-таки, были не равны.

— Что поделать, для вас тут есть лишь два противника. Но давать в руки курсанту оружие и ставить против воспитателя…

— Сэр Аликс хорошо фехтует? — неосторожно и необдуманно спросил Теренс и получил в ответ исполненную презрения лекцию. Из нее следовало, что любой дворянин, тем более, столь знатный как сэр Аликс, оружием владеет превосходно. А вот курсант ОʼЛири совершенно не думает тем, чем ему полагается. А следовательно, ему стоит расшевелить то, чем он думает, посему — три круга бего-о-ом! Терри пришлось бежать и про себя ругаться.

Учеба катилась своим чередом, словно увольнительный ему всего лишь приснился. Терри отсчитывал дни, стараясь не сбиться в их однообразной суете, продолжал заниматься с установившимся кругом приятелей, фехтовать с Джеймсом Мавери, потихоньку втягивая его в беседы в кратких перерывах между учебными поединками. Джеймс начал к нему привыкать, разговаривал более тепло. И самую чуточку более откровенно. Словно позволял себе приподнимать маску не только во время поединка, но и не опускать ее снова после. Конечно, это не касалось моментов, когда в зале был кто-то еще, кроме них двоих. Но Терри пока что был рад и этому.

Кроме Джеймса, он познакомился еще с парой ребят из другого отделения. Наследник Перро был блондинистым крепышом, ростом едва ли не с самого Теренса, они с первого же взгляда оценили друг друга как вполне подходящих противников на помосте, и зря эрл Готтлиб говорил, что в академии в пару курсанту ОʼЛири некого ставить, кроме него самого и сэра Аликса. С Чарльзом ему не приходилось придерживать руку, и можно было сражаться в полную силу. Кроме того, Чарльз чем-то напоминал ему весельчака и балагура Роберта. Фэртин КенКоллахи, из самой отдаленной и обособленной части Империи, был рыж, как пожар, усыпан «фейскими золотыми кронне», длиннорук, слегка неуклюж и искал себе партнера для «неаристократичного» занятия кулачным боем. Терри решил, что морда у него неаристократична в должной мере, чтоб не пострадать во время занятий.

Ральф, кажется, после их объяснения прекративший ревновать, с некоторым тщательно скрываемым изумлением рассматривал тех, кто как железные стружки вокруг магнита, собирался вокруг его товарища.

— Вы так быстро собираете себе компанию, Теренс. Удивительно.

— Мне интересны многие здесь, Ральф. Эверик, как ваши задачи?

— Не понима-а-аю, — Эверик пару раз хныкнул.

— Давайте, посмотрим, — Терри подсел к нему, они вместе склонились над тетрадями. — Вот, взгляните, здесь следует не умножать, а делить.

— Спасибо! — просиял Эверик.

— И вот здесь. Эверик, давайте, повторим правило решения.

С учебой у Эверика все было отлично по всем предметам, кроме математических наук. Из его головы решения вылетали быстрей, чем гончие соколы с перчатки.

— Нет же, — Терри терпеливо повторял то, что говорили преподаватели. — При решении этих задач составляете пропорцию, для ее решения при одном неизвестном… Да, верно.

— Меня точно отчислят, — окончательно расстроился Эверик.

— Ни в коем случае, я уверен, вы справитесь.

Кое-как к концу отведенного времени Эверик разобрался с заданиями.

— Ну вот, я же говорил, — улыбнулся Теренс.

— Благодарю вас, — церемонно поклонился подросток.

Терри поклонился в ответ. Да уж, старшим быть не так-то легко.

Сдавший обязательную аттестацию по пройденным темам Эверик, выйдя из аудитории, звонко провозгласил на весь коридор, заставляя останавливаться и оборачиваться спешащих по своим делам курсантов:

— Теренс ОʼЛири, позвольте назвать вас другом, — и протянул ему слегка подрагивающую и влажноватую от волнения ладонь.

— С радостью приму вашу дружбу! — обрадовался Терри, пожимая руку подростка.

Мимоходом он заметил раздосадованный взгляд Ральфа, усмехнулся про себя: похоже, Эверик успел раньше него, и теперь Ральф будет искать достойную причину предложить ему свою дружбу. Хотя отказываться от нее Терри не планировал. Наоборот, он всем сердцем был бы рад, обрети он в лице этого паренька друга, а не просто приятеля-сокурсника.

Однако следующим дружбу предложил… Джеймс Мавери. Теренсу удалось удержать лицо, не выразить своего удивления.

— Я буду рад называть вас своим другом, Джеймс, — он пожал аристократически-изящную ладонь в твердых мозолях от рукояти клинка. — Надеюсь, что наша дружба не принесет вам проблем?

— Мне — нет, — коротко отрезал Джеймс.

Терри мысленно улыбнулся, заметив в его глазах огонек упрямой уверенности в своем решении. Это было хорошо.

— Что ж, я рад за вас. Как вы смотрите на то, чтобы устроить сегодня «карусель» с курсантами Перро и Деррик?

«Каруселью» назывался непрерывный поединок двух пар со сменой партнеров по знаку.

— Я только за, — согласился Джеймс.

— Отлично. Осталось предупредить Ральфа.

— Курсант ОʼЛири, к ректору, — рядом, словно из-под земли, возник сэр Аликс, передал Теренсу записку с разрешением пропустить часть занятия.

Терри вздрогнул. Что могло случиться? Что-то с бароном Тарья?

— Поспешите, — недовольно зыркнул на него воспитатель.

Терри кивком попрощался с Джеймсом, бегом бросился к аудитории, чтобы отдать разрешение, и поспешил к кабинету ректора. Сердце обмирало от неизвестности и страха за Александра.

В кабинете ректора было тепло. А улыбался владелец кабинета довольно приветливо.

— Ваш майор телеграфировал для вас, курсант ОʼЛири.

Юноше вручили запечатанный конверт со штемпелем почтового отделения Акены.

«Теренс зпт не могу быть Акене означенный день тчк Мне жаль тчк Жду следующего увольнительного нетерпением зпт этередо мено тчк АВТарья».

Терри опустил плечи. День сразу перестал казаться солнечным. Александра не будет. И придется ждать еще.

— Я, возможно, дам вам освобождение от занятий от обеда до отбоя, когда сей юный нахал соизволит пожаловать в Акену.

Терри только через секунду сообразил, что следует поблагодарить. Несмотря на то, что настроение было безнадежно испорчено, от сердца отлегло: с Александром все в порядке, просто дела.

— Можете вернуться к занятиям. Вы делаете потрясающие успехи.

— Благодарю, господин ректор. Я не могу подвести майора, и мне очень нравится учиться.

Ректор кивнул и взялся за бумаги. Терри так же бегом вернулся к аудитории, позволил себе постоять минутку, пригладить волосы и постучаться. Получил разрешение войти и быстро устроился на привычном месте рядом с Эвериком и Ральфом.

— Что-то случилось? — обеспокоенно прошептал последний.

— Мой майор не сможет прибыть.

— Жаль. Но вы сможете провести увольнительный с нами.

— Пирожные? — Терри старался веселиться.

— Самые лучшие в Акене, клянусь!

Терри поймал недовольный взгляд преподавателя, молча кивнул и принялся записывать лекцию. Стало немного легче, когда он уговорил себя, что волноваться не стоит. Сэр Аликс при желании мог бы придраться к чему угодно и лишить его выходного вообще. Да хоть за то, что манжеты рубашки слегка потрепаны.

========== Глава восьмая ==========

Оставшиеся до увольнительного дни внезапно стали тянуться необычайно медленно. Терри казалось, все замерло специально, чтобы вывести его из хрупкого равновесия. Друзья и приятели пытались его развлекать, Ральф под предлогом удвоения нормы счастья в организме скормил ему свой шоколад. В конце концов Теренсу пришлось заставить себя встряхнуться и не привлекать внимания убитым видом, чтобы не провоцировать догадки о его причинах.

А тут наступил день увольнения. Будить их никто не стал, так что все спали до упора. Терри тоже проспал гораздо дольше, чем обычно, удивившись этому. Однако оценил: он выспался и чувствовал себя даже вполне способным разделить веселье товарищей.