В душе Терри задумался, что делать с Джеймсом. Во время тренировки тот был весел и азартен. Но все остальное время выглядел так, словно желал укусить Терри и побольнее. Мальчишку явно разрывало надвое противоречивыми желаниями. Он не сомневался: Джеймс с младенчества воспитан в традициях аристократии, он впитал их с материнским молоком. И одной из таких традиций было, есть и будет повиновение приказам главы рода. Общение с безродным выскочкой — Теренс был прекрасно осведомлен о том, как его называют некоторые, — было не лучшим его поступком, который его отец, барон Уильям Мавери, явно не одобрил бы. Но с другой стороны, Терри ему явно нравился и продолжать общаться Джеймс хотел. Только не знал, как.

Не вносили порядка в размышления Наследника Мавери и слова мальчишек из его окружения. Каждый из них считал своим долгом, а, возможно, так и было, направить оступившегося подростка в верную колею. По идее, с Теренсом здесь вообще никто не должен был общаться. Он был абсолютно не из их круга. Барон рассказывал Терри, что с Робертом Стингером поначалу все было примерно так же. И он был первым, кто сломал лед между двумя курсантами из разных социальных групп.

— Я сам разберусь, как мне поступать, — наконец, вспылил Джеймс.

Теренс не пытался влезть в эти внутренние разборки унии. Он не мог и не должен был давить на наследника Мавери. Все, что он имел право сделать, он уже сделал.

— Мне не нравится Наследник Мавери, — признался Ральф.

И тон голоса у него был такой… очень узнаваемый.

— Он не золотая кронне, чтобы нравиться всем, — хмыкнул Терри, не поднимая головы от своего задания.

Разговор происходил во время, отведенное для самостоятельной работы, чужих в комнате не было, но Ральф все равно говорил так тихо, чтобы его слышали только Теренс и Эверик, всегда занимавший место по левую руку. Ральф фыркнул, не найдя, что возразить.

К этой теме он вернулся спустя неделю. Терри даже удивился тому, как много времени ему понадобилось, чтобы решиться. Обычно, мальчишки в этом возрасте куда импульсивнее, но здесь свою роль сыграло воспитание. В отношении несчастного Джеймса Ральф отчего-то питал стойкую неприязнь. И как объяснить ему, что ревновать бесполезно, не раскрыв свои отношения с бароном? И лишь когда прозвучало: «Мне не нравится, что вы подпускаете его слишком близко», Терри все понял и слегка опешил, не понимая, как реагировать. Что-то такое, похоже, отразилось на его лице.

— Прошу прощения, — Ральф поспешно скрылся в сторону фехтовального зала.

Теренс зарылся пальцами в волосы, взлохмачивая прическу. Следовало немедленно найти мальчишку и объясниться, пока он не надумал себе невесть чего. Но все происходящее выбило его из колеи, и слова не подбирались, хоть ты тресни! Очень не хватало совета старшего и более мудрого человека. А до встречи с бароном еще восемь дней. Что же делать, пока ничего не случилось?

Пометавшись по коридорам, он остановился, словно громом пораженный, наткнувшись взглядом на шагающего куда-то воспитателя. И почему ему это не пришло в голову сразу? Помешало предубеждение и некоторое неприятие из-за чересчур пристального внимания сэра Аликса? Глупости, какие глупости! Кому и помочь в этой ситуации, так только ему!

— Сэр Аликс…

— Курсант ОʼЛири, что случилось?

Терри выпрямился, как полагалось, посмотрел в лицо воспитателю, впервые абсолютно непредвзятым взглядом… И не увидел в нем ничего из своих надуманных страхов. Только внимание и готовность выслушать и помочь.

— Разрешите обратиться по личному вопросу, сэр?

— Разрешаю, — кивнул сэр Аликс.

— Мы можем пройти куда-то, где нас не потревожат?

Воспитатель кивнул и отвел его в одну из учебных комнат, пустую по данной поре. По пути Терри успел обдумать то, что скажет, и четко, коротко и связно обрисовал возникшую ситуацию.

— Понял. Разберусь, — так же коротко ответил воспитатель.

— Я хотел бы и сам разобраться, сэр.

— Тогда разберитесь. И побыстрее.

— Мне нужен ваш совет, как поступить и что стоит сказать, а что — категорически не стоит.

Мужчина пару минут буравил его строгим и нечитаемым взглядом, потом кивнул:

— Присаживайтесь, будем думать.

Для того, чтобы разобрать ситуацию, что называется, по косточкам, выделить ключевые моменты и отыскать решение, а, вернее, подтолкнуть к самостоятельному поиску оного Теренса, у него ушло не более десятка минут.

— Надеюсь, вы все поняли, курсант ОʼЛири?

— Так точно, сэр!

— Тогда поторопитесь.

— Да, сэр, — Терри развернулся и бегом отправился искать наследника Деррик.

Ральф отрабатывал удары на чучеле в зале, колол его нещадно.

— Ральф, — негромко позвал его Теренс. — Пойдемте со мной.

— Что-то случилось? — ненатурально удивился Ральф, но шпагу убрал в ножны.

— Нам нужно поговорить.

— Не думаю, что это достойно обсуждения, — чопорно ответствовал Ральф. — Извинения я уже принес.

— Извинения в чем? Я не увидел для этого причин. Но поговорить нам нужно, — Терри поймал его взгляд и постарался как можно более спокойно улыбнуться.

— Если вам так угодно, — церемонно склонил голову Ральф.

— Угодно, — согласился Теренс. — Идемте.

— Отчего не здесь?

— Хочу быть уверен, что услышит только тот, кто должен, — ведя курсанта в означенную классную комнату, сказал Теренс.

Сэра Аликса уже не было, разбираться Терри предстояло самому. Он запер дверь на ключ, который нашел торчащим в замке с внутренней стороны двери, мысленно поблагодарив воспитателя.

— Откуда у вас ключ? — удивился Ральф.

— Не важно. Наследник Деррик, я хотел бы, чтобы между нами не осталось никакого недопонимания, поэтому, надеюсь, вы простите мою прямоту.

— Вне всякого сомнения. Если вы объяснитесь.

— Обязательно. Вы сказали, что я подпускаю наследника Мавери слишком близко, кроме того, предупреждали меня о напряженных отношениях между моим майором и бароном Мавери. Я принял это к сведению и благодарен вам. Однако я не вижу повода судить сына по делам его отца. Оценивать каждого, с кем сведет меня судьба, я стану непредвзято. До сих пор Джеймс Мавери не позволил себе в мой адрес ни одного некорректного высказывания, в отличие от его окружения, я не вижу причин отказывать ему в общении, Ральф, вы понимаете? Это место, наша академия, создано ведь не только для того, чтобы обучить нас управлять крылатыми машинами. Это прекрасный плацдарм для завязывания новых отношений.

— Я понимаю, что новые отношения — это прекрасно, Теренс, — ровно согласился Ральф.

— Кроме всего прочего, не соблаговолите ли пояснить для меня, что вы имели в виду под «слишком близко»?

Чтобы смягчить вопрос, он слегка улыбнулся.

— То, что обычно под этой формулировкой скрывается, — Ральф в ответ улыбаться не стал.

— Знаете, Ральф, у каждого из нас восприятие этих слов может быть отлично.

— Не понимаю возможности истолковать двояко данную фразу. Впрочем, раз уж вы столь милы с ним…

— Ральф, вы видите то, чего нет, — Терри открыто рассмеялся. — Прошу вас, не обижайтесь и поймите меня правильно, но для меня невозможны отношения, которые вы подозреваете. Не спрашивайте о причинах, просто примите как данность.

— Невозможны? — переспросил Ральф.

— Абсолютно, — Теренс согнал с лица неуместную сейчас улыбку.

Ральф снова склонил голову, принимая эти слова. Ему протянули ладонь со словами:

— Я был бы рад, если бы наши отношения продолжились в прежнем русле.

Ральф молча кивнул и пожал ладонь.

— Идемте, скоро будет колокол, — Теренс отпер дверь и пропустил его вперед.

Дальше Ральф вел себя как обычно, как Терри и привык в первый месяц знакомства. Жаль, он не мог заглянуть в его голову и узнать его мысли, а то бы изрядно удивился. Ральф получил не туманную загадку, а самую что ни на есть настоящую, не надуманную. И изо всех сил сдерживался, чтобы не показать яростно разгоревшийся интерес. Еще больший, нежели вначале.