— Вы, наверное, задаетесь вопросом, — вещал сэр Аликс, — зачем все это вам нужно?

Терри тихо хмыкнул и навострил уши: скажет ли воспитатель что-то, чего он не знает?

— Так вот, это вам нужно, чтобы в случае чего вы могли ловко выпрыгнуть из горящего самолета и быстро убежать от него же, падающего вам на голову.

Терри представил себе эту картину и содрогнулся. Он видел, как вспыхивает и рушится пустой, по счастливому стечению обстоятельств, дирижабль. После той катастрофы в баллонеты стали закачивать не горючий водород, а инертные газы. Но он при всем желании не мог представить, как можно выпрыгнуть из горящего самолета и не разбиться насмерть.

— Так что шевелим ногами, шевелим! Спасаем свои жизни!

Тайное знание, как остаться в живых, если самолет горит в небе, недолго осталось таковым. Воспитатель объяснил подросткам, что, кроме всего прочего, они будут учиться прыгать с парашютом.

— Но это будет, когда вы малость наберете мускулатуру и станете попроворнее.

Гонял сэр Аликс их нещадно, не давая передышки, пока самые слабые не начали валиться с ног.

— Слабо, очень слабо! Одним фехтованием обойтись нельзя. Впрочем, через полчаса я проверю ваши навыки в этом благородном искусстве.

— Всего полчаса, — пробормотал кто-то.

— Нужно дойти до казармы, взять шпаги, — полувопросительно сказал Теренс.

— Да, только не дойти, а доползти, — простонал Эверик, упираясь ладонями в колени и пытаясь отдышаться.

— Идемте-идемте, — посмеивался Ральф, впрочем, и он тяжело дышал.

Предлагать руку подростку Терри не стал, это было бы расценено, как признание его слабости, а подобного аристократы не терпели, тем более юные и исполненные максимализма.

Эти полчаса большая часть воспитанников провела, попросту валяясь на кроватях. Терри сгрыз яблоко, оставшееся от вчерашнего ужина, умылся и расчесал волосы. Еще немного, и можно будет связать их в хвост, чтобы не мешались.

— Берем шпаги, — пронеслось по спальне.

Терри был рад тому, что фехтование здесь преподавали тоже, у него был шанс скрестить шпаги с более сильным противником, нежели пятнадцатилетние недоросли. В зале для фехтования их стали проверять, сперва попросив вытащить шпаги. «Оружие — это то, что не обнажают из праздного любопытства. Но, даже если оно проведет в ножнах весь год, клинок должен быть остер, смазан и блестеть», — внушал Теренсу барон. Состояние шпаг у всех удовлетворило взыскательного преподавателя.

— Что ж, неплохо.

Чуть позже Терри узнал, что зовут его эрл Готтлиб, а также то, что этот эрл довольно пренебрежительно относится к тем, на чьем пальце не сверкает золотое кольцо. Он считал, что лишь дворяне могут владеть шпагой достойно, не посрамив чести благородного оружия. На Теренса же и вовсе смотрел, как на двухголового теленка. И его же первого вызвал на помост, рассчитывая вволю понасмешничать над неуклюжим этередо, наверняка впервые взявшим в руки шпагу. Терри мысленно усмехнулся: его учил признанный мастер клинка… С ним эрл разделался за три минуты.

— Слабо. Очень слабо. Отвратительно.

Терри не особенно и огорчился: знаний и опыта дуэлинга у него было маловато, полгода — это ничто по сравнению с опытом эрла. Однако три минуты — это неплохо, остальные не могли похвастать и таким достижением.

— В общем, курсанты, плохо, вы не безнадежны… хотя и не все. Но пока что плохо!

Терри видел, как эта пренебрежительная оценка задела некоторых. Наверняка многие из них полагали себя мастерами клинка.

— Но я вас всему научу. И даже больше, — обнадежил их преподаватель. — Свободны.

Вместе с его словами прозвучал и колокол, отпуская кадетов на волю.

— Уф-ф, что за пренеприятный типус, — проговорил кто-то впереди Теренса, немного манерно.

— Я с вами полностью согласен, Майкл. Но что поделать, мы тут на год заперты.

Ральф только насмешливо скалился и придерживал запястье: эрл Готтлиб не церемонился, выбивая из его руки шпагу. Эверик вообще дулся, его разделали в три движения, и он до сих пор не отошел от подобного унижения.

— Ничего, к концу года мы будем фехтовать не хуже, чем эрл Готтлиб. Я надеюсь.

Терри сдержал усмешку: это вряд ли. Тому, что умеет эрл-фехтмастер, учатся всю жизнь. Да и вообще обращаться с оружием и совершенствовать навыки следует постоянно. А ему стоило посетить душ, чтобы на вечерней проверке не схлопотать взыскание. Именно этим он и занялся сразу, едва добравшись до казармы. После душа юный баронет Деррик был столь любезен, что одолжил ему свои конспекты за первую неделю занятий, а также показал комнату, где можно сесть и выполнить заданное для самостоятельной работы.

— В конце каждой недели — проверка.

— Сложная? — поинтересовался юноша, начиная переписывать материал.

— Как сказать… Взыскание схлопотать можно легко.

— Я смотрю, взыскание — это то, что эрлы просто обожают раздавать, в отличие от похвал, — усмехнулся Терри.

Он уже понял, как трудно будет ему обойтись без этих самых взысканий и получить увольнительный по истечению месяца.

— Еще бы, год — это слишком мало, дисциплина строжайшая, — кивнул Ральф.

— Тогда почему не растянут обучение на дольше? — резонно возразил Теренс.

— Понятия не имею.

Дальше они оба погрузились в учебу, чуть позже к ним присоединились еще трое, сдержанно поздоровавшись и представившись: баронет Ильяс Клевис, наследник рода Клевис, и близнецы Лонг — Керан и Вольф. Задания были не такими уж и трудными, Терри успел выполнить их и переписать все нужные конспекты лекций. Чем удивил всех присутствующих, причем, настолько, что они сочли возможным показать это удивление. Или же просто еще не столь совершенно умели сдерживать свои эмоции.

— Вы так быстро пишете? — восторженно заметил Ильяс.

— У меня была обширная практика, — улыбнулся Терри, вспомнив, как барон гонял его за неразборчивые каракули. — На лекции труднее.

— И вы успели все решить из заданий?

— Да, как видите. Они несложные.

Понемногу все откладывали тетради, завершив задания. Ральф вынул из кармашка золотой брегет, щелкнул крышкой.

— Итак, господа, у нас около часа свободного времени. Чем займемся?

— Я пойду пофехтую, — решил Ильяс. — Надо же вспомнить, чему меня пару лет учили.

Керан и Вольф остались, немного настороженно глядя на Теренса.

— Итак, вы — этередо барона Тарья.

— Да, — кивнул Терри, не понимая, куда они клонят.

— Это правда, что вы станете наследником, если кровных Тарья не будет?

— Нет, неправда, кто вам сказал такое? — удивился Терри.

— Вас отправили учиться сюда, — пожал плечами Вольф. — Значит, барон перестраховывается.

Терри задумался: что же говорить, чтобы такие слухи не стали расползаться. Один вариант ответа давал понять, что протекция барона — личная, что позволит им заподозрить майора и этередо в неподобающей связи. Второй — позволит слухам распространиться.

— А какое отношение вообще может иметь учеба на летчика к наследованию?

— То есть, вы хотите сказать, что барон Тарья отправил вас учиться лишь затем, что ему нужен пилот? — позволил себе усомниться Керан, совершенно одинаковым жестом и одновременно с братом вскинув бровь.

— Майор сказал, что нужно иметь образование, которое позволит в случае чего защитить Империю.

— Вот как, — близнецы переглянулись, словно умели общаться без слов.

Ральф участия в беседе не принимал, но внимательно слушал, поигрывая пером.

— Что ж, пожалуй, мы вас покинем, — близнецы поднялись. — Стоит проведать приятелей из других групп.

Теренс и Ральф попрощались. Баронет Деррек подождал, пока закроется за ними дверь, затем неторопливо повернулся к Терри.

— Значит, защищать Империю?

— А вдруг Объединенные Королевства снова решат напасть?

— Вы в это верите? В то, что они снова нападут?

— Не думаю, что они отступятся так скоро, — Терри старался отвечать аккуратно.

— Между нашими странами сейчас вооруженное перемирие, но Империя сильнее, впрочем, как и всегда была, и всегда будет. Если, конечно, не потеряет свой потенциал в силу внутренних конфликтов.