Терри послушно погрузился в чтение, внимательно разбирая рукописный текст. Дело продвигалось небыстро, кроме прочтения, текст следовало еще и понять, он даже не думал, что старинные обороты будут настолько сложны в понимании. Вычленить из витиеватых эпитетов и иносказаний зерно истины стоило невероятных трудов и напряжения внимания. Он с трудом осилил первую главу и откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза и раздумывая над прочитанным. Далекий предок Александра, Марино Тарья, прежде чем стать бароном, был сперва всего лишь юнгой на пиратском судне, и никакого рода Тарья тогда еще не существовало. Повествование велось о том, что корабль под именем «Атэно Тарья» восемнадцатого сентября вышел в море, приняв на борт команду численностью сто сорок восемь человек, в числе которых был восемнадцатилетний юный матрос Марино, названный так оттого, что был некогда найден младенцем после шторма на берегу. Его называли русалочьим полукровкой за особую любовь к морю и… Терри перечитал снова непонятный для него кусок: «стихия морская изъявляла к своекровному дитяти благоволение свое, не оставляя оного без пропитания». Черт знает что!

— Еще есть вопросы? — барон решил уточнить, почему Терри молчит и не смотрит в книгу.

— Русалочий полукровка? — выпалил Терри первое, что пришло на ум.

Барон рассмеялся:

— Что ты, русалок не существует.

— О… То есть, конечно, это легенды, я знаю.

— Тяжело читается, да, керро? — усмехнулся барон.

— Очень, — признался Терри. — Но я справлюсь.

Барон хмыкнул и кивнул в сторону камина.

— Подкинь дров, становится холодно.

Пламя радостно приняло новую пищу.

— Милорд, а возможно переделать бойлер для обогрева помещений не паром — он остывает раньше, чем доносит тепло даже до второго этажа, а горячей водой? Если вода будет циркулировать по трубам… Нужен достаточно мощный насос и немного иная система котла… — Терри ухватился за пришедшую в голову мысль.

— На «Каллахане» мы используем такой принцип. Но получится ли здесь… Нужно будет посмотреть.

— Ну, конечно, я изобрел качели, — тихо пробурчал Терри, надеясь, что его не услышат.

Но слух у барона был, вероятно, острее обычного, он услышал.

— Нет, качели изобрели до тебя, — хмыкнул Александр. — Налей еще чаю. Обедать я не буду, а вот ты сходи, поешь. И выпей свой отвар, ты тяжело дышишь.

Терри повиновался, постаравшись сделать все очень быстро, потом снова устроился в кресле у камина в кабинете барона, погружаясь в прошлое. Было что-то очень уютное и успокаивающее в таком времяпрепровождении, он, наконец, сумел приноровиться к слогу рассказчика и манере его письма. Летописец повествовал о том, что юный Марино сумел дослужиться до звания старшего помощника, а в один из не слишком удачных рейдов поднять бунт, — тут Терри тихо хмыкнул: бунты у Тарья в крови, оказывается, — и стать капитаном. О нем говорили, как о рожденном под крылом Фортуны, и Марино Тарья оправдывал это прозвание. Дьявольски удачливый пират умудрился сколотить значительное состояние, а после сорока лет вложить большую его часть в земли, на которых первыми арендаторами были пираты, пожелавшие покоя и стабильного дохода. Уже сын Марино Тарья стал прозываться бароном, однако связи с морем не потерял, эскадра Волка моря продолжала бороздить океан в поисках не только торговых связей и новых товаров, но и легкой добычи в виде чужих судов.

Их влияние росло и ширилось, не в первую очередь потому, что перед смертью Марино Тарья сделал один из самых блестящих ходов в жизни: он женил сына на дочери соседнего барона, а дочь отдал замуж за другого соседа. Не существуй у Тарья уже прозвания, закрепившегося в веках, их стоило бы назвать Пауками, столь прочно они оплетали родственными связями соседей, создавая одну из сильнейших уний на территории будущей Империи. Впрочем, поспорить с баронами Тарья мог другой род, основатель которого тратил время не на моря, а на сушу. Род Майер. Терри собирал из текста скупые сведения о них, так же как и о Тарья и прочих Двенадцати Сильнейших. Аларик Майер стал первым хоу-бароном. Вторым был Грего Клангет. Клангет? Видимо, Стивен — его потомок.

— Вечереет, — барон отвлек его от чтения. — Пора ужинать.

— Ох, простите, милорд, — спохватился Терри.

Барон только усмехнулся, кивнул, словно разделяя его увлеченность древнейшей историей. Терри поспешно заложил страничку сплетенной из серебряных проволочек закладкой и поторопился на кухню. По возвращении его наверняка будет ждать экзамен на владение столовыми приборами, Терри не сомневался. Повара сегодня… перестарались? На тележке стояло столько блюд, что она едва не скрипела от натуги.

— Мастер Пауль?

— Милорд выздоравливает, — объявил толстячок таким тоном, словно это все объясняло.

— И что, милорд будет все это есть?

— Увидишь, — рассмеялся Пауль. — Кланс, помоги мальчику.

Вдвоем тележку закатили в подъемник, и Терри поспешил на второй этаж, чтобы там принять ее и довезти до кабинета — сегодня барон целый день провел в нем, работая с бумагами.

— О, ужин, — барон очень подозрительно обрадовался.

Терри принялся сервировать стол, но остановился в изумлении от его рыка:

— Плевать на этикет, садись и ешь. Сегодня можно хоть засапожным ножом, хоть руками!

Сам он именно руками принялся разрывать целиком запеченную птицу, начиненную, кажется, орехами. Терри все-таки воспользовался ножом и вилкой, пытаясь понять, что это с бароном. Тот выглядел сейчас, должно быть, как его предок, пирующий на палубе захваченного корабля. Не хватало только повязанной на пиратский манер косынки и кортика за широким кушаком. А так — ну вылитый пират. И аппетит его Терри весьма радовал.

— Пауль меня переоценил, — обглодав последнюю косточку и зажевав мясо салатом, барон вытер руки салфеткой и забавно наклонил голову на бок, словно прислушиваясь к себе. — Или нет? Пожалуй, еще немного форели в меня влезет.

В Терри уже давно ничего не влезало, поэтому он промолчал. Блюда и тарелки в пределах досягаемости барона опустели быстро, юноша придвигал ему новые, убирая посуду на тележку, доливал в бокал какой-то напиток, судя по запаху — отнюдь не вино, наверное, сок. Барон кивнул ему:

— Попробуй. Очень полезная штука для выздоравливающих.

Терри опасливо попробовал, решил, что вкус достаточно приятный. Терпкий, чуть горьковатый, кисло-сладкий напиток в самом деле оказался соком, он немного царапал горло, но оставлял дивное послевкусие.

— Гранат. Его выращивают на Оркланских островах, которые принадлежат Тарья с древности. Роландо Тарья присвоил их в одно из своих плаваний.

— И правда хорош для выздоровления?

— Бесподобен. Очищает кровь и позволяет мореходам в дальних рейдах не опасаться цинги, так же как лимоны и прочие цитрусы. Роландо приказал всегда иметь на борту наших судов запас этого сока, когда понял его свойства.

Терри увез посуду, обрадовал поваров тем, что аппетит у барона поистине волчий. Когда он вернулся, барон поднялся, совершенно не выказывая усталости или слабости, кивнул:

— За мной.

Юноша поспешил исполнить приказ. Барон вел его в то крыло особняка, куда Терри прежде не заходил.

— Здесь тренировочный зал и оружейная.

— Вы собираетесь сейчас заняться моим обучением фехтованию или просто показываете? — уточнил Терри.

— Подберем тебе оружие по руке. Сегодня во мне еще маловато сил на полноценную тренировку, — усмехнулся Александр.

Терри не стал говорить вслух, что при таком ранении барон не займется физическими нагрузками еще с месяц минимум. Хотя кто его знает — этого безбашенного Тарья, потомка не менее безбашенных пиратов? Барон словно услышал его мысли, усмехнулся:

— Нельзя позволять крови застаиваться, а хандре — пускать корни в душе.

«А еще нельзя с ранением легкого вскакивать и бегать», — добавил Терри про себя.

— Я довольно отлеживал кости. И нет, о, мой заботливый этередо, я не собираюсь немедленно совершать подвиги. Но разминка необходима.