• Что такое горизонтальная игра? Это игра другого типа, в которой все участники выигрывают от кооперации (математики говорят: «с положительной суммой»). Пусть не так уж и ломтями хапают, но зато постоянно. Иными словами, это означает протянуть друг другу открытые руки доверия — по горизонтали. Типичный пример: бизнес, процесс обмена артефактами и услугами. Кстати, этой игре помогает другая ментальная модель — деньги. С ее помощью мы верим, что всегда сможем обменять цифры на своем банковском счету на нечто более осязаемое.

• Всякая ли вертикальная игра вредна? Нет — поскольку она тоже может вести к развитию. Длительная череда соревнований может превратить последовательность вертикальных раундов в горизонтальную игру. Стремление к триумфу тоже может привести к развитию. Вертикальная игра вредна только тогда, когда ведет к стагнации и аннигиляции энергии или мешает проведению других (в частности, горизонтальных) игр.

• Что такое вертикальная (или сгущенная) социальная материя (или структура)? Совокупность участников игры, спаянная общими правилами (и единой целью), образующая иерархические пирамиды власти, называется вертикальной материей. Типичные примеры: армия, церковь, партия. Такие структуры замечательно годятся для достижения конечных целей: завалить мамонта, построить дворец вождю, выкопать канал, отнять территорию у соседа. Они типично стремятся к самосохранению — верхушка обрушится без основания, отсюда возникают ментальные модели «дезертир», «предатель» или «еретик». Их недостатком является резко ограниченная способность к развитию (творчество подавляющего большинства людей подавлено).

• Что такое горизонтальная (или тонкая) социальная материя (или структура)? Совокупность участников игры, спаянная между собой общими правилами, но не отношениями субординации, называется горизонтальной материей. Типичные примеры: свободный рынок, община, ученые. Такие структуры производят комбинаторный продукт свободной деятельности многих игроков и поэтому замечательно годятся для распространения моделей. И для их развития это оптимальная питательная среда. Однако они достаточно легко рвутся и даже распадаются (нет центра, который бы следил за процессом). Их главным недостатком является относительная уязвимость во взаимоотношениях с вертикальными структурами — ножами партий, в которые сгрудились малые. Помимо этого, излишний плюрализм часто мешает в достижении конечных целей.

• Всегда ли горизонтальные/вертикальные игры образуют горизонтальную/вертикальную материю? Часто дело обстоит именно так, но в общем случае нет, поскольку в горизонтальных играх могут принимать участие вертикальные структуры. Типичные примеры: фирма, организация, НИИ.

• Что такое модельный ландшафт? Это совокупность социальных материй общества. Скалистый ландшафт возникает, когда преобладают вертикальные энергетические пирамиды. Равнинный ландшафт характерен для горизонтальной тонкой материи. Смесь образует холмистый (или смешанный) ландшафт.

На вышестоящей точке я вынужден скомкать традиционное вступление, дабы успеть удовлетворить всех желающих получить ответы. Их сегодня ожидается на удивление много — десять штук, как в хорошие старые времена нашей плохо забытой викторины.

Как мне кажется, любая создаваемая модель упорядочивает этот мир в какой-то степени. Даже если она не оставит никаких следов в истории и не повлияет ни на материю, ни на энергию (хоть пси-), все равно она — шаг от хаоса к порядку. Существуют ли какие-то системы и критерии оценки соотношения упорядоченности и хаоса?

Нет, ну чего только в мире моделей нет! Есть, конечно же, и системы измерения количества хаоса. Обычно этим делом занимается так называемая теория информации, и с ее помощью можно прикинуть, сколько битов или натов привносит в наш мир та или иная ментальная модель. Вспомним слоеный пирог, с которого я начал потчевать своих гостей в самом начале званого обеда по имени БГБ. Все многообразие ментальных моделей мы тогда распилили на пять фаз развития. Несложно проследить, как по мере продвижения от нулевой к конечной стадии растет количество информации (а это почти синоним «упорядоченности»). Сначала мы выделяем феномен в общем сенсорном потоке — вот вам и первый бит. Затем начинаем пытаться объяснить его происхождение, т. е. присовокупляем его к нашей общей гигантской семантической сети, согласовывая информацию на более высоком уровне. Потом в наблюдаемых отношениях выделяем каузальность, это тоже следствие регулярности происходящих событий. Обнаружив ее, пытаемся найти для найденного полезное конструктивное применение — и это повышает информационную ценность модели. Наконец, подобно тому, как скульптор из глыбы мрамора вырезает прекрасную статую, мы переходим от качественных пропозиций к количественному математическому описанию, т. е. от малоценных законов типа ceteris paribus к высокоинформативным формулам. Что мы получаем в результате? Прежде всего экономию в терминах количества информации, которую необходимо хранить для дедукции обстоятельств интересующих нас событий. Например, достаточно троицы законов Ньютона, и нам более не нужно держать гигантскую базу наблюдений над поведением тех или иных индивидуальных физических тел.

Итак, с ментальными моделями в науке все достаточно ясно. Вопрос, однако, сформулирован так, что мне видится в нем более тонкая материя. Возможно, что имеются в виду, например, этические, юридические или религиозные модели. И в самом деле, многие ментальные модели этого типа осуществляют крайне важную социальную (игровую) функцию. Из отдельных индивидуумов они формируют спаянный едиными модельными цепями насквозь и поперек единый организм. Они прядут из человеческого сырья тонкую модельную материю. И в самом деле, мы постоянно играем друг с другом в странные игры, горизонтальные и вертикальные. Образуем соответствующую материю. И вертикальные шкварки, конечно, сильны. Но великие победы часто бывают пирровыми, фортуна нередко бывает переменчива, а мы ведь так ценим уверенность в завтрашнем дне! На протяжении всей истории рода людского можно видеть, как мучительно медленно происходит дрейф к ментальным моделям горизонтальных игр, к сотрудничеству.

Если взглянуть на ту же историю чуть с другого ракурса, несложно заметить, что она представляла собой также и постоянные попытки организации общеполезных игр. Удачные социальные эксперименты распространялись, неудачные свертывались. Конечно же, всегда находились нарушители конвенции. Нож вертикальных игр элементарно проделывает дырки в тонкой материи игр горизонтальных. Успех горизонтальщиков зависит от честности всех игроков, а жулики имеют преимущество в том, что не обязаны следовать установленным правилам. Однако тонкая модельная материя, будучи поврежденной, хоть и рвется, но не сдается. Спустя некоторое время образовавшаяся рана затягивается. Счастливый одиночный вертикальный победитель, как правило, если усреднять, оказывается в проигрыше, поскольку ему отказывают, и он не может занять места в общем полотне. Другой популярный исход — включение вертикальщиков в горизонтальную игру. Именно это приключилось с многочисленными варварами: греками-дорийцами, завоевавшими ахейцев; римлянами, завоевавшими греков; германцами, завоевавшими римлян.

Так вот, высокоорганизованная благодаря ментальным моделям горизонтальных игр тонкая материя — это как раз тот самый порядок против хаоса. Для полноты картины стоит добавить, что по вертикали страха люди тоже всегда образовывали сложные иерархические структуры. Типичный пример — армия, диктатура или церковь. Все это — настойчивые попытки сложиться в энергетическую пирамиду и с ее помощью победить в вертикальных играх. Однако на любую силу всегда найдется такая же сила, и результатом нередко становится аннигиляция энергии, т. е. он оказывается негативным для обеих сторон. Тем временем тонкая модельная материя горизонтальных игр медленно, но верно повышает свои «потребительские качества». И происходит это во многом благодаря эволюции наших информационных систем. Изобретение письменности непосредственно предшествовало возникновению цивилизаций Древнего Египта и Месопотамии. Изобретение бумаги непосредственно предшествовало возникновению арабской культуры. Изобретение книгопечатания непосредственно предшествовало возникновению науки. Что произойдет после изобретения интернета, вложенного в него ВК, а внутри оного — БГБ?! Возвращаясь из прекрасного далекого будущего в прошлое, вспомним, что Римская империя привнесла в древний мир прежде всего дороги и право. То, что система законов суть нематериальная информация, понятно без комментариев. Но и по дорогам, помимо товаропотоков, всегда тек поток курьеров, информационные депеши которых были необходимы для согласования условий общей игры.