– Могу я уже сейчас покинуть это место? Мне здесь неуютно. – Почти по-детски начала канючить девушка.

– Вы только пришли в себя, придётся подождать. – Саша не дал продолжить спор. – Иначе, если Вы полностью здоровы, проведут медосмотр, который ввиду болезни отложен на неделю. Вы должны были пройти его несколько дней назад, но не заметили напоминание.

Очень такой недвусмысленный намёк. Ксю принялась мысленно считать время, проведённое в этом мире. Выходило чуть больше месяца. А казалось, целая жизнь прошла с того момента, как она в последний раз вышла с работы.

– Вы останетесь со мной? – Ксении было невыносимо снова оставаться одной среди белых стен.

– Мы выполним любой Ваш приказ. – Антон сделал пару шагов к девушке, взбил её подушку, наклонившись к уху, прошептал:

– Здесь камеры.

Он сделал это вовремя, Ксению уже распирало от желания спросить о Данко, о возвращении в лагерь. Им предстояли напряжённые сутки. Но они пройдут через это вместе.

8 Глава

На следующий день Ксю была выписана и отправлена домой с официальным запретом покидать квартиру до следующего медосмотра. Пока шли к капсуле она молчала из последних сил, но уже по дороге домой начала допрос:

– Немедленно рассказывайте мне правду! Как так вышло, что мы вернулись к прежнему жилью?

– Ты была сильно ранена и без помощи потеряла бы руку. – Виновато ответил Саша. – Прости, что нас не было рядом. Это наша вина.

– Ты настоящая героиня! Ты спасла того мальчика. – Торжественно объявил Антон.

– А откуда там вообще взялся ребёнок? ЧИРы ведь все взрослые, и я не могу себе представить, чтоб мать добровольно привезла ребёнка жить в палаточный лагерь. Не поймите меня не правильно, но там сложно, не лучше ли было дождаться, пока малыш подрастёт?

– Ну, дело в том, что тут нечто иное. – Замялся Саша.

– Этот мальчик родился в лагере. – Пришёл на помощь другу Антон. – Я не знаю, сколько лет назад, но один из ЧИРов сбежал, а помогла ему его хозяйка. И они вместе пришли в лагерь и обосновались там. Их палатка стоит на окраине, они всегда вместе. И вот эта женщина и родила мальчика. Лично я в это не верю, но все говорят, что отец ребёнка – тот ЧИР.

– Я тоже не верю. – Грустно поддакнул Саша, но глаза прятал, стараясь не смотреть на Ксю.

– А почему вы не верите? – Девушке было не понятно их упорство в этом вопросе.

– Если он и правда отец ребёнка, значит, мы можем рождаться и жить без помощи людей, значит, у нас есть будущее. – Антон сказал это словно заклинание. И не было ни злости, ни обиды на людей в этих словах, а лишь надежда, которую сложно произносить вслух.

– Это не правда, больше в лагере не рождаются дети. – Категорически заявил Саша. – Они соврали нам.

– А много пар среди сбежавших ЧИРов и людей, живущих с ними? – Ксю против воли тут же подумала о Данко. От одной мысли, что она могла бы стать его парой, в животе стало тепло и немного щекотно.

– Пока две. – Антон улыбнулся каким-то своим мыслям.

В этот момент разговора капсула остановилась возле дома, где находилась квартира Ксю. Девушка в сопровождении своих парней поднялась на свой этаж, по дороге стараясь молчать на случай встреч с местными. Но зайдя в квартиру, сразу задала свой главный вопрос:

– А как же Данко? Он разрешил меня забрать для лечения? Он же говорил, что раз я знаю, где базируется лагерь, я никогда не смогу его покинуть. – Пока Ксения это говорила, в голове билась мысль, что парни вполне могли тайком совершить побег и теперь находиться в немилости у всего их общества.

– Это он и предложил. – Признался Саша. – Когда мы прибежали на крики, стали пытаться лечить тебя доступными средствами. Позже прибежал Данко, увидел тебя и велел везти к людям, чтоб те помогли.

– Он даже не спросил, что случилось. Наверное, ему потом рассказали. – Чуть удивленно бросил Антон.

– Ему было всё равно, что произошло. Важно было спасти Ксю. – Саша многозначительно взглянул на друга.

Девушка присела на диван и обняла руками колени. Данко поставил под удар всех. Ради неё подверг их опасности. Даже не спросил, что случилось. Важна была только она и её жизнь. Горло перехватило. В груди затеплилась маленькая надежда на то, что, быть может, есть всё-таки шанс стать для него больше, чем просто случайным человеком. Саша подошёл и сел рядом, заговорив:

– Нам нужно будет утром поехать в лагерь. Надо рассказать, как ты, получить указания, что делать дальше.

– Ты не против? Мы побудем с тобой до этого времени. Потом быстро вернёмся. – Антон сел на диван с другой стороны.

Ксю не хотелось оставаться одной. Да кому она врёт? Девушке не хотелось находиться вдалеке от Данко. Можно было напроситься с ними в лагерь, но нужно придумать, как преподнести своё желание, чтоб не показаться навязчивой. И не выдать своих чувств. Нужно было время на подумать, и она задала первый пришедший в голову вопрос:

– А как работают эти переводчики?

– Что? Эм, ну, ты хочешь узнать это сейчас? Не хочешь узнать что-нибудь про своё лечение или что-то более важное? – Сашу было не так просто провести, он видел, что девушка думает о чём-то другом. Но Ксю предпочитала идти до конца в любых начинаниях и сейчас твёрдо решила придумать повод вернуться в лагерь вместе с парнями. Надо только выдумать что-то убедительное и немного правдоподобное. Поэтому она упорно кивнула:

– Мне важно понимать, как это работает.

Была и ещё одна причина у этого вопроса. Важно понять, насколько точен перевод. Девушка хотела попробовать поговорить с Данко, но боялась, что переводчик работает каким-то особым способом, было важно, чтоб информация подавалась точно.

– Ладно, раз это важно. – Сдался Саша, когда сидевший с другой стороны Антон начал зевать. – Это не очень интересно, но я расскажу. Прибор улавливает не только речь, но и эмоциональную часть речи. К нам попадают люди из разных миров, реальностей, я не знаю, как правильно назвать. И если переводчик не срабатывает, значит, конкретного языка нет в базе. Тогда человека везут в медотсек и присоединяют к нему другой аппарат и считывают мозговые импульсы, возникающие в процессе взаимодействия. Это не быстро. Месяцы человек может провести, присоединенным к аппарату, а потом в переводчик добавляют новый язык.

Ксения представила почему-то белых лабораторных мышей. Однажды, во время учёбы в институте, она была на экскурсии в институте, изучающем мозг. Там в лаборатории в клетках сидели мыши со вскрытыми черепными коробками, прямо из голов торчали провода, к которым можно было подсоединять разные приборы. Ей показали мышь, к мозгу которой был присоединен провод, пускающий ток в центр удовольствия. Ток поступал каждый раз, когда она нажимала на кнопку. Эта мышь не ела, не пила, а только нажимала на кнопку. Жуткая картина всплыла в голове Ксю. Она представила себе людей, которые как эти мыши были прикованы проводами к считывающему их мысли аппарату. Больной мир.

– Это ужасно. – Девушке нечего было добавить. Чем дольше она находилась в этом мире, тем меньше он ей нравился. – И эта зверская процедура переносит из головы человека его речь в компьютер?

– Почти. – Саша чувствовал себя виноватым, что знал такие подробности и никак с этим не боролся. – Переносятся только понятия. Сам смысл сказанного интерпретируется в зависимости от конкретного носителя. У каждого свой уровень, разное мышление и воображение. Переводчик посылает основные сигналы, а мозг уже самостоятельно их формирует в образы и наполняет словами.

– Это как? – Рассказ Саши был не совсем понятен девушке, возможно потому, что она продолжала думать о людях, запертых в лабораториях, с проводами, торчащими из голов.

– Представь себе, трое разговаривают. Один сказал, что сегодня хорошая погода. Второй услышал, что сегодня на улице тепло, светит солнце, нет туч, дует легкий тёплый ветерок. А второй, что на улице комфортная температура. – Саша объяснял медленно, подбирая слова. Казалось, что он сам первый раз задумался о такой привычной для него вещи. – Оба слушающих поняли, что сказал первый. Но, благодаря хорошо развитому воображению и большому словарному запасу, второй получил более образную картину, а третий просто узнал факты.