Пузырь пространства, в котором замер Эриби… до потолка был подперт ветвями мертвого дерева фей, вернее, его небольшим проростком. Корни без почвы клубились под ногами, образуя в некоторых местах полупрозрачные вздутия, в которых можно было увидеть покоящиеся тела. Дышать здесь было нечем. Система станции подтвердила, стены как решето — из-за проткнувших их насквозь острых виц.

Я подошел к мертвому проростку и, положив руку на него, удостоверился, считав последние крохи, вернее, всполохи памяти, о том, что тут произошло. А после, убрав пальцы с того, что уже никогда не оживет, повернулся к своим спутникам.

«Они активизировали бездушные тела этим проростком, но так как система планеты тут не действует — получили прожорливых убийственных монстров — можно сказать, последнюю степень защиты планеты Веспы. Которых после дерево все же взяло под контроль и, упокоив в себе, самоуничтожилось… вспоров обшивку станции…»

«Что думаешь на это, Волем?» — поинтересовался Эриби.

«Только то, что разум Матери лучше не злить, — передернул тот плечами, — больше нам тут делать точно нечего, но я все же хочу кое-что проверить в записях. Вер?» — поинтересовались дипломатично у меня.

«Я не против…» — ответил я, пребывая в настоящем трансе вместе с Кирием… неужели дети леса так смертельно опасны? И что же моя сущность феи такое разбудила своим появлением на Веспе? Мысль, что я родился не на самой планете — крепла все сильнее и сильнее. Но тогда где?

Волем закончил скачивать нужную информацию, и мы решили вернуться на свой челнок… обратную дорогу шли молча. Только Волем продолжал разбираться в хитросплетениях кластеров памяти станции, и к нему то и дело подключался для помощи Эриби…

***

Я пришел в себя уже в кресле рядом с пилотом. Эриби автоматом набирал настройки для следующего прыжка до второй станции, как меня заинтересовал один факт:

— Эриби, это же коды поправки связаны с луной, да?

Бывший военный пожал рассеяно плечами, подтверждая:

— Ну да, стабилизация нашего челнока, учитывающая гравитационное поле спутника Веспы.

— Тогда почему ты закладываешь сразу два пакета программ?

На мой наивный вопрос оживился Волем. Эриби непонимающе смотрел на голографическую схему, даже отвел свои работающие пальцы в сторону:

— Ну, первая основная, вторая вспомогательная, так любой пилот на Веспе делает, и нас так учат. Чтобы обе системы, накладываясь, давали суммарный эффект. Это связано с тем, что спутник Веспы имеет своеобразное гравитационное сложное поле, — нам ответили как заученный урок.

— А почему луна имеет такое странное поле? — не унимался я, смотря, как Эриби зависает, явно не зная ответа. Видно военных в этом плане не просвещали, просто вдалбливали как аксиому, что, мол, только так и никак не иначе.

— А ведь фея права, я тоже никогда не задумывался почему существует второй программный пакет… А ведь я тоже бывший военный.

Эриби посмотрел внимательно на Волема и задал видно давно терзающий его вопрос:

— Я все удивляюсь, как ты мог работать в военном ведомстве, и тебя там не вычислили как мима?

— А, это, — отмахнулись как от чего-то известного и неинтересного, — ты же видел, как я вскрываю? Ну вот, это моя природная особенность, мое тело синтезирует биосубстанцию по типу той, что правительство вживляет в головы своим подчиненным мимам. Удобная штука — многофункциональная, я и своей семье вживил, каждому, поэтому и нечитаем для других, как мимов, так и военных. Могу и тебе засунуть, если так жаждешь, но учти, я тебя после этого буду считывать, как открытую во все стороны систему.

— Нет, спасибо, — буркнул под нос Эриби, — я пас.

— Можно подшаманить и убрать последнюю опцию, ну так что? По рукам? — подмигнули по-хулигански моим мимам.

Но то, как вновь передернуло Эриби, тот был явно против. Кирий же просто фыркнул — мол, еще чего не хватало. Зато я себе сделал заметку, а вдруг пригодится? Мало ли каким задом вновь повернется ко всем нам эта гребанная реальность.

Меж тем Волем загонял данные в свои собственные программы и видно что-то за счет них выстраивал и моделировал… а после вообще присвистнул от удивления, развернув перед нашими глазами результат. Судя по многомерной схеме, это была Веспа и траектория движения ее спутника, вот только траекторий было две, как минимум, причем вторая словно была подвешена в противофазу первой. Эриби это не удивило:

— И что? Я это и так знал, думаешь ты один такой умный. Луна искусственного происхождения и здесь… — указали в ключевой момент противофазы всплесков, — находится ее антипод, он мелкий с яйцо, но созданный из тяжелой материи. И это закрытый для полетов район, так как там идет мощное локальное искривление пространства и времени. Ученые давно ломают голову, для чего вообще создана система противовеса двух лун и главное кем. И если с большой более или менее все известно, то с ее антиподом… даже если бы могли — фиг бы узнали — сама луна не дает к себе приблизиться ни под каким соусом.

— Не знал, что у нас на орбите болтается искусственное тело, устроенное по типу нейтронной звезды, — огрызнулся Волем…

Как у меня что-то щелкнуло в голове. Вся эта несостыковка, ложная информация, вранье военных. Нескончаемый поток данных, что давно клубился у меня в голове, вдруг выкристаллизовался в четкую прозрачную систему, настолько очевидную, что я завис, откровенно не понимая. Ведь все вот оно, прямо перед глазами, неужели никто не видит, неужели никто никогда не пытался хотя бы ответить на простой вопрос. Почему?

— Вер, ну что, перемещаемся на вторую станцию? Судя по фону эфира, она полна людей и до сих пор в рабочем состоянии, — Эриби не обращал должного внимания на ворчание Волема, корректируя курс, как я опрокинул моих спутников в полный ступор.

— Нет, летим на антипод луны.

— Но? — Эриби оторвал свои синие глаза от приборов и глянул недоуменно на меня, по сетчатке проскочило свечение мима.

Волем уставился не менее удивленно, а после, хлопнув меня по плечу, заржал.

— Ну, если фея желает. Эриби, разворачивай свою колымагу, пилим туда… м-да, парни, с вами скучать мне точно не придется.

Кирий недоуменно зыркал на нас троих, но при этом умудренно молчал, что для него было крайне нехарактерно.

***

— Мы сдохнем, — Эриби с ужасом пялился на показатели челнока, что не просто предупреждали раздражающими всполохами, они орали, словно мы совались не на антипод луны, а, как минимум, ныряли в черную дыру, погружаясь за горизонт событий.

Как ни странно, но первым из нас вырубился Кирий, и теперь с блаженным лицом идиота пребывал в ином мире.

— Не привык пацан к космическим перегрузкам, — выдал на это ровно Эриби и внимательно поинтересовался у меня, — Вер, ты как? — но узрев мой недоуменной взгляд, мол, а как должно, хмыкнул себе под нос из разряда: «Ну-ну…»

— Ы-ы-ы-ы!!! — взвыл Волем, пытаясь оторвать Эриби от панели управления и, получив емко под дых, распластался по креслу, вылетевшие ремни намертво его приковали на несколько секунд, правда, мим тут же переместился, уходя от них.

— Заткнись, ты сам был в восторге от всего от этого. Так хотя бы не мешай! — Эриби глянул безумным взором на меня. — Вероник, скажи мне, что мы не зря совершаем эту зверскую попытку самоубийства.

— Не зря, — я еле выдавил из себя, — просто рули по течению, как несет.

— Так другого не дано, обратно нам уже не выбраться. Эта жутко сумасшедшая хрень нам просто это не позволит.

— Ы-ы-ы-ы!.. — взвыл снова Волем.

— Если полезешь, — Эриби сконцентрировал в руке пучок вязкого электричества, — уничтожу не жалея.

Я даже завис на время, так как раньше за Эриби такого не водилось, на мой вопросительный взгляд тут же пояснили:

— Невольно генерирую, но, к сожалению, только когда жизни угрожает серьезная опасность, к примеру, как сейчас.

— Тебе хорошо, ты со своей парой, а я… Господи, я же Калиму обещал вернуться… — Волем нас не слушал, он схватился за волосы и, дергая их в стороны, рухнул обратно, все же давая эластичным ремням зафиксировать свое дрожащее тело.