— Вер вынашивает яйцо, оно от меня, так что просто на время умри, пока я тебя не упокоил окончательно, — рыкнул в ответ на страдания Эриби.

Корабль швыряло, как щепку, и даже на какое-то время показалось, что нас растянуло во времени, как у пилота округлились глаза от понимания и осознания всей этой мешанины из набегающих бесконечных цифр.

— Эй, истеричка, погляди, — буркнул Эриби Волему и, звезданув в бок локтем, сунул под нос голограмму, — ни на какие мысли не наводит?

Волем сначала тупо смотрел на весь этот мерцающий хлам — практически как и я, ничего не соображая, а потом заржал как сумасшедший, хватаясь за живот.

— Кто сделал такую фальшивку — воистину гениален, значит?

— Все это обманка — причем весьма качественная, несколько минут такой встряски и любой повернет назад, унося ноги, а на приборах будет запись как будто побывал в поле микро-черной дыры, — захохотал следом Эриби. — Более того без особого ключа вряд ли кого-то до нас пропускали так глубоко.

Мой фаворит хитро воззрился на меня вместе с Волемом.

— Значит? — не выдержал я их ненормального, на грани психоза, веселья.

— Значит, мы летим в гости, и этот объект может быть всем, чем угодно, но только не антиподом луны, и, судя по показаниям, поле нас пропускает, — Волем глянул на меня, сужая глаза в щели. — Говоришь в нем яйцо, а, Эриби? Походу это и есть наш пропуск. Да здравствуют фей, несущие яйца!

— Ты мне еще молиться начни, — обиделся я, но скидывать руку Волема не стал, когда он от радости пригреб меня к себе, по-дружески душа за шею.

— Кажется, Вер, ты нашел то, что так искал в космосе, — Эриби повел уверенно корабль дальше, обходя куски разбитых в хлам когда-то челноков.

Конечно, нас несла непонятная сила, из которой было, судя по всему, не выбраться, но лавировать или врезаться в хлам на пути по-видимому было добровольным выбором каждого гостя.

— Держитесь, парни… ща будет трясти, мы проходим завесу.

Предупредили нас, но несмотря на предупреждение, корабль так знатно тряхнуло, что мы все на несколько секунд потеряли сознание, а потом словно протянуло через игольное ушко. Мгновение — и мы оказались в зоне штиля рядом с гигантским, практически с луну, объектом, но рассмотреть нам его не дали, что-то подхватило снова наш корабль и потащило на столкновение с этим монстром.

— Бля… парни, что это? — Кирий пришел резко в себя, практически так же, как и ушел от нас, выпучивая глаза на опасно приближающийся к нам выпуклый бок.

— Судя по идеальным пропорциям и формам, о которых нас сейчас размажет до состояния замазки, это искусственный объект, ы-ы-ы-ы, — начал было вновь ныть Волем, как Эриби, схватив его за шкварник, буквально носом ткнул в приближающееся черное безразмерное пятно.

— Скорее нас сожрут или поглотят, так что не дрейфь, хакер доморощенный, прорвемся. Как говорится, в любой искусственной системе всегда есть вход и выход! А теперь держитесь, мужики, я не в курсе, как тут работает система швартовки, можем отбить или оторвать себе что-нибудь особо ценное.

Нас на челноке втянуло внутрь словно пылесосом, окутало странным искрящимся облаком неизвестного энергетического поля, я бы даже сказал, субстанцией, которая не просто облизала снаружи наш корабль, если бы. Было такое чувство, что эти языки неизвестного пламени прошили весь военный челнок вместе со всеми нами. Панель управления вдруг ожила, выдавая информацию, от которой и у Волема, и Эриби глаза полезли на лоб.

— Бля-я-я, классная система дезинфекции, понос нам грозить не будет, только я не понял отчет, почему на корабле сейчас пять форм высшей жизни, — начал было Волем, как его прервал Эриби.

— Ты забыл? Пятая это зародыш в яйце, так что все нормально, и судя по показателям, дисбактериоз тебе не страшен. Система выкосила только те бактерии и вирусы, что не входят в нормальный консорциум микрофлоры кишечника.

— Кто-то очень хорошо знает нашу физиологию и строение, — протянул Кирий, не упустив блеснуть своим умом.

— Да ты просто провидец, — съязвил на это Волем, — который молчал большую часть дороги находясь в состоянии полного офига или валялся в полном отрубе.

— Зато я не выл, как некоторые, да так, что разбудил меня, — парировал мой первый наглый фаворит.

— Так это был сон? — Эриби от удивления даже челюстью скрипнул. — Ну-ну, а я думал, тебя рубануло от перегрузок.

— Просто я устал и не привык болтаться в космосе… — попытались отстоять свою теорию великой власти Морфея, как я остановил их спор, указав на появившийся просвет в беспросветных энергетических завихрениях полей, пересыпающихся разноцветными молниями и искрами.

— Смотрите проход.

— Точно, и нас выносит именно туда, ну что ж, еще несколько минут, и мы узнаем, куда же все-таки прибыли, — единственно, что мог сделать Эриби в данной ситуации, это только сравнивать показатели, что вывешивала ему на экран управления система челнока, и ждать, когда же хозяева этого объекта наконец-то соизволят нас отпустить из своих гостеприимных мягких силков.

Оказаться внутри в подвешенном состоянии, полностью беспомощным в коконе силовых полей было еще тем делом, но быть ошарашенным от увиденного, распахнутого во все стороны пространства — совершенно другим.

— Я сплю… — первым выдал Кирий, — или, как последний идиот, наширялся наркотической пупырчатой жвачкой по самое не балуй.

— Могу шибануть, если хочешь, только скажи, — тут же отмер Эриби и нервно взглянул на меня.

Впрочем, наверное рожа у меня была еще та, так как вокруг нашего плавно скользящего челнока дышала и жила настоящая жизнь. Словно мы и не улетали с Веспы. Мимо проплыли огромные туши извивающихся драконов, и тут подал голос Волем:

— С ума сойти, здесь внутри заключена целая биосфера планеты и кто бы мог только подумать… только вот это точно не Веспа, так как у нас эти громады древних ящеров точно не летают.

— Да и сила притяжения тут совсем иная… — Эриби отстегнулся от своего кресла и попробовал встать. Его движения были странными, а шаг превратился в скачок, от которого он чуть не ударился о потолок нашей рубки затылком. — Будьте осторожными при перемещении, включите магниты на подошвах, а то огребете шишек.

Тем временем нас несло куда-то дальше, я вглядывался в мониторы, что панорамно отражали все вокруг, и, если честно, балдел. Здесь даже солнце было в зените, конечно искусственное, но все же, да и цвет так называемого неба оказался совершенно иным… «Незабудковое» — почему-то пришло слово на ум, а потом вспомнился тот, кто так сильно скучал по этим незамысловатым земным цветам.

— Ого! — Кирий даже подскочил, ремни втянулись обратно в пазы, и он, от неожиданности стукнувшись лбом о обшивку, приземлился на пол.

— Да нас встречают… — Эриби со знанием дела оценивал развертывающийся прямо по курсу нашего корабля вылезший прямиком из благоухающих джунглей, играющий радужными красками, полупрозрачный стержень. Он на глазах рос во все стороны, вспарывая пространство ажурными арками, мостами и переходами, пока не превратился в нечто похожее на посадочную площадку, и, судя по всему, как раз нас туда и несло… неотвратимо и прицельно.

Одинокую фигуру на горизонтальной поверхности мы заметили не сразу, уж больно посадочная полоса оказалась грандиозно-огромной, и только когда движение нашего корабля прекратилось, и силовое поле аккуратно, без единого толчка, припарковало нас на эту фантастически искрящуюся структуру, мы вдруг осознали, что стоящий перед нами высок, и не просто высок… стройная фигура в струящихся одеждах была, как минимум, под три метра.

— Два метра восемьдесят сантиметров, — оповестил нас Эриби.

— Откуда знаешь? — не вытерпел Кирий.

— Система корабля измерила нашего встречающего. Что ж, нас ждут… Вер?

Вопросительно посмотрели на меня, но я уже поднимался из услужливого выпустившего меня из пут ремней кресла. Именно здесь меня ждали и не кто-нибудь, а тот, кто стоял за всем этим изначально. А значит, эта встреча и все остальное, что было и будет до этого, уже предрешены пространством и временем.