цель как раз искомый

священник, а атрибут с яйцами погодит или вовсе нах. Толстячок, нам нужен ты! По всей

видимости.

— Это ты отец Патрик? – спросила Мэри на всякий случай.

Вопрос конкретен — не схитришь. Только не понятно, что на уме у убийц, и поэтому лучше

пусть он и разговаривает. Целее сам будешь! Служитель не посмел ответить и лишь покосился

на соседа.

— Да. Это отец Патрик, — немедленно отозвался самец в пиджачной паре.

Четыре пары злых синих глаз начали поедать обаяшку. Слышь, поц! Ты бы убавил

громкость или вовсе выключил пластинку. Выцарапаем глаза и сожрем весь твой винил!

— Спрашивают не у тебя, парень! – выпалила жена наркоторговца.

— Верно, дамочка, – не меняя тона, вымолвил самец. — Только именно по моей просьбе

отец Патрик вам и звонил. Даже, Патрик?

— Даже, мистер! — Пухлячок поспешно дернул нервной шеей.

— Я уполномоченное лицо ваших законных мужей. Адвокат и нотариус в одном качестве.

Как понимаю, вы — миссис Митчелл Мечта?

Адвокат не может быть одновременно нотариусом. Это то же самое, что быть

одновременно мужчиной и женщиной. Или Богом и дьяволом – так точней. Наверняка

точней! Только горизонты кукол ограничены отдельно взятой сценой и руками кукловода.

Поэтому многие противоестественности воспринимаются куклами естественно. Зритель же

один — трёхсотфунтовый юноша с наивными глазами. Ему сейчас плевать на всё, кроме

собственного бздежа.

— Зови меня просто – миссис Митчелл, — подкорректировала блондинка. Я – сама по

себе мечта. Пирламутровая Свизда! 11

— Не вопрос, миссис Митчелл… А вы… — палец адвоката указал сначала на Мэри.

После переместился на Mэлoни и на Джоди. Возникла задумчивая пауза. — Вы все… Вы все

жёны грязных ублюдков, которые долгое время играли в обществе роли джентльменов. Но

по сути были именно грязными ублюдками. Вы согласны?

На риторические вопросы можно не отвечать. За оскорбительные риторические вопросы

можно ответно оскорбить. А можно не оскорблять. Ведь полили говном не нас, а всего лишь

этих наших… козлищ. Так, девочки! Пожалуйста, заткните рты. Мэри возьмет инициативу в

свои разумные ручки.

— Мистер…

— …Фэйс.

— Мистер Фэйс, хватит фарса! Объясни-ка, зачем ты нас вызвал сюда?

Мэри права! Стопроцентно! Во всём виноват паяц в пиджачной паре!.. Он всё устроил! И

где же наши козлы нашли такое бесподобие?!.. Впрочем, какая, насрать, разница — ближе к

делу... Блондинки, не откладывая, залезли в сумочки и достали оттуда конверты.

— Ты нам прислал одинаковые письма!

— В письмах изложена радостная новость о том, что наши козлы одномоментно сдохли!

— Ха-ха!.. Да уж…

— Горестная новость, девоньки. Печальнее некуда…

— Я сразу же заплакала… помните…

— А ещё в письмах сказано, что в денежных интересах нам необходимо явиться сюда!

11 Перламутровая Звезда ( пренебр., авт.)

Мэри промокнула нарисованные своим воображением слезы. Требовательно вздернула

носик. И восклицательно заключила:

— Итак, мистер Фэйс, что желаешь нам сообщить!

Вам желают показать, леди. Не будем ныне растекаться мыслью по древу, а воссоединим

пары. Без лишних слов. Кукловод убрал с лица проблески иронии, церемонно наклонил

голову. Сделал два приглашающих жеста. Учтивый тон, ровный взгляд.

— Отец Патрик, прошу. Ваши владения.

Когда просит убийца – это подразумевает, что у тебя нет права выбора. Патрик вздрогнул

и быстро-быстро засеменил в сторону правого придела.

— Дамочки, прошу!

Блондинка – мстительная вещь. Будем надеяться, что паяц это знает и помнит. Леди

нестройной гурьбой заспешили следом за диаконом.

Мистер Фэйс разводит куриц. Звучит? Ни хрена не красиво звучит. Но тут не до

эстетики… Театрал, непринужденно помахивая папкой, направился за всеми — на свою

личную ферму.

***

В правом приделе, прямо на полу – стояли четыре дорогих гроба. С открытыми

крышками. В гробах лежали господа: Доу-Джонс, Мечта, Папа, Спирт. Раны не скрыты, пулевые отверстия так, как есть. Трупы Игроков бросили в деревянные ящики, не тратясь на

бальзамировщика. Не видя в нём нужды… Режиссёр вышагивал у гробов со скорбным видом

и бормотал:

— Ну, вот они… Ваши почившие супруги… Они не могли более жить под тяжестью греха

и ушли из жизни. Так вот…

Леди и диакон находились у порога:

Патрик с ужасом смотрел на обезображенные тела. Сесть надо, а лучше лечь… ноги

налились слабостью и не держат! Только вот сидеть в присутствии покойных неприлично, когда рядом безутешные вдовы…

Блондинкам хватило одного взгляда на гробы, чтобы понять: письма были честны с ними.

Козлы – мертвы, ещё как мертвы! Похоже, их как дичь – расстреливали из крупнокалиберного

ружья. И кто же изъявил желание поохотиться на животных вида «городской козел»? Поднять

руку на них!.. Кто, кроме козла, пахнет по-козлячьи? Правильный ответ: другие козлы. Козлов

в округе всего четверо, значит, они… охотились друг на друга!..

— А ещё говорят, что блондинки глупые, девоньки… Ха-ха.

— Our Father, who art in heaven hallowed, be thy Name, thy kingdom come, thy will be done, on earth as it is in heaven...12 – страждущим голосом, громко и немного нараспев, декларировал

кукловод. Насколько нараспев можно произносить молитву на американском языке.

Куклы, брезгливо кривя губки, наблюдали за паяцем. Хватит уже изображать горе, адвокат и нотариус в одном качестве! Шут гороховый, твою маму. Изобрази-ка лучше

последнюю волю усопших! Иначе ещё немножко и мы сами на тебя устроим охоту. Трахнем

в зад и прямо тут. Вместе с твоей мамой и твоим дерьмом… Как говорится на Гламур-стрит...

— Эй, парень, оглашай завещания! Какого дьявола ты тянешь!? – не выдержала вдова

наркоторговца.

— У мистера Фэйса склонность к театральным эффектам... – предположила вдова

порнодельца и конгрессмена.

— Здесь слишком душно и воняет воском! – пожаловалась вдова банкира.

— Твои услуги будут щедро оплачены! – со значением подытожила вдова капиталиста.

Кукловод при последних словах встрепенулся. Встал на месте. Вскинул голову и

тщательно осмотрел леди. Во взгляде – строгая Доброта. Ни грамма ухмылки!

— …for ever and ever. Amen.

12 Отче Наш, иже еси на небеси, да святится имя Твое, да придет царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на

земле и на небе ( пер. с англ. )

Он … вдруг он резко подбежал к блондинкам. Скривил лицо в обиженную рожицу.

— Не хотите поплакать над гробом?.. – указательный палец тыкнул в сторону

покойников. Четыре раза. Поочередно. Страстно. Яростно!

— Эй ты, козлина… — начала Митчелл, пихнув театрала в грудь. С таких толчков

начинаются уличные драчки. Противники пихают друг друга в груди, пока один из них не

набирается решимости и не наносит удар по лицу. Прелюдии конец! И дальше потасовка!..

— Как, вы не желаете вдоволь нарыдаться над телами усопших супругов?.. – искренне

удивился кукловод. Леди – странные существа. У них всё не так, как у людей. И вновь это

осознавая – ты вновь изумляешься, как и в самый первый раз...

Митчелл сделала шаг вперед, по глазам стало видно, что следующий удар будет по лицу

сразу. Без прелюдии… Леди поддержали подругу, угрожающе надвигаясь на мужчину с

папкой в руках, замыкая его в плотное кольцо разгневанный фурий!

—