собиралось атаковать.
Ольгерд ринулся прочь.
«Мемфис» умчался в степь, превратился в едва заметную точку и полностью исчез. Китоград врос в горизонт. Прочь унеслись Тризские пустоши, внизу сверкнула морская гладь.
Мастер ножей открыл глаза.
Зал Ставки переменился до неузнаваемости. Властители и глава тайной канцелярии покинули дворец. Одному Руевиту известно, куда они направились. Пол, стены потолок – все утратило вещественность, стало зыбким и неопределенным. Обзорное окно по-прежнему проступало в клубящейся сизой мгле – по ту сторону кипел бой. Откуда-то появились новые участники – массивные трехмачтовые фрегаты. Эти корабли показались Ольгерду смутно знакомыми.
– Торговая компания вступила в битву, – пояснил Коэн, стоявший неподалеку. – На стороне Пацифиды, разумеется.
Ольгерд кивнул.
Мастер ножей с трудом приходил в себя после увиденного. Мысли в голове путались. Мерт… Ее не было на «Мемфисе». Почему? Не успела вернуться из Китограда? Сброшена за борт? Погибла в степи? Поспешное отступление помешало ему найти ответы.
Осмотревшись, Ольгерд заметил семерых магов. Казалось, они парили над клокочущей призрачной бездной, удерживаемые от падения светящимися линиями пентаграммы. Нет, не пентаграммы. Каждый из собравшихся колдунов стоял на острие луча пламенеющей голубым огнем звезды. Семь лучей, семь магов. Неведомые письмена, забытые знаки под ногами. Некоторые знаки двигались, вживляясь в сизую мглу. Колдуны работали, воздев руки и нараспев произнося свои заклинания. Среди них был и Гримлиэль.
Зал утратил свою вещественность.
Ветер свободно гулял под каменными сводами. Пахло ночью, сыростью и озоном.
Мастер ножей понял, что находится в эпицентре смертельного противоборства. Вот только маги не знали, кто им противостоит.
– Я все видел, – тихо произнес Ольгерд.
Его слова унес порыв ветра.
– Что ты видел? – выкрикнул Коэн. – Говори!
– Постороннего. Он на «Мемфисе». Руководит войсками Пацифиды.
– Что? – На лице посредника отразилась целая гамма чувств. – Что ты сказал?
– Посторонний на «Мемфисе», – терпеливо повторил Ольгерд. – Гарнайт и Кьюсак мертвы.
Посредник сразу поник. Как-то сгорбился и сжался. В уголках глаз землянина прорезались морщины.
– Что с остальными?
– Смотря с кем. – Ольгерд мысленно подозвал рлока. Белый зверь двинулся к нему через весь зал. Через то, что раньше считалось залом. – Брин управляет браннером. Ли и девушка-такелажница заперты в моей каюте.
– Ее зовут Лакоста, – зачем-то сообщил посредник. – Мерт и Сдвиг?
– Сдвиг? – не понял Ольгерд.
– Берсеркер. Я нанял его в Трордоре.
– Их нет.
– Навсикая?
– Ее нет.
Коэн задумчиво кивнул.
– Послушай, – не выдержал Ольгерд. Его раздражало спокойствие волшебника. – Тот парень с мечом за спиной. Брон, кажется. Посторонний сидит в нем. А еще там бродит тварь с косой. Она меня видит во всех измерениях.
– Жнец, – сказал Коэн. – Это плохо.
Рык послал Ольгерду импульс. Зверь был готов ко всему.
«Приказывай, хозяин. Я умру за тебя, если потребуется».
– Тебе доводилось сражаться в многомерном пространстве? – внезапно спросил посредник.
– Нет. – Ольгерд ошеломленно уставился на Коэна. – А можно?
Волшебник зловеще ухмыльнулся.
Глава 9
Практическое руководство по переселению душ
Пробить прямой портал на «Мемфис» не удалось.
Посторонний установил мощную защиту, которую даже Гримлиэль не смог преодолеть. Устье портала дважды выходило в степь и один раз – к Лихому броду.
– Отправимся по лучу, – предложил Коэн.
Мастер ножей скептически уставился на волшебника.
– Не волнуйся. – Коэн хлопнул соратника по плечу. – Я умею путешествовать в пограничных плоскостях.
– Но мы там бессильны, – возразил Ольгерд. – По лучу странствует лишь разум.
В ответ – снисходительная усмешка.
– Не совсем так, мальчик мой.
Ольгерду не понравилось обращение «мальчик мой», но пришлось смолчать.
– Рыка берем?
– А как же.
И они отправились в дорогу. Без медитации, длительных погружений в себя и прочих философских штук. Коэн взял мастера ножей за руку и шагнул в клубящуюся мглу. Когда сизая муть рассеялась, Ольгерд понял, что находится в многомерном пространстве. Энергетическая сеть раскинулась перед мастером во всем своем непостижимом великолепии. Ольгерд ощутил рядом разумы друзей – земной волшебник и полярный рлок были готовы к драке.
«Черная лента».
Мысль спокойно перетекла от Ольгерда к Рыку и Коэну. Вместе со словами мастер передал образ.
«Я понял».
Это посредник.
Рывок.
Троица сместилась вперед, нащупала силовую линию и помчалась к горизонту сквозь разворачивающиеся панорамы. Теперь Ольгерд видел геометрические развертки иного порядка. Горы, реки и леса, города и степи – все обладало полноценной конфигурацией. Мировые связи были куда глубже, чем Ольгерд мог помыслить. Вселенная складывалась в немыслимую структуру, все грани которой невозможно постичь. У мастера ножей дух захватывало от этого зрелища. Разум с трудом осмысливал происходящее.
«Не отвлекайся».
Ольгерд пропустил момент, когда из земли поднялись величественные китоградские руины. Дым погребальных костров, ядовитое свечение магических субстанций, крохотные фигурки людей – все это утратило смысл.
В поле зрения появился «Мемфис».
«Они знают, что мы идем».
Коэн не предполагал – в его словах чувствовалась уверенность. Палуба стремительно разрасталась, загромождая собой степные просторы. Все эти складки, пространственные карманы, перетекающие друг в друга грани…
«Готовься. Мы обретаем плоть».
В памяти Ольгерда успели пронестись все инструкции, полученные им на Пяти Ветрах. Человеческий организм не может долго существовать в многомерном пространстве, поэтому бой надо провести быстро. Жнеца следует опасаться – эта тварь ощущает себя здесь комфортно. Следить за Посторонним. Впрочем, это и так ясно. Перед нами не простой шпион, сказал Коэн. Этот Посторонний смог восстановить канал Китограда, запустить Храм и возглавить вторжение. Рядовые шпионы не умеют делать такие вещи. Наш враг принадлежит к высшим иерархам.
Тяжесть.
До этого Ольгерд был сплошным восприятием. Сгустком мыслей, клубком чувств и переживаний. Сейчас он вновь становился человеком. Воздух ворвался в легкие, пальцы сжались в кулаки, тело напряглось, приготовившись к удару.
И удар последовал.
Мастер успел сгруппироваться. Когда ноги коснулись палубы «Мемфиса», тело автоматически сжалось. Рефлексы заставили брата Круга перекатиться, встать на ноги и принять боевую стойку. Рык мягко приземлился на четыре лапы. Коэн завис, применив какое-то заклинание, и неспешно опустился рядом с Ольгердом. Посох уперся в деревянный настил.
Перехватив взгляд посредника, Ольгерд молча указал на рубку. И достал верный керамбит. В левую руку скользнула чакра – ее мастер ножей стал привечать после памятного боя с Уастырджи.
«Держись рядом».
Общаться с Коэном без слов было непривычно. С Рыком и жителями Нирваны – пожалуйста. К посреднику же требовалось привыкнуть.
Волшебник и мастер тихо скользнули к рубке. Рык подобрался, оскалил пасть. Зрелище не для слабонервных.
– Гости дорогие.
Посторонний соткался из воздуха прямо перед ними. Статный воин, руки скрещены на груди. Потрепан жизнью, с кем не бывает. Все-таки несколько недель в плену. Наверное, стоило его убить в Солгарде, но Коэну требовалась информация. А потом о Броне забыли. Он сидел в полутемной каюте, жадно набрасывался на принесенные еду и питье. Ждал своего часа. Никто ведь не брал его в расчет.
Ольгерда привлекло движение справа.
Рубка вспучилась уродливым наростом, превратившимся в каплеподобную субстанцию. Эта субстанция приняла форму жнеца. Только что многомерный убийца был рубкой, и вот – он опять смертоносен и непроницаем для взоров смертных.
– Мне доводилось сражаться со жнецами, – заметил Коэн.
– Не сомневаюсь. – Лицо Брона непрерывно менялось. – С Посторонними ты тоже имел дела.
Посредник вздрогнул.
– Я знаю, как вы называете мою расу, – усмехнулся Брон. – Считаете нас чужими в этой Вселенной. Есть могучие творцы, а есть те, кто им мешает. Посторонние. Да, Коэн?
Волшебник не ответил.
Ольгерд чувствовал напряжение,