Адам моргнул один раз, а затем кивнул. Может быть, его рука слегка напряглась вокруг неё. А может, и нет, и разум Оливии разыграл её. В конце концов, было уже поздно. Её последний кофе был выпит слишком давно, и она еще не до конца проснулась, её мысли были нечеткими и расслабленными.

— А ты?

— Ммм? — Адам не смотрел на неё.

— Это работает для тебя? — Это прозвучало немного нуждающимся. Оливия сказала себе, что это только потому, что ей пришлось понизить голос. — Или, может быть, ты хочешь расстаться раньше времени?

Он не отвечал несколько секунд. Затем, когда доктор Мосс взял микрофон, чтобы поблагодарить Тома и задать вопросы аудитории, она услышала, как он сказал: — Нет. Я не хочу расставаться понарошку.

Он действительно хорошо пах. И он был забавным в странной, бесстрастной манере, и да, известным засранцем, но достаточно дружелюбным по отношению к ней, чтобы она могла не обращать на это внимания. К тому же, он тратил целое состояние на сахар для неё. По правде говоря, ей не на что было жаловаться.

Оливия устроилась поудобнее и вновь обратила свое внимание на трибуну.

*****

После доклада Оливия подумала о том, чтобы подойти к трибуне, похвалить Тома и задать ему один или два вопроса, на которые она уже знала ответы. К сожалению, там были десятки людей, которые ждали, чтобы поговорить с ним, и она решила, что целование задницы не стоит того, чтобы стоять в очереди. Поэтому она попрощалась с Адамом, подождала, пока Анх очнется от сна, размышляя о том, чтобы отомстить, нарисовав член на её лице, а затем медленно направилась с ней через кампус обратно в здание биологии.

— Отчет, который просил Бентон, потребует много работы?

— Достаточно много. Мне нужно провести несколько контрольных исследований, чтобы сделать мои результаты прочнее. Кроме того, есть и другие вещи, над которыми я должна работать — АП и мой стендовый доклад для конференции SBD в Бостоне. — Оливия откинула голову назад, почувствовала, как солнце согревает её кожу, и улыбнулась. — Если я буду торчать в лаборатории каждую ночь на этой и следующей неделе, я смогу закончить всё вовремя.

— SBD — это, по крайней мере, то, чего стоит ждать.

Оливия кивнула. Обычно она не любила академические конференции, учитывая, насколько непомерно дорогими могут быть регистрация, проезд и проживание. Но Малькольм и Анх тоже собирались участвовать в SBD, и Оливия была рада исследовать Бостон вместе с ними. Кроме того, внутрифакультетская драма, которая всегда случается на академических мероприятиях с открытыми барами, наверняка будет развлечением на пять с плюсом.

— Я организую это мероприятие для BIPOC-женщин в STEM со всей страны — я хочу, чтобы такие аспиранты, как я, пообщались лицом к лицу со студентами, которые подают документы, и заверили их, что, если они придут в аспирантуру, они не будут одиноки.

— Анх, это потрясающе. Ты потрясающая.

— Я знаю. — Анх подмигнула, пропуская свою руку под руку Оливии. — Мы все можем жить в одном номере. И получать бесплатные гаджеты со стендов, и напиваться вместе. Помнишь, на "Генетике человека", когда Малькольм напился и начал бить случайных прохожих своим плакатом… Что там происходит?

Оливия щурилась от солнца. Парковка у здания биологии была нехарактерно забита транспортом. Люди сигналили и выходили из машин, пытаясь выяснить причину задержки. Она и Анх обошли ряд машин, застрявших на стоянке, пока не наткнулись на группу выпускников-биологов.

— У кого-то сел аккумулятор, и он блокирует линию выезда. — Грег, один из коллег Оливии по лаборатории, закатывал глаза и нетерпеливо подпрыгивал на ногах. Он показал на красный грузовик, застрявший боком на самом неудобном повороте.

Оливия узнала в нем Шерин грузовик, секретаря кафедры.

— Я защищаю диссертацию завтра — мне нужно ехать домой, чтобы подготовиться. Это просто смешно. И какого хрена Шери просто стоит там, неторопливо болтая с Карлсеном? Они хотят, чтобы мы принесли им чай и сэндвичи с огурцами?

Оливия огляделась вокруг, ища высокую фигуру Адама.

— О да, вот Карлсен, — сказала Анх. Оливия посмотрела туда, куда она указывала, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шери снова села за руль, а Адам бежит трусцой вокруг грузовика.

— Что он… — это всё, что Оливия успела сказать, прежде чем он остановился, положил руки на заднюю часть грузовика на нейтральной передаче и начал… толкать.

Его плечи и бицепсы напряглись. Крепкие мышцы его верхней части спины заметно сдвинулись и напряглись под черной тканью, когда он наклонился вперед и перекатил несколько тонн грузовика через… довольно большое расстояние и на ближайшее свободное место для парковки.

Ох.

Когда грузовик выехал с дороги, прохожие зааплодировали и засвистели, а пара преподавателей факультета нейронаук похлопали Адама по плечу, когда вереница машин начала выезжать с парковки.

— Наконец-то, блядь, — услышала Оливия слова Грега сзади себя, и стояла, моргая, немного шокированная. Неужели у неё были галлюцинации? Неужели Адам действительно только что в одиночку толкал огромный грузовик? Неужели он был пришельцем с планеты Криптон, который подрабатывал супергероем?

— Ол, иди поцелуй его.

Оливия обернулась, резко вспомнив о существовании Анх. — Что? — Нет. Нет. — Я в порядке. Я только попрощалась с ним минуту назад и…

— Ол, почему ты не хочешь пойти поцеловать своего парня?

Ух. — Я… Не то чтобы я не хочу. Я просто…

— Эй, он только что перевез грузовик. Сам. На подъеме. Он заслужил чертов поцелуй. — Анх толкнул Оливию и сделала жест.

Оливия стиснула зубы и направилась в сторону Адама, жалея, что не пошла вперед и не нарисовала двадцать членов по всему лицу Анх. Может быть, она действительно подозревала, что Оливия притворяется в своих отношениях с Адамом. А может быть, она просто получала удовольствие от того, что заставляла её общаться с Адамом, вот неблагодарная. В любом случае, если это то, что можно получить за организацию сложной схемы фальшивых отношений, которая должна была принести пользу личной жизни подруги, то, возможно…

Оливия резко остановилась.

Голова Адама была наклонена вперед, черные волосы покрывали его лоб, когда он вытирал пот с глаз подолом рубашки. На его торсе была видна широкая полоса кожи, и в этом не было ничего неприличного, ничего необычного, просто подтянутая грудь парня, но почему-то Оливия не могла не смотреть на обнаженную кожу Адама Карлсена, словно это была плита итальянского мрамора, и…

— Оливия? — сказал он, и она тут же отвела глаза. Черт, он точно поймал её взгляд. Сначала она заставила его поцеловать её, а теперь она пялилась на него, как какая-то извращенка на стоянке для биологов, и…

— Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, я… — она почувствовала, что её щеки стали пунцовыми.

Его кожа тоже раскраснелась от усилий, которые он прикладывал, а глаза были яркими и ясными, и он казался… ну, по крайней мере, он не выглядел несчастным, увидев её.

— Анх послала меня поцеловать тебя.

Он замер на полпути, вытирая руки о рубашку. А потом сказал: — Ах, — своим обычным нейтральным, нечитаемым тоном.

— Потому что ты передвинул грузовик. Я знаю, как нелепо это звучит. Я знаю. Но я не хотела, чтобы у неё возникли подозрения, и здесь есть преподаватели, так что, возможно, они расскажут заведующему кафедрой, и это будет два зайца одним выстрелом, и я могу уйти, если ты…

— Всё хорошо, Оливия. Дыши.

Верно. Да. Хорошее предложение. Оливии сделала вздох, и этот акт заставил её понять, что она не делала этого уже некоторое время, что, в свою очередь, заставило её улыбнуться Адаму, который в ответ улыбнулся ей своим подрагивающим ртом. Она действительно начинала привыкать к нему. К его выражению лица, его размеру, его особенному способу находиться в одном пространстве с ней.

— Анх смотрит на нас, — сказал он, глядя поверх головы Оливии.