Лори незаметно для себя округлил глаза и посмотрел в пол, шумно дыша. Раздался стук ящика, и он испуганно поднял глаза на учителя, в шоке на него посмотрев. Он испугался, что учитель может читать его мысли и он давно в курсе, о чем думает его прилежный ученик.

- Вот, держи. Выбери там любую, посмотри потом, - он протянул Лори стопку учебников, и Хэйл их быстро схватил, прижав к груди.

- Я с… свободен?

- Да, конечно, Хэйл, можешь идти, - разрешил учитель, заметив, что с учеником было что-то не так.

- До свидания, - отрезал Хэйл, развернувшись быстро, как робот, и пулей отправившись на выход.

Закрывая дверь, он еще раз посмотрел на учителя, который напомнил ему про токкату. Лори улыбнулся, кивнув и пообещав все выучить, затем быстро ногой закрыл дверь в класс и прижался к ней плечом, чтобы щелкнула ручка. Хэйл шумно вздохнул и прикрыл глаза, покачав головой. Люди мыслей не читают, можно было быть спокойным. Хотя все равно странное ощущение в груди все не пропадало. Стыд, что ли?

Лори усмехнулся и быстро развернулся, предполагая пойти в класс. Но на половине этих мыслей его оборвало резкое столкновение с кем-то. Причем больное столкновение, книги сначала впечатались ему в живот, а затем он их просто отпустил от неожиданности, покачнувшись на месте и сделав шаг назад. Тот, с кем он столкнулся, тоже отпрянул назад, чуть согнувшись и громко выругавшись. Хэйл прикрыл глаза, примерно представляя, что на него наорут.

- Е-мое, ну смотри, куда идешь, хотя бы! - Лори приоткрыл один глаз, морщинки на его лбу разгладились, а ухмылка с лица сама спала при виде Кравитца, который выпрямился и, потирая грудь, посмотрел на Лори. - А, так это ты, - хмыкнул Кравитц, прищурившись и вскоре поняв, что что-то забыл. - Принцесска.

- Прости, - поспешно выдавил Лори, нагибаясь и присаживаясь на корточки, чтобы собрать книги. Он привык всегда и за все извиняться. - Прости, это я виноват.

- Да… ничего, - чуть опешив, проговорил Кравитц, тоже нагибаясь, чтобы помочь. Все-таки хорошие манеры его не совсем оставили. Просто он не видел смысл грубить, если человек обращался к нему с уважением. - Но все-таки ты неуклюжий, - усмехнулся Вилли, нацепив на лицо свою привычную улыбку. Лори поднял глаза, закатив их.

- Я из класса выходил. Не увидел тебя, причем здесь неуклюжесть? - Вилли потянулся за самой дальней книгой и, поддев ее пальцами, притянул к себе.

- Да ты вчера обо все что можно спотыкался по несколько раз, - ехидно проговорил он, складывая книгу на книгу. Хотя это больше походило на какие-то брошюры и журналы. Лори поджал губы, вздохнув. Ему показалось вообще странным встречать человека, о котором только что думал. Может быть так, что мы сами притягиваем к себе людей, думая о них?

- Это не считается, - сказал Хэйл, взял в руки журнал. Вилли замер, подняв на него голову, а затем, тихо усмехнувшись, приблизился к нему, чтобы поднять выпавшие листки их книг, которые лежали у ног Лори и которых он не видел. Хэйл проследил за его движением, а потом, когда Вилли перестал дышать ему в шею, а чуть отстранился, протягивая Лори маленькие листочки, держа их между двумя пальцами, Хэйл поднял на него голову, встречаясь с ним взглядом. Причем встречаясь не только взглядом. Но и губами, которые Кравитц быстро прихватил, поддавшись вперед. Вообще, это выглядело так, будто было специально, потому что перед тем, как это сделать, Вилли широко ухмыльнулся, выжидая, когда Хэйл поднимет голову. Лори замер с открытыми глаза, тупо пялясь на закрытые глаза Кравитца. Только потом до него дошло, что лучше глаза закрыть, иначе становится попросту стыдно. Вилли не стал целовать его долго, страстно, углубленно, нет. Он просто прихватил губы, немного сжав и на мгновенье замерев, резко отпустил их с выразительным чмоком. Лори быстро открыл глаза, посмотрев на Вилли. Но особого шока в его глазах не было, до него слабо доходило, да и сам Лори больше думал о том, какой приятный был этот трехсекундный поцелуй, чем о том, как и зачем это делалось. Но потом доля удивления в его голову пришла. Но взгляд его так и остался пристальным и чуть прохладным, на что Кравитц только улыбнулся. Он ожидал все: от дикого смущения до истерики, что к нему посмели притронуться. Но такой спокойной и равнодушной реакции он никак не ожидал. - Да я все еще жду, когда ты меня ударишь или убежишь, - усмехнулся Кравитц, опуская голову и как ни в чем не бывало принимаясь дальше собирать все эти журналы.

- Ты же сам просил к тебе не прикасаться, - вдруг серьезным тоном сказал Лори, чуть сузив глаза. Вилли понял, что этот зануда еще и злопамятный. Его только что поцеловали, возможно, впервые в жизни, а он говорит о том, что было утром. Восхитительно.

- Я погорячился, - поморщившись, проговорил Кравитц, - ты взбесил меня, понимаешь? Ты можешь это делать, честно тебе говорю. Вот и утром. Просто достал, я и сказал так.

- Какой ты непостоянный, - буркнул Лори, качнув головой, опуская ее. Вилли посмотрел на его волосы, замерев и отпустив книги из рук, просто оставаясь сидеть на корточках и пялиться на зануду Хэйла, не обращающего на него внимания.

- О, признайся, тебе понравилось, - Лори выразительно поднял на него глаза, тоже замерев и перестав заниматься книгами.

- Что именно? Что ты послал меня в грубой форме утром или что ты признался, что я просто тебя взбесил?

- Я про поцелуй, зануда, - закатив глаза, выдохнул Кравитц, паскудно улыбнувшись, - и про ночь тоже. Тебе же понравилось развлекаться.

- С чего ты взял? - Лори закатил глаза, даже нервно улыбнувшись. Кравитц будто назло пытался поймать его на чем-то таком.

- Брось, мне-то можно признаться.

- С чего бы?

- Мне плевать, - осклабился Вилли, - мне нет до твоих принципов никакого дела. И если тебе понравилось вчера бухать и отрываться, мне все равно, я просто хочу, чтобы ты признал это. Я не побегу рассказывать, - вдруг так серьезно заверил его Вилли, что Лори даже поверил. - Ну так что? Понравилось?

- Да не знаю я, - отмахнулся Лори, задумавшись, - может, и да, только откуда я знаю, я не помню, что вообще вчера было, а ты о моих ощущениях спрашиваешь.

- Тогда позволь сказать как человеку, наблюдающему за тобой всю эту ночь. Тебе понравилось. Стопроцентно, - Вилли широко, но хитро улыбнулся, сузив глаза и походя сейчас на лису. Лори качнул головой, слова Кравитца казались ему абсурдом, но зачем ему врать? Он же всегда говорит правду. Может, Лори и правда понравилось, кто знает. Хотя он и надеялся, что нет. - И поцелуй тебе понравился.

- А это ты с чего взял? - вдруг возразил Хэйл, ухмыльнувшись. Вилли замер, убрав улыбку с лица. - Разве я ответил тебе? Или потянулся за тобой, когда ты отстранился? Я тебе вообще какой-то намек дал? Нет, я просто подождал, пока это закончится, ничего не предпринимая, - Хэйл пожал плечами, сказав это так равнодушно, как только мог. Вилли даже ответить ему ничего не смог, только чуть сдвинул брови и прикусил нижнюю губу, снова опустив взгляд на книги. Это что получается, Хэйл его сейчас, мягко говоря, отшил? О, так у принцессы был характер. Ему не очень нравится, когда его целуют. Или нравится? Может, он просто умело это скрывает. Но на поцелуй он правда не ответил. Даже губы не разомкнул, просто замер, будто бы ничего и не происходило. Просто «подождал», как он выразился. Вилли убиться хотелось, весь его план пока шел под откос.

Лори же не ответил ему не только потому, что не хотел этого делать, а еще и потому, что попросту не умел. Он никогда в жизни этого не делал и просто не представлял, как правильно можно целоваться. Его просто шокировали все эти страстные поцелуи парочек на улице и даже здесь, особенно когда он видел, как целуются Нейтан и Адам. Ему казалось, такое со своим ртом вытворять просто невозможно было, но, даже если бы он умел целоваться, Вилли бы он не ответил. Ему это было ненужно, пусть и было приятно.

Кравитц собрал перед собой все те книги, которые Лори выронил, и, взяв их в руки, медленно поднялся прямо за Хэйлом, который тоже выпрямился, прижимая часть журналов и книг к груди. Вилли сузил глаза и, осмотрев прилежного и, как всегда, аккуратного Хэйла с его длинной строгой косой, протянул ему учебники, положив на те, что лежали у него в руках. Выровняв их так, чтобы они не упали, Кравитц все же усмехнулся и, сделав к Лори шаг, положил руку ему на плечо, чтобы тот не уклонился назад. Грудью он прижался к его учебникам, а губами к его губам, теперь уже прихватив их на подольше, сжимая по очереди то нижнюю, то верхнюю губу. Лори, как и в прошлый раз, просто замер, закрыв глаза и даже не размыкая губы, просто расслабленно стоял и «ждал», когда это закончится. Кравитц провел языком по его губам, снова прихватил их, массируя и сжимая, и, все-таки не добившись ответа, завершил поцелуй чмоканьем, медленно открывая глаза. Лори поражал его своей реакцией. За ночь ничего не изменилось, он оставался таким же холодным и прилежным, не позволяющим себе лишнего. Кравитца даже раздражение взяло, особенно после того, как Лори тоже открыл глаза и, облизав губы, просто спросил: