- Иногда нет,- медленно протянул Джеймс, вспомнив, как Эван накинулся на него в квартире Томаса. Вспомнил, как он кричал, делая голос серьезным, как на его милом светлом лице появились складки оттого, что он хмурился, и как щурились его глаза, и руки сжимались в кулаки. Джеймс сейчас впервые смог нормально обратить свое внимание на это, потому что тогда он ничего этого не замечал, ему было не до этого. Но зато сейчас, вспоминая все это в мельчайших подробностях, Джеймс будто видел перед собой другого человека, который может быть серьезным, который может злиться и повышать голос и который совсем не «зашуганный», как часто звал его Джеймс. И почти сразу же Джеймсу вспомнилось и другое. То, что было в поезде, пока они ехали к Ленцу. Он вспомнил тот поцелуй, вспомнил, как неуверенно, но с каким желанием потянулся к нему Эван, и у Джеймса на лице застыла самодовольная ухмылка.

- Ты хоть что-нибудь о нем еще знаешь?

- О нем? Нет. Перед тем как уйти оттуда, я видел его всего раза два. Никакой информации о нем. Даже имя Я ему дал. Он был известен как «Проект “08139”». И все. А, ну еще я нашел в его личных вещах адрес какого-то детского дома в Б.л.э.к.б.е.р.н.е,- Джеймс поднял на Ленца глаза.- Не знаю, дает ли это что-нибудь.

- Дает. Если это тот детский дом, где он вырос, то там будут все его данные,- Джеймс внимательно посмотрел на Ленца, постепенно отводя глаза, о чем-то задумавшись.- И что, сколько ты уже мотаешься один с этим грузом?

- Около двух недель… или полторы,- медленно протянул Джеймс, фокусируя свой взгляд на Делайте, выходя из своих мыслей.- Где-то так.

- Черт, Джеймс,- внезапно, нервно улыбнувшись, сказал Ленц,- как у тебя ума на это хватило.

- Только не осуждай меня,- попросил Джеймс.

- Я и не собирался,- быстро отозвался Ленц.- Я просто поверить в это не могу, опять ты имеешь дело с законом. Я не удивлен, но просто не могу поверить в то, что ты и правда мог кого-то выкрасть из лаборатории из-под носа твоего отца и прочих… - Ленц улыбнулся.- Ты невероятен.

Джеймс коротко улыбнулся, посмотрев в глаза Ленца, который не собирался мучить его допросами, зная, что Джеймс потом и сам все нужное расскажет, и который не собирался в чем-то винить его и говорить, что все, что он сделал, было неправильным.

- А ты не пожалел ни разу?- спросил Ленц, изогнув свою длинную бровь.- Ну, ты сделал это, пытаясь что-то доказать своему отцу, и мне кажется, в тот момент ты не слишком понимал, что именно тебя ждет. А сейчас? Не пожалел, что обратил на него внимание?

Джеймс сначала коротко пожал плечами, опустив взгляд вниз, но потом он снова посмотрел на Ленца и, долго собираясь с мыслями, сказал:

- Знаешь, возможно, то, что я сейчас тебе скажу, прозвучит странно и… очень странно, но… - Джеймс сделал короткую паузу, в ходе которой он медленно поднял свои глаза на глаза Ленца.- Чем дольше я нахожусь с ним наедине, тем больше мне кажется, что… это будто неспроста было, понимаешь? Будто я должен был обратить на него тогда внимание в последнюю секунду. Я же вообще не собирался делать что-то подобное, я просто сам хотел уйти оттуда. Я даже не думаю сейчас о том, насколько это было правильным, и я не собираюсь оправдываться тем, что я, возможно, продлил ему жизнь на неизвестный срок. Я вообще оправдываться не хочу, потому что… - Джеймс стал перебирать пальцами, задумавшись, подыскивая нужное слово. Его голос звучал так осторожно, будто он с трудом выговаривал каждое слово, боясь ошибиться и желая, чтобы Ленц все понял так, как он хотел ему сказать.- Потому что у меня такое ощущение, что я сделал это… как будто для себя. Понимаешь? Ты понимаешь, о чем я говорю?

Ленц внимательно выслушал его, и на последних фразах он выпрямился, не сводя глаз с Джеймса, и нахмурился, пытаясь тоже подобрать слова для ответа.

- Я думаю, ты сделал это, потому что увидел его таким, каким увидел тогда. Я очень хорошо тебя знаю, Джеймс. Тебе никогда нет ни до чего дела, тебя никто и никогда не волнует, но, когда ты обращаешь внимание на что-то вокруг себя, это всегда охватывает тебя целиком и полностью. Тебе бы совесть потом спокойно жить не дала бы, не вытащи ты его оттуда.

- Возможно, ты прав,- согласился Джеймс, прикусив нижнюю губу и о чем-то всерьез задумавшись.- Нет, не обращай внимания. Мне кажется, у меня не совсем все круто из-за последней ночи, поэтому и несу этот бред.

- Почему ты не пришел ко мне раньше? Если понимал, что по уши в дерьме, надо было прийти раньше,- почти перебил его Ленц.

- Ты сам знаешь ответ на этот вопрос, - сказал Джеймс, согнув спину и сложив руки в замок на коленях. - Я не хотел вот так сразу… И вообще, я знал, что могу прийти к тебе, поэтому и не приходил,- даже неожиданно для самого себя сказал Джеймс, поднимая брови.- Знаешь, я все эти дни как во сне провел. Серьезно, никогда еще себя так не чувствовал. Вся та беготня и погоня, нас один раз даже почти поймали,- сказал он, посмотрев Ленцу в глаза.- Представь, что было бы тогда. Я думать-то нормально не мог. Я просто слишком поздно понял, что ты единственный, кому можно доверять и… ну ты понимаешь, о чем я.

Ленц посмотрел на него, прищурив свои глаза и глубоко вздохнув, сел к нему ближе. Джеймс вел себя очень странно, точнее, говорил. Его интонация голоса поменялась даже с тех пор, как Ленц вышел из комнаты, дав ему одеться. Что-то гложет Джеймса, и Ленц это чувствовал.

- Джеймс, что еще?- Джеймс вопросительно взглянул на него.- Что еще произошло, я вижу, что-то не дает тебе покоя.

- Ты можешь просто не обращать на это внимания?- каким-то странным пьяным голосом попросил Джеймс, оглядывая комнату, видимо, чтобы не встречаться с ним глазами.

- Я бы не обращал, если бы не видел, что тебе нужно кому-то рассказать.

Джеймс тяжело посмотрел на Ленца, который терпеливо ждал, пока тот соберется с мыслями. Только у Джеймса этого не получалось, и он понятия не имел, с чего начать и как сказать то, что собирался сказать. Это все было так унизительно и противно, а говорить об этом так еще унизительней, это будто признать вслух свое поражение. Но держать это в себе тоже было тяжело, он понимал, что если не скажет это вслух человеку, который, вероятно, неоднозначно отреагирует, но зато не будет лезть жалеть и плакаться над его судьбой, то его же мысли точно сведут его с ума.

- Помнишь Томаса Блэквуда?- спросил Джеймс, опуская глаза и царапая ногтем голую коленку, видневшуюся из-под прорезей на джинсах. Ленц внимательно посмотрел на Джеймса, дав ему понять, что прекрасно помнит его из его рассказов. - Мы были у него вчера… и он,- Джеймс снова запнулся, с каменным лицом глядя на свою коленку,- короче говоря, он хотел меня изнасиловать… - Джеймс прервал себя, будто решил не заканчивать, и медленно посмотрел Ленцу в глаза. Ленц сидел неподвижно, глядя в упор на Джеймса, плотно сжав губы и немного сузив глаза. Он напоминал сейчас какого-нибудь хищника, у которого тронули свое.

- Он тебя? Что?- Ленц будто подавился воздухом и замолчал, запустив пятерню в волосы.- И это он напоил тебя этой дрянью?

Джеймс кивнул, безэмоционально глядя на Ленца, как будто смотрел куда-то в пустое пространство, ни о чем не думая и принимая сейчас вид человека, у которого либо случилось слишком большое горе, отчего он не мог выразить свои эмоции, либо человека, совершенно опустошенного эмоционально.

- Черт возьми,- быстро сказал Ленц, не отрывая взгляда от Джеймса.- Черт, Джеймс, и он никогда… Он никогда не вел себя так?

- Да ни в жизни. Я бы пошел к нему, если бы замечал за ним такое отношение ко мне?

- Как он посмел?- продолжал Ленц, будто не слышал ответа Джеймса.- Мудак. Да я бы эту сволочь собственными руками придушил. Я просто… я так и знал, что у тебя постоянно будут проблемы, но чтобы с тобой происходило т.а.к.о.е. дерьмо,- Ленц говорил это так быстро, что слова смешались, и он остановился, переводя дыхание. - С чего он вообще взял, что может так с тобой обойтись? Он же, вроде как, друг семьи?