ее постепенно восстанавливающееся дыхание, чувствуя запах ее тела, обессиленный ее ненасытностью, я закрыл глаза и не заметил, как провалился во тьму.

Глава 5

Из тягучей, ватной пелены меня выдернула привычная трель стоявшего на придиванной тумбочке будильника. Протянув руку и отключив его, я поморщился. Голова гудела. Не надо было приговаривать всю бутылку. Но все, произошедшее накануне, я прекрасно помнил.

Повернув голову, я посмотрел на лежащую рядом Дарию. Она проснулась раньше меня.

– Доброе утро, – положив ладонь на мою грудь, прошептала она.

– Доброе, – улыбнулся я.

– Ты как?

– Нормально. А что?

– Просто… Я ночью совсем голову потеряла. Но я тебя не зачаровывала, клянусь!

– Верю.

Она легонько чмокнула меня в плечо.

– Это все виски, – ответил я. – Я тоже.

– Не жалеешь?

– О чем?

– Ну… – Дария помолчала. – Я же другая.

– Ты женщина, – не понял я. – Что плохого мы сделали?

– Ничего, – согласилась она. – Тебе понравилось?

– Да, – искренне ответил я.

Откинув одеяло, Дария забралась на меня, игриво куснула за подбородок и соскользнула с кровати.

– Я в душ, – сказала она, поднимая с пола свои черные трусики. – Хочешь – догоняй.

– Там краны перепутаны.

– Разберусь.

Дария вышла из комнаты, и через какое-то время до меня донесся шум льющейся воды.

Слушая его, я лежал в каком-то странном, сладостном оцепенении. Частично совет Миши насчет модели я выполнил. В итоге в моем доме заночевала Темная. И что теперь будет? Было ли это сиюминутное, спонтанное желание, или наши отношения теперь станут другими? Впрочем, мы ничем друг другу не обязаны. Будем встречаться, как раньше, работать, закончим наконец мой проект. Но что-то человеческое в глубине меня говорило обратное. Мне хотелось продолжения.

И еще одна мысль вертелась в голове. Дария пришла действительно пособолезновать или сознательно соблазнить меня? Специфический способ поддержать кого-то в горе. Женщины и правда загадки. И снова человек во мне сказал, что все нормально. Произошло и произошло. Мне же понравилось. Ей тоже. Так в чем проблема?

Перебирая все это в уме, я неожиданно сообразил, что в ванной, кроме моего, уже пользованного, нет другого полотенца. Спрыгнув с кровати, я открыл шкаф и, пошарив по полкам, нашел свежее. Полотенце пахло лавандой.

Я открыл дверь ванной, и меня обдало волной теплого влажного воздуха.

– Вот тебе полотенце.

Дария даже не закрыла створку кабинки, и на коврик на полу натекла приличная лужа. Стоя под шуршащими струями душа, окутанная паром, она неторопливо растирала намыленными ладонями живот и точеные груди.

Смущаться после случившегося не было смысла.

– Могла бы мочалку взять.

– Мне так больше нравится. – Она провела ладонями по ягодицам и поманила меня пальцем. – Иди сюда.

Бросив полотенце на пол, я шагнул к ней в кабинку и закрыл за собой створку. Утро начиналось волшебно.

Потом, пока Дария одевалась и приводила себя в порядок, я приготовил омлет и сварил кофе. Мы позавтракали.

– Что сегодня будешь делать?

– У меня съемка в два. Потом не знаю, – держа двумя руками кружку, Дария пожала плечами. – А ты?

– О-о, за две недели у меня должна была накопиться куча волокиты. К тому же эти убийства.

– Встретимся потом?

– Давай созвонимся.

– Хорошо.

Уже собираясь ехать на работу и держа в руке кружку с недопитым кофе, я подошел к компьютеру, чтобы его выключить. Двинув «мышку», вывел монитор из спящего режима. На меня снова посмотрело лицо Светланы. Видимо, вчера я позабыл закрыть просматриваемые вкладки. Причина этого подошла ко мне сзади и, встав рядом, положила голову на плечо.

– Я буду скучать по ней. – Я вздохнул – отступившая было тоска накатила вновь.

– Знаешь, есть версия, что после развоплощения Иного можно вернуть его сущность из Сумрака, – неожиданно сказала Дария.

– Как? – удивился я.

– Это то ли заклинание, то ли какой-то амулет. Точно не знаю. И ревоплотить не на некоторое время, например на несколько часов, а насовсем.

– Почему ты мне это рассказываешь?

– Не ты один потерял близких, – негромко ответила Дария. – Я пыталась узнать, но у меня не вышло.

– А что это за заклинание?

– Говорю же, не знаю. Попробуй спросить на работе.

– Наверняка для этого нужно специальное разрешение. – Я допил кофе. – Да и не байка ли это?

– Мне не проверить, я ведь не дозорная. Хотела вернуть отца. А разрешения не всегда нужны, если ты способен действовать сам, – ответила она, отстраняясь от моего плеча. – Пойдем. Нам пора.

Я выключил компьютер, мы оделись и, попрощавшись на улице, разошлись. Сев в машину, я поехал в офис Ночного Дозора.

* * *

Опоздал я совсем чуть-чуть – припарковаться возле офиса утром понедельника было еще той задачей. Наконец, втиснув свой «Форд» между двумя японскими седанами, я привычным пассом правой руки отвел глаза дежурившим на входе в аптеку Пеля чоповцам и поднялся по лестнице на занятый офисом Ночного Дозора последний этаж.

Личного кабинета у меня не было. В отведенной нам комнате было четыре стола, оборудованных компьютерами. Поздоровавшись с ребятами и приняв их соболезнования, я уселся в кресло и погрузился в работу, стараясь наверстать пропущенное за две недели.

Подменявший меня Кирилл Батурин наснимал не много.

– Вот, – сказал он, и на стол мне легли материалы по всем восьми убийствам, как и сообщил Драгомыслов. Я принялся разглядывать папки. Застывшие, лишенные Силы девушки, внешне не особо похожие. Возраст варьировался в промежутке от двадцати двух до двадцати четырех, но в данном случае это было не принципиально. Все седьмого уровня. Темные и Светлые. Из восьми погибших пятеро Темные. Последней была Света.

Разложив перед собой все изображения и рассматривая их через лупу, я пытался понять, что же объединяло все эти убийства. Чем был движим маньяк?

– А это ты как успел? – спросил я Батурина, сидевшего за столом напротив, поднимая снимок с грифом «Юлия Ковальковская. Вампир. Седьмой уровень. Темная».

– В спортивном режиме, – выглянув из-за монитора и прищурившись, ответил он. – Это как раз первый случай был, никто не ожидал, что рассыплется. Думал, пригодится.

– Да уж, пригодилось, – мрачно согласился я.

На одном из снимков Кирилл умудрился запечатлеть фазу процесса исчезновения жертвы в Сумраке. Миллионы частичек, похожих на поднятый ветром пепел, разлетающихся, словно стайка спугнутых мотыльков. Еще угадывались черты лица, отдельные фрагменты тела, поза. Получилось, с одной стороны, красиво, даже сюрреалистично, как у Дали, но все равно это было страшно и непонятно.

Я вспомнил, как от моего прикосновения развеялась Света. Всего несколько мгновений, и Иного больше нет. Насколько меня проинформировали, ни одно тело так и не удалось доставить ни в Дневной, ни в Ночной Дозоры.

Что со всем этим делать, я не знал.

Сложив папки в стопку, я убрал их на край стола. Посмотрел на фотографию в рамке возле монитора, с сестрой и мамой, и пододвинул к себе клавиатуру.

Кругом сплошные загадки. С чего начать?

Тут мне вспомнились слова, сказанные Дарией.

«После развоплощения Иного можно вернуть его сущность из Сумрака. Это то ли заклинание, то ли какой-то амулет. Попробуй спросить на работе».

Спрашивать в открытую я, конечно же, не стал.