Свобода была превыше всего – свобода не столько физическая, сколько свобода разума.

Элис рискнула связаться с матерью, заранее зная, что разговор подслушают, что, скорее всего, мать уже под колпаком Корпуса. Услышав дрожащее: «Прости, милая», увидев слезы, Элис поняла, что мать попалась. Каким уж чудом Марте Хант удавалось столько времени водить Пси-Корпус за нос, имея слабенькие пси-способности, или же она скрывала, что ей делают уколы пси-подавителя, убивая ее способности и разум, Элис никогда уже не узнала, но поняла одно – домой на Марс нельзя. Нельзя и на Землю. Нельзя туда, где можно было бы найти защиту. И нельзя было спасти мать. Не сложной пси-способностью, а волной материнских чувств, глазами, всей любовью матери Марта Хант передала дочери сигнал опасности, умоляя бросить ее и спасаться самой.

Оглушив пси-копа ментально и физически, Элис бежала на первом же транспортнике, едва не замерзнув по дороге.

К тому времени отношения Земли и Минбара наладились, началось строительство станции Вавилон в нейтральном секторе космоса, и хотя первые три станции взорвались, а четвертая пропала, станцию Вавилон 5 открыли как свободный порт для дипломатов и туристов.

Элис рассудила, что Центавр Прайм хоть и был бы рад принять ее как телепата, но понять ее душу, увы, не смог бы. Нарн, как красная планета с пустынным климатом, привлекала, но нарны – воинственная раса, отчасти агрессивная, пугали.

Выбор пал на Минбар – холодную планету, на четверть состоящую изо льда. Но климат не пугал так, как пугала возможность жить в рабстве и быть послушной чужой воле марионеткой.

Разумеется, попасть на Минбар просто так было нереально, потому Элис и отправилась транспортником на Вавилон 5. Судьба предоставила редкий шанс и боги удачи обратили на нее внимание, если, даже не зная, куда направлялся транспортник, она попала именно туда, куда было нужно.

Обладая преимуществом перед легко внушаемыми людьми, едва себя контролируя, Элис, ворвалась в мир людей и инопланетян как буря, но когда ее накрыла боль от переполнявших разум эмоций обитателей станции, когда она забилась в агонии и ощутила чье-то легчайшее прикосновение к своему разуму, уговаривавшее ее успокоиться, сомнения в правильности своего выбора, если и были, отпали.

Минбарцы и земляне начали кровопролитную войну по недоразумению, на самом деле минбарцы были куда мудрее, чтобы просто так начинать драку. Честь, достоинство, служение другим, традиции, вера – далеко неполный список того, что молодой телепат смогла прочитать в разуме минбарки, склонившейся над ней. Короткий миг связи – и женщина закрылась от нее.

Доверить жизнь и судьбу тому, с кем воевала Земля, было бы сложно тому, кто не мог читать мысли. Элис могла. Итоговой точкой в решении стало видение знакомого мужчины – того самого, что Элис видела на Марсе еще ребенком. Минбарка с красивым певучим именем знала этого человека как Джеффри Дэвида Синклера, коммандера станции Вавилон 5, как носителя души загадочного Валена, как пленника, как лидера, как…

Деленн чуть нахмурилась, поджала губы, не одобряя насильственного вмешательства в свой разум, но не произнесла ни слова против, понимая, что просить неконтролирующего себя телепата о сдержанности бесполезно.

Обладая полномочиями посла на станции, Деленн достала необходимые документы на перевод и постоянное жительство, и вот уже Элис стояла на трапе, ведущем на выход к шаттлу, следующему на Минбар.

Она так бы и улетела, но затылок кольнуло и она обернулась – тот мужчина, коммандер Синклер, стоял, беседуя о чем-то с послом Деленн. Высокий, внутренне сильный, с мудрыми, чуть усталыми глазами, доброй полуулыбкой и исходившими от него волнами уверенности и покоя, как будто он не пережил плен на минбарском корабле, не вытерпел пытки и допросы, а медитировал где-то в горах Тибета в утренние часы под монотонное чтение мантр монахами.

Коммандер, видимо, почувствовал на себе пристальный взгляд телепата, поднял голову, встречаясь с ней глазами и… снова улыбнулся ей как когда-то в прошлом. Разумеется, он ее не узнал да и не должен был узнать, а она… она давно разучилась улыбаться, потому только чуть склонила голову в поклоне, отвернулась и прошла на посадку.

Минбар научил ее терпению, которого она жаждала больше всего, сосредоточенности мысли, выдержке, уважению к себе и другим. Минбар с его четкой кастовой системой стал почти домом… таковым все же не являясь. Даже удивительно, насколько мало в этой жизни было нужно молодому телепату, чтобы начать новую жизнь вдали от всего, что было дорого. Но никакие медитации, никакие практики не давали покоя той части души, что тревожилась за мать – Марта Хант пропала, а Элис не могла улететь на ее поиски. Дело было не в страхе оказаться пойманной, дело было не в опасности, которые она только приветствовала, дело было в долге перед Минбаром и учением Валена.

Это имя Элис встретила в разуме Деленн, Вален был как-то связан с коммандером Синклером гораздо больше, чем показанием трилюминария – старинного артефакта, имевшего корни где-то в далеком прошлом. Не зная абсолютно ничего ни о Сером Совете, ни тем более о значении коммандера Синклера в жизни и судьбах Минбара, Элис откуда-то раздобыла крупицы очень важной информации, поделиться которой ни с кем уже не могла.

Три года она жила в Тузаноре, помогала минбарцам, сотрудничала с миролюбивой кастой Жрецов, сдружилась с некоторыми ее представителями, почти полностью разделила скромный быт, культурные особенности, красоты планеты, веру и убеждения мира Минбара, но вскоре жизнь сделала крутой вираж – прибывшая на Минбар Деленн была слишком погружена в себя, чтобы заметить пристальный взгляд телепата, заинтересовавшегося нетипично сосредоточенным выражением лица посла и не преминувшего коснуться ее сознания своим.

Над миром галактики нависла древняя угроза – об этом шептались, об этом думали, а Элис улавливала пси-волны тревоги и откровенного страха, исходившие от представителей Серого Совета и людей вокруг. Каста Воинов была менее сдержанной в эмоциях и только благодаря их импульсивности, Элис продолжала составлять общую картину.

Когда стало ясно, что в Тузаноре готовят защитников мира и спокойствия галактики под руководством посла Синклера, возглавившего ряды рейнджеров и ставшего Энтил`За, Элис сделала все возможное, чтобы попасть в их ряды.

Работа телепата ценилась выше миссии рейнджера, сех Дурхан, наиболее уважаемый учитель боевых искусств, как мог мягко обрисовал положение дел – минбарцы скорее могли бы лишиться рейнджера, чем ценного сильного телепата, так что Элис пришлось надавить на нужные кнопки, чтобы связаться с послом Деленн, испросить аудиенции с ней и кратко, но емко выложить свою позицию. Пусть это было неправильно, никто и никогда не посмел бы так нагло врываться в жизнь члена Серого Совета, никто не мог бы даже помыслить потревожить его покой, но Элис и не собиралась уговаривать или требовать занять наиболее выгодное делу Минбара и Земли место. От прилетавших в Тузанор послов иных планет, она узнала, что Тени были потревожены неслучайно, что они каким-то образом связаны с Пси-Корпусом, что телепаты имели большое значение в этой цепочке, что…

О матери она умолчала, не считая нужным посвящать Деленн в свои подозрения, хотя они и имели место быть. Пси-Корпус, как сообщали мысли послов иных миров, зачем-то собирал слабых телепатов из своих рядов, рыскал по всем уголкам Земли и Марса в поисках новых. Пси-Корпусу зачем-то были нужны все эти люди. И страннее всего было то, что все эти слабые телепаты, надежды повысить пси-уровень которых не было, пропадали без вести. В том, что Марта Хант так же исчезла, Элис даже не сомневалась. Конечно, Межзвездные новости ничего подобного не говорили, как не говорили и сами люди на Минбаре, но слухи, сплетни разлетались быстрее новостных передач.

Деленн справедливо задала вопрос о причине необходимости вступления сильного телепата в ряды рейнджеров, предупредила об опасности такого шага, напомнила о миссии Элис на Минбаре и о важности ее значения для минбарцев, на что Элис ответила, что от нее будет гораздо больше пользы как от рейнджера для блага всей галактики, чем как от телепата - для отдельной планеты.