Хоть его и не уносил ураган, у Оливера пробудились способности из-за встречи с Тенями, которая сопровождалась угрозой смерти. Вдруг ему пришла новая мысль, которую он тут же сформировал:

— Я об этом даже и не думал до этого, — сказал он, — а как я вообще очутился у вас? Кто меня спас?

Джон с Афро переглянулись, словно вместе с этим обмениваясь и мыслями. Оливер опять подумал, что они действительно обладают телепатией, только не хотят об этом говорить другим, пока еще не Охотникам. Джон заговорил:

— За вами следили.

— Следили? — поразилась Сьюзен.

— Следили — это немного грубо. Скорее, знали о вашем существовании. В организации есть люди, которые могут... определять таких, как мы, даже если у них способности все еще спят. Они узнали, что в скором времени у вас пятерых они пробудятся и послали к вам наших людей, чтобы найти и объяснить изменения, которые с вами происходят. Когда тебя, Оливер, нашли, ты как раз вылетал из проема второго этажа здания. Охотники, направленные за тобой, посчитали, что опоздали, но ты оказался еще жив. Они отогнали Теней и как можно быстрей доставили тебя на базу, где и подлатали.

Отогнали Теней. А мои друзья? Оливер хотел спросить, что стало с его друзьями, можно ли как-то их спасти, выгнать Теней из их тел, экзорцизмом или еще как, но задать этот вопрос вслух он боялся. Боялся, что ответ ему не понравится, и тогда он будет до конца жизни жалеть о том, о чем жалеет сейчас — он сбежал, бросив своих единственных близких друзей. И даже когда Бека держала его за руку, он выпустил ее, чтобы эгоистично спастись самому. Даже то, что он все же вернулся за ней, никак не умоляло его греха, ведь увидев этих... Теней, он побежал еще быстрее.

Оливер надеялся, что Джон сам хоть что-то скажет о его друзьях, но вместо него заговорила Афро:

— У Сьюзен история совсем другая. — Оли заметил, как девушка, сидящая рядом с ним, понуро опустила голову. — Ее родители недавно погибли в автокатастрофе, и это так ее шокировало, что у нее пробудились способности.

Оли и сам теперь потупил взор, не зная, что говорить в таких случаях. Его мать умерла, когда ему было семь лет, во время Катастрофы, и вряд ли кто-то счел нужным выражать маленькому мальчику слова сочувствия, а если и выражали, это затерялось в лабиринте его памяти.

Он только и смог, что пробубнить слова соболезнования, которые даже сам едва понял. Сьюзен никак не отреагировала, но Афро продолжила, как ни в чем не бывало:

— Я это говорю, — сказала она сурово, хотя с ее внешностью это так не казалось, — чтобы ты смогла смириться. Мои родители погибли, когда я была даже моложе тебя, как и у Джона, но организация заменила нам семью, позволила стать Охотниками, чтобы мы могли отомстить виновникам, пусть эта месть и бессмысленна в своей мелочности.

— Мне мстить некому, — пробормотала Сьюзен.

— И это хорошо! Месть — совсем не благородное дело, тебе не следует уподобляться нам.

— А говорила, что не умеешь трепать языком, — заметил Джон.

Афро смерила его взглядом, способным сжечь его вместе со стулом, но тот, казалось, этого не заметил, продолжая попивать очередной стакан виски, и с виду даже не пьянея.

«Если месть — неблагородное дело, то что делать мне? — спросил сам себя Оливер. — Если так подумать, я и раньше не отличался особым благородством...»

— А как вы отогнали Теней? — поинтересовался он.

— Наверно, мне надо начать с самого начала, — вздохнул Джон.

— Тогда я, пожалуй, тоже закажу себе выпить, — сказала Афро, подзывая официантку.

— То, что я вам расскажу, не обязательно является истинной правдой, но это основная версия всего происходящего.

— Да начинай уже, — махнула ему Афродита, — пусть сами для себя решают, во что им верить.

— В общем, — начал Джон, — почти десять лет назад, как вы знаете, произошла Великая Мировая Катастрофа, о причинах которой до сих пор спорят. Землетрясения, извержения вулканов, цунами и все остальное высвободило столько энергии, что по всему миру открылись порталы в другой мир, откуда и вылезли Тени. Первоначально люди сочли, что это открылся проход в самый настоящий Ад, а существа, что оттуда вылезли, получили соответствующее название — Демоны. Позже, конечно, выяснилось, что это никакие не демоны прямиком из адского пекла, а жители некого иного измерения, параллельного мира, если хотите. В конечном итоге порталы стали называть просто Дырами, имея в виду дыры в пространстве, а существ по ту стороны — Тенями, — потому что похожи. Сейчас же весь тот мир называется лаконичным названием «Дыра». Хотя те же самые ученые, что дали Охотникам название Хомо Эребус, называют Теней Эребами или даже Эребнуарами. Что-то связанное с древнегреческими мифами и все такое, я особо не интересовался.

Джон сделал паузу и съел еще кусок мяса, игнорируя Афро, которая всячески пыталась его поторопить. Он лишь сказал, что голоден, а болтовня вызывает у него аппетит и стойкое желание выпить. В конечном итоге он продолжил:

— Эти самые Тени на самом деле довольно слабые и глупые, пусть и пугают до чертиков. Дело в том, что для открытия и удержания порталов, нужно много энергии, и каждый раз, когда кто-то через них проходит, эта энергия расходуется. Чем меньше и слабее Тень, тем меньше энергии. Однако помимо обычных Теней, в Дыре есть и, так называемые, Высшие Тени. Они намного сильнее и умнее рядовых, и один такой равен нескольким сотням мелких. Когда только произошла Катастрофа, в наш мир смогла пролезть лишь одна Высшая Тень — если верить организации, — которую довольно быстро уничтожили, пока она не сумела как следует сориентироваться. В качестве примера скажу, что если сейчас в наш мир проникнет этот монстр, от города, где он объявится, мало что останется.

— Не пугай детей, — взъярилась Афро. — Если Высшую Тень победили еще тогда, когда и Охотников никаких толком не было, то сейчас мы с ней одной левой разделаемся, потому что знаем все их слабости. Джон лишь пожал плечами и отхлебнул из стакана.

— Да мы уже не дети, — сказал Оливер, стараясь придать голосу мужественности, пусть его ладони и покрылись потом.

— Мальчик мой, — ласково ответила ему Афро, — возраст определяется совсем не количеством прожитых лет, а приобретенным за это время жизненным опытом. И тут вы груднички, а мы старцы с бороздами вековых морщин.

Джон хмыкнул и зажевал уже остывшую картошку, воспользовавшись минутной передышкой.

— Продолжай, — сказала ему Афро. Джон вздохнул и подчинился:

— Короче говоря, Тени, как вы уже знаете, способны проникать в тела людей, подчиняя их своей воле. Вместе с этим они как бы проникают в их сознание и приобретают все знания и умения, но помимо этого, они могут развиваться, становясь умнее и открывая для себя весь потенциал человеческого организма, тем самым становясь очень похожими на Охотников. Главные наши отличия друг от друга — Охотники при пробуждении получают свои способности сразу, а Теням нужно время на их развитие, но чем больше времени проходит, тем сильнее они становятся, и в конечном итоге могут быть способны одолеть даже целую толпу Охотников, хотя до этого доходит крайне редко.

— И почему они, обладая такой мощью, до сих пор не захватили мир? — спросила Сьюзен. Она уже не казалась такой мрачной и расстроенной, слушая рассказ Джона, иногда удивленно открывая рот и раскрывая глаза от потрясения. Оливер счел, что она даже эмоциональнее Беки.

— Я как раз хотел об этом рассказать. На самом деле у Теней очень много слабостей. Помимо того, что обычные Тени, не вселившиеся в тела людей, довольно глупы, им подходят не все тела.

— Как это?

— Наши ученые так и не выяснили причин, почему так происходит. Вы когда-нибудь слышали о самовозгорании? — Оливер и Сьюзен кивнули. — Так вот, если тело носителя чересчур слабо или Тень пребывает в нем слишком долго, человек может попросту вспыхнуть и получить достаточные повреждения, чтобы Тень внутри него не смогла восстановить тело. Хотя чаще процесс протекает медленно: человек слабеет, кожа шелушится и даже опадает, могут отваливаться части тела, вроде носа и ушей, и тому подобное. Из-за этого, кстати, и появились мифы о зомби — живых мертвецах, разлагающихся на ходу.