— Куда мы идем? — спросил Оливер.

— Я же обещал тебя покормить. Лучше говорить где-нибудь в теплом уютном местечке, чем посреди леса, согласен?

— А разве ночью хоть что-то работает? — удивился молодой парень.

— Обычные заведения нет, но существуют и те, что предназначены для Охотников, бодрствующих ночью. Кстати, город куда опасней, чем тот парк, через который мы проходили, так что не зевай.

Оливер решил последовать совету. Он настороженно заглядывал в проулки, мимо которых они проходили, всматриваясь в каждый угол, пытаясь разглядеть хоть какое-то движение, пусть и молился, чтобы ничего не увидеть. Движений не было. И не только в закоулках, но и вообще, как казалось, во всем городе: не было людей, не ездили машины, животных тоже не видно. А ведь Джо об этом говорил. Неужели их сожрали Тени? Или вселились в них? А могут они вселяться в кого-нибудь другого, кроме людей? Оли добавил этот вопрос в список у себя в голове.

Свернув на очередную улицу, где стояла такая же тишина, нарушаемая лишь шарканьем ног по асфальту, Оливер увидел свет. Он исходил из лампы над дверью двухэтажного здания без вывески и окон. Лампа светила очень тускло, но в темноте ночи она казалась такой же яркой, как и месяц над головой.

Шагнув за дверь, на которой красовался большой желтоватый крест, словно вплавленный металлом в ставню, Оливер оказался в прошлом. По крайней мере, так ему показалось: ресторан походил на кабак или трактир из какого-нибудь фильма про ковбоев, любителей пострелять. Атмосферу нарушала лишь видная чистота и местный контингент: люди, похожие на смесь викингов и рокеров, люди, лица которых скрыты всем, чем можно: бандана, высокий воротник до носа, респиратор, маска, как у Ганнибала Лектора и Джейсона, даже был один капюшон, который закрывал лицо молнией, с изображением черепа, и собачий намордник. Был здесь и человек в смокинге, и похожий на бомжа, одна девушка была в полностью кожаном костюме, скрипящем при каждом ее движении. Всего Оливер насчитал около пятнадцати человек.

— Цирк уродов, — одними губами прошептал Джон, проходя к свободному столику.

Когда они сели друг напротив друга, к ним подошла официантка и приняла заказ. Оливер хотел сначала заказать что-нибудь легкое, чтобы не наедаться на ночь, но потом понял, что сон ему в ближайшее время явно не грозит, и с подачи Джона заказал себе всего побольше.

— У меня возникли некоторые вопросы, которые я хотел бы задать, но сначала я хотел узнать...

— Почему я назвал это скопище цирком уродов? — закончил за него Джон.

Оливер замялся и кивнул. Очередной раз он угадывает, что я хочу сказать. Неужели аберрация позволяет ему читать чужие мысли?

— Все очень просто, — заговорил Джон. — Бо́льшая часть Охотников скрывает свою личность, некоторые лишь когда выходят на улицу охотиться, боясь, что их увидит кто-то из обычных людей и узнает, а остальные постоянно, таясь даже от своих камрадов. Почти все используют псевдонимы, чтобы казаться еще более таинственными. Они строят из себя тупых супергероев из комиксов, бегают по улицам, «сражаясь со злом», даже разговаривают, как персонажи из мыльных опер, а на деле являются лишь бесхребетными слизняками, заботящимися лишь о своей репутации и внешнем виде.

Оли снова замялся, не ожидая такого откровения, но Джон, не замечая этого, продолжил:

— Видишь вон ту, в латексе? — Оливер обернулся и кивнул. — Была проституткой в самом грязном борделе города, пока не поняла, что она «не такая как все», хотя, судя по одежде, старые привычки дают о себе знать. А вон тот, с воротником почти до самых глаз, едва ли за все время своего пребывания в рядах Тенеловов убил хотя бы десяток Теней. Обычно он предпочитает появляться на месте в самый последний момент и присваивать чужие заслуги. В его костюмчике даже голову нельзя нормально повернуть, а за воротником он скрывает рот, в котором ему не хватает нескольких зубов, и кривой нос, который ему сломали за его хитрожопость, хотя он, естественно, уверяет, что это после сражений с Тенями голыми руками. Герой хренов!

— Значит, большая часть Охотников...

— Мудаки! — перебил его Джон и отхлебнул принесенное ему виски. Сказал он это вроде не громко, но так, чтобы ближайшие к ним сидящие его услышали, да и вообще, свою речь он не пытался скрыть от чужих ушей. Вел он себя так, словно его никто не слышит, а если и слышит, все равно ничего сделать не сможет.

Когда Оливер уже хотел сменить тему, задав другой вопрос, дверь ресторана снова распахнулась, и внутрь вошла та темнокожая девушка с афро на голове, а вместе с ней и Сьюзен. Заметив знакомых, она тут же направилась в их сторону. Оливеру послышалось, как Джон очень тихо выдохнул: «Вот хитрюга».

Подойдя к столу, она, уже усаживаясь, спросила:

— Не против, если мы присоединимся к вам?

Села она так, чтобы оказаться на одной стороне с Джоном, поэтому Сьюзен пришлось присоединиться к Оливеру. Тут же подошла официантка и подала некоторые блюда, заказанные ранее, приняв новые заказы от девушек.

— Прям наши мини-версии, — елейным голоском проговорилаАфро, с улыбкой любуясь Оливером и Сьюзен.

— Не заставляй девочку делать афро.

— Ой, да ладно тебе, Джонни, не нуди. Лучше представь нас.

Оли, сидя рядом с девушкой, от которой довольно приятно пахло, чувствовал себя несколько скованно, и приступил к трапезе, стараясь есть медленно и аккуратно, дабы случайно не запачкаться и не показаться свиньей. В столовой, когда они сидели вместе с остальными из пятерки, он такой неловкости отчего-то не испытывал.

— Я так понимаю, — начал Джон, — вы подсели к нам, чтобы я за место тебя рассказал все, что нужно?

— А почему бы и нет? — игриво проворковала Афро. — Ты рассказываешь лучше меня.

— С чего ты взяла?

— Да любой треплет языком лучше, чем могу я. Мне просто лень.

— Ты не видела Грасса? — спросил он после вздоха. — Он со своим вроде прямо за нами шел.

— Ты же его знаешь — он не прочь преодолеть лишнюю милю, только чтобы добраться до бара, где можно выпить. Барсук, вероятно, направился туда же. А Эвила... Кто ее разберет? Может, где-нибудь на кладбище зависает.

Джон покачал головой и съел кусок мяса, который ему принесли ранее, запив виски, словно это вода. Дожевав кусок, он спросил у Афро, что та уже успела рассказать Сьюзен. Как оказалось, она больше болтала о самой себе, но все же кое-что поведала и о том, кто такие Тени и Охотники. Джон решил повторить то же, что он уже рассказал Оливеру, за что тот был благодарен, решив потратить это время на трапезу. Когда Джон закончил, Оливер уже съел больше половины и решил начать задавать новые вопросы.

— Я хотел спросить. Если эти способности были заложены у нас в генах, почему я раньше не видел в темноте и не замечал, что у меня раны заживали быстрее?

— Я же тебе уже говорил: способности проявляются крайне редко, и то не все. Чтобы такое произошло, необходимо подвергнутся сильному потрясению, например, угрозе смерти или встрече с Тенями. Слышал когда-нибудь про Вангу? — Оливер покачал головой. — Оно и не удивительно, она была из Болгарии и умерла еще в девяносто шестом году. В общем, когда она была еще младше вас, то попала в ураган, унесший ее на сотни метров от того места, где она находилась.

— Прямо как Дороти из «Страны Оз», — выдохнула Сьюзен.

— Да, — согласился Джон, — некое сходство определенно есть. Короче, после этого случая она ослепла. Но взамен получила способности к предвидению.

— Иронично, не правда ли? — усмехнулась Афро.

Оливер согласился. Ослепнуть, чтобы затем начать видеть будущее и судьбы людей? Он не хотел бы такой участи. А кто бы хотел? Он очередной раз убедился, что Охотники далеко не супергерои.

— Значит, она тоже была Охотником?

Джон усмехнулся:

— Тогда такого понятия не существовало, да и про Теней никто не слышал. На самом деле, мы этого не знаем и никогда не узнаем. Не все ее предсказания сбылись, так что многие считают, что это была просто раскрученная схема шарлатанства, однако то, как она получила свои способности, говорит о том, что она могла бы и правда быть той, в ком пробудились гены Тени. Еще были Вольф Мессинг, Нострадамус, Мария Ленорман и многие другие.