стал со стола на пол, посмотрел на друга, мечтательно поднял глаза в потолок и замолчал.

За тобой, Дружище, хороший коньяк! напомнил товарищу, Кляйн.

Будет Тебе коньяк! Потерпи несколько дней и всё будет! обещает Венк.

А, что ты думаешь с ним делать дальше? продолжил разговор гауптштурмфюрер.

Сначала я его загоню в наш спец.лагерь, в блок А, пусть его немного проверят на вшивость. В лагере его ещё раз допросят по всей форме. Может быть, надо будет немного на него надавить, знаю, что на допросах там с пленными особо не церемонятся. Я ещё до конца ничего не решил. Посмотрим, как сложится моя мозайка.

Эрих, я вот о чем ещё подумал - если всё, что нам тут рассказал перебежчик, об организации обороны этого проклятого Петербурга правда, то в уличных боях за город армия поляжет вся. Это тебе не их Севастополь. Мне рассказывали парни, которые недавно приехали оттуда, что им пришлось испытать и пережить! А ведь им было намного легче, чем нам здесь, даже с такой точки зрения, как удобный горный ландшафт местности и погода. Все районы Севастополя были видны, как на ладони, после этих слов Отто Кляйн замолчал и уткнулся в свои бумаги на столе.

Какое-то время офицеры просидели в полном молчании, думая каждый о своём, затем гауптштурмфюрер первый нарушил молчание и произнёс, собственно, ни к кому не обращаясь:

Надо было более подробно допросить этого "ивана", о боях на плацдарме в этом чёртовом Ивановском, но чувствую, что больше того, что знаю я, он нам не расскажет.

Что случилось, в том селе? обер-лейтенант проявил внимание к заботам друга. Я слышал, что в Ивановском идут затяжные бои. Наши солдаты очень хорошо наваляли этим упрямым "иванам"! Ещё знаю, что дивизия держит оборону под Синявино и про высоту "Бараний Лоб" я тоже слышал....

Да, ну тебя, Эрих! Три недели жутких боёв стоили дивизии нескольких тысяч берёзовых крестов и ещё в два раза больше раненых и калек, отправленных на лечение в Рейх! Наш "Старик Вюнеберг" за эти дни сильно перенервничал, да и нам всем здесь в штабе было не до сна. Мой "подшефный" разведывательный батальон за этот успех тоже заплатил жизнями многих отличных солдат. А ты мне говоришь, как будто бы ничего про это не слышал! Знаешь, какое негласное название дивизии, придумали наши придурки?

Интересно какое? Скажи? с искренним удивлением в голосе спросил Венк.

Дивизия кавалеров берёзового креста! негромко ответил другу Кляйн.

Совсем не смешно! Дорогой Отто, ты не обижайся! У нас в сводках пишут только о победах нашего оружия, а о цене, заплаченной за эти победы - увы! Сам знаешь, что у "Абвера" идёт совершенно другая война, тихая и незаметная, попытался несколько загладить своё невнимание Венк.

Давай уже будем прощаться! Мне нужно срочно уехать! Извини меня, но дела превыше всего! Коньяк остаётся за мной... после немного натянутого прощания обер-лейтенант быстро покинул кабинет и направился к своей машине...

Глава 6. Туров

После поездки на фронт прошло несколько дней, которые, не смотря на рутину, Николай Николаевич Туров провёл в ожидании известий об операции по внедрению младшего лейтенанта ГБ Горского в немецкую разведку "Абвер". Поздним вечером майор, как обычно задержался на рабочем месте. При плотно занавешенных окнах и включённой лампе, он сидел за своим письменным столом, просматривал различные сводки, документы и другие бумаги, до которых днём не хватало времени, чтобы их спокойно прочитать. Теперь же красный карандаш в руке уверенно подчёркивал нужную информацию или необходимые для работы данные, ставил небольшие птички-пометки на полях листков. Но мысли неизменно возвращались к Горскому, которого по его же просьбе отправили во вражеский тыл под собственной фамилией и именем, изменив и кое в чём подправив его биографию. Туров прокручивал в голове разные этапы подготовки к операции "Тропинка" и её дальнейшее развитие:

Если исходить из того, что всё прошло удачно и "Путник", такой псевдоним был присвоен разведчику, благополучно добрался до немцев, то Абверовское начальство, несомненно, должно обратить своё внимание на перебежчика. Их, однозначно, должна заинтересовать биография пленного уже после первичного допроса. Биографию мы ему слепили хоть куда - бывший младший командир, служил в артиллерии ПВО, охранял ленинградское небо, обижен на власть и самое главное - знает много! Это вам не простой пехотный Петя пришёл сдаваться в плен, который знает только кто его командир роты и командир взвода, а про командира батальона только слышал, что где-то есть такой. А вот зенитчик - это же фигура! Туда берут только образованных и технически грамотных парней. В "Абвере" это прекрасно знают...

Он с группой работников эту операцию тщательно разрабатывал, скрупулёзно прорабатывая разные мелочи, и был уверен, что у них всё должно отлично сработать. Пушки, снаряды и другие артиллерийские мелочи "Путник" знает ещё с Финской войны. На той зимней войне Горскому тоже пришлось, как говорят, хлебнуть военного лиха...

Суд Военного Трибунала, приговор и решение устроили ему не показушные, а самые настоящие, даже в газете 2-го Корпуса ПВО тиснули разгромную статью, в которой призывали других товарищей быть бдительными и не нарушать воинскую дисциплину. По настоятельной просьбе "Путника" пришлось приготовить несколько ложных целей, которые так же должны сработать для его легенды. Мимо таких целей немцы не должны пройти мимо. Шутка ли сказать, когда сам комфлота вице-адмирал Трибуц звонил начальству Турова и просил прекратить это безобразие, чуть не угробив всю их затею, потому что сразу не поверил, что такое возможно провернуть без потерь! Про гнев флотских контрразведчиков лучше вообще не вспоминать. Правда, после того, как майор лично съездил на приём к Адмиралу, в его новый бункер на Аптекарском острове, где при личной встрече всё рассказал и подробно объяснил, нападки прекратились. На самом деле флотские окончательно поуспокоились после соответствующего звонка Зам. Наркома с категорической просьбой не только не мешать людям работать, но и всячески оказывать им посильную помощь. Некролог, да, фальшивый некролог, уже заготовлен и ждёт своего часа. При удачном развитии событий он немедленно буден напечатан в нескольких флотских газетах под названием типа "Отомстим фашистской гадине за смерть наших товарищей!". Собор Бориса и Глеба администрация города ещё перед войной собиралась разобрать на кирпичики. Сейчас же высокие стены этого здания служат прекрасным ориентиром для немецких артиллеристов, чьи дальнобойные орудия стоят на Пулковских высотах. По легенде на верхотуре колокольни собора размещён наш постоянный пост ВНОС, рядом радарная станция, пост охраны и