Тьма заклубилась снова.

— Я поставила срок на четыре часа, — послышался шепот. — За это время мы должны все сделать и вернуться.

— Но… вдруг мы не успеем? — возразил первый голос.

— Это будет твоя проблема, — пришел ответ.

Шорох. Тишина.

Из дневника кота Левиафана

…Нет, это никуда не годится! Я тут уже битый час кручусь, а вокруг ни души. Ау! Муа-а-ау! Есть тут кто-нибудь? Здесь вольный искатель приключений ищет приключений за свою пушистую задницу-у-у… Отзовитесь, обитатели злачных мест! Где вы? Куда попрятались?

Орал долго, пока не сорвал голос. Результатом было ведро воды, выплеснутое почти мне на голову. Человек очень старался попасть по мне, но я оказался проворнее. Перебрался в сторонку и продолжил звать на бой местную шпану. Тут обязательно должны водиться отбросы общества — двор располагает. Кругом дома, причем старые и обшарпанные, дворики захламлены, повсюду кучи мусора, теснятся какие-то сараюшки, воняет кошатиной и крысами… Только вот тех, кем так смачно пахнет, что-то не видать.

Ау! Му-ау! Мне скучно!

От скуки решил не сидеть на месте, а пройтись по окрестностям. Авось на кого-нибудь из местных и набреду. А там слово за слово — драка, клочья шерсти, вой и визг. Сперва мы, конечно, возненавидим друг друга, но потом внезапная общая опасность — собаки, например, — нас сблизит, и мы станем лучшими друзьями. И отправимся на поиски подвигов и приключений уже вдвоем. А там встретим кого-нибудь третьего… четвертого…

И только я про четвертого подумал, как впереди увидел четырех собак. Естественно, дворняги, не бойцовые какие-нибудь. Но где вы видели породистых псов в подворотне? Что ж, на первый раз и такие сойдут — лапы размять и вообще.

— Мур-ря-а-а…

В атаку!

Кинулся на них, шипя и плюясь.

— Сдавайтесь, щенки!

Нет, ну что ты будешь делать? Не успел я и половины расстояния до них одолеть, как все четверо развернулись и кинулись прочь.

— А ну вернитесь назад! Мур-ря-а… А то хуже будет!

Бесполезно! Удирали так, что я догнать их не смог! И что во мне такого страшного? Ну вешу я почти восемь кило! Ну так это без учета шерсти! И вообще, я тут недавно похудел, а так во мне было больше… Им же легче! Я бегать долго не могу — теряю достоинство. А если и орать на бегу — вообще задыхаюсь. Но им не объяснишь.

Уф! Умчались! Пошел смотреться в лужу — чего во мне такого жуткого? Ну шерсть дыбом — так это от ветра… Ну глаза горят — так не от злости, а от того, что бедный Левушка третий час не евши… Ну нижний клык торчит, даже когда я пасть держу закрытой, — так это у меня с рождения прикус такой неправильный… Что еще? Нормальный кот! Как ни крутись!

Я и покрутился возле лужи, когда…

— Чур меня! Чур! Де-э-эмоны!

Кто демоны? Где демоны? Подайте мне их сюда! Я из них сделаю баранье рагу на палочке!

Нет демонов. Только какой-то мужик, весь зеленый, пятится от меня на пятой точке и орет благим матом. Что? Это он меня испугался?

— Мужик, — говорю, а сам подхожу ближе, — ты глаза-то разуй! Какой я тебе демон?

— А-а-а-а… — простонал он и внезапно обмяк, закатив глазки.

Нет, ну и чего мы такие нервные? Пришлось приводить его в чувство. Вылизывать не стал — еще чего не хватало! Меня еще котенком отучили всякую немытую дрянь в пасть таскать. Ограничился тем, что похлопал его по щекам. Передними лапами. И коготки «случайно» выпустил.

Мужик очухался быстро. Глаза выпучил и позеленел.

— Ты, мужик, того, больше в обморок не падай, — сказал я ему. — А то мне с тобой возиться некогда. Мне подвиги надо совершать. Я, видишь ли, вольным искателем приключений желаю стать!.. Слушай, а может, ты моим другом станешь?

— Не-не-не… — заблеял он.

Ну что я такого непонятного сказал?

— Мужик, я тебе по-человечески говорю — нечего меня бояться! Я…

Ой. Понял. Хотя… Ну да, по-человечески. Я говорящий. Только скрываю это так тщательно, что даже моя подопечная не подозревает.

— Ладно, проехали. Я не кот. Вернее, не совсем кот, но… А, ладно, забудь. Я пошел.

И я действительно пошел. Подальше отсюда, навстречу опасностям, подвигам, приключениям. Буду одиноким. Это даже интереснее. Романтика…

Вот только есть охота. С соседней улицы, где рыбная лавка, доносятся такие соблазнительные запахи… Аж в животе урчит. А бедный Левушка три… нет, скоро четыре часа как крошечки во рту не держал. Ну как, скажите на милость, совершать подвиги на голодный желудок? Надо поесть.

Решительно свернул в сторону соблазнительных запахов. Герой не должен быть голодным! Голод отвлекает от подвигов. Да я и возьму немного. Так, перекусить чуть-чуть и на дорожку…

Лавка, конечно, уже была закрыта. Ну да, уже спускался вечер. И чего это люди так любят ночами спать? Ночь — самая пора для подвигов и преступлений. Ночами все и случается!

Лавка располагалась на первом этаже двухэтажного дома. Наверху жили хозяева — это было ясно и так. И сейчас они уже угомонились, несмотря на то что сам город еще не спал. Я зашел со стороны двора, осмотрелся. Отдушина есть, но чтобы в нее проникнуть, надо отодвинуть засов на внутренней стороне. Человек смог бы, но человек не влезет в такую дырочку. Кошка влезет, но кошачьим лапам не справиться с засовом.

Про отдушину кроме меня знало еще несколько кошек. Они крутились рядом, принюхивались, некоторые лизали большой прилавок, на котором, наверное, сортировали рыбу. Самые умные пытались дотянуться до отдушины. Дотягивались-то они легко, но вот засов отодвинуть не могла ни одна. Ха, вот и подвиг! Помочь страждущим, накормить голодных — это ли не деяние, достойное того, чтобы о тебе распевали в веках?

«Спокойно! — мявкнул я, запрыгивая на прилавок. — Я с вами!»

Кошки уставились на меня, вытаращив глаза. Две удрали, но остальные не двинулись с места. Отлично. Смелые, в конце концов, и получают все, а трусы остаются ни с чем!

«Сегодня ночью вы все поедите! — сказал я на кошачьем наречии. — Я пришел сюда, чтобы накормить голодных и помочь нуждающимся! Только надо немного подождать. Темнота — наше время!»

И улегся под крышей.

Запахи рыбы были такими сладкими! Кошки вертелись рядом, трое прилегли, как и я. Остальные не могли усидеть на месте, мяукали. Я ждал. Смеркалось.

Наконец где-то далеко послышались удары колокола — сигнал к тушению огней. Минуту или две спустя в дальнем конце улицы донесся возглас:

— Тушите огни, жители Зверина! Ночь на дворе! Тушите огни!

Возглас повторился еще несколько раз, постепенно приближаясь. Кошки порскнули в стороны, но потом вернулись. Я ждал.

В доме напротив захлопнули ставни. Еще некоторое время между ними пробивался лучик света, а потом погас и он.

Пора!

«Приготовиться!» — Я спрыгнул на прилавок. Подошел к стене, встал на задние лапы, дотянулся передней до щели. Да, кошка такого не сделает, но кто сказал, что я обычный кот? У меня и лапы не так устроены…

На той стороне был не засов, а крючок. Правда, тугой, так что пришлось повозиться. Но в конце концов победа осталась за мной. Заслонка на отдушине открылась. Умопомрачительные рыбные запахи едва не сбили меня с лап. Подтянувшись, я первым запрыгнул внутрь.

«За мной!»

Все-таки кошки — венец творения природы, что бы люди ни утверждали. Я не успел приземлиться на той стороне, как сразу две сунули носы в отдушину. За ними устремились другие, но мне было не до того.

Святые котаны, мы в кошачьем раю! Сколько тут рыбы! Копченая, чтобы дольше хранилась. Переложенная какой-то травой, чтобы не затухла до утра. Вяло плещущаяся в чанах с водой. Караси, угри, карпы — эти под слоем травы были еще живы и слабо трепыхались. Из подпола доносились запахи мороженой рыбы. Конечно, было много пустых корзин — сюда рано-рано утром привезут свежую рыбу с реки, — но и того, что осталось, нам хватило.

Вся наша стая накинулась на рыбу, как… как кошки, кто же еще? Я выбрал себе угря потолще и устроился на прилавке, свысока озирая остальных кошек, которые ели, лопали так, что за ушами трещало. Вкусно, между прочим!