— Эй, а меня ты спросить не хочешь? — возмутился Калеб. Аж с дивана чуть не свалился, отчего захотелось закатить глаза.

— Ты приходишь ко мне пожрать и выпить, к чему уточнять? А, ну ещё денег на карманные расходы попросить. Кстати, обойдешься, у тебя зарплата недавно была. А еще ты не заслужил.

Макс коротко глянул на Билла, уже давно застегнутого на все пуговицы, выглядящего вполне прилично, не считая засоса на шее. Ну да, точно не заслужил — отвлек от Фоули, работы (кому она сдалась, эта работа!), даже от котов вон отвлек!

— Папа, мне тридцать, какие карманные расходы?

— Сколько лет твоей маме — знают одни лишь боги, но это ей ничуть не мешает.

Не далее как на днях Эва присмотрела себе очередное жутко дорогущее платье и никак не могла себе его позволить. С её-то доходами элитной заклинательницы, ага.

— Ну так то мама!..

— А ты весь в неё, — заключил Макс, снова косясь в сторону Билла. Тот ржал уже открыто, но на мгновение удалось поймать его взгляд — теплый, наконец не замученный работой и проблемами со здоровьем.

Хорошо.

— Развлекайтесь тут, детки, — он направился в сторону кухни и добавил, не поворачиваясь: — Калеб, убери руки с моего Билли.

Вообще-то Макс не так представлял себе знакомство своего… парня со своей же семьей. И неважно, что они все друг с другом знакомы, Билл с Калебом вообще учились вместе. Это самую малость царапало, если честно. Он понимал, что влюблен, что никогда уже не сможет отказаться от Билли рядом, в своем доме, в своей постели. Сомнительной моралью тоже не страдал. Однако в глубине души всё ещё жило сомнение: а стоило ли связываться с мальчишкой? Влезать во всё это, любить, хотеть, ревновать так, что самому поверить трудно? Не стоило, определенно нет. Осталось только объяснить это глупому сердцу. Или не объяснять, а жить уже так, как хочется? Прежде на это было не так уж много времени.

Макс решительно тряхнул головой, берясь за нож и принимаясь нарезать мясо и овощи. Должен же кто-то заботиться о двух болванах, способных только на поиски приключений для своей задницы?

Ужин прошел прилично — несмотря на шумность, бестолковость и сущность светлого боевика, Калеб был достаточно воспитан, чтобы есть молча. И руками не размахивать так, что при желании можно снести и посуду, и стол. Херню, правда, всякую нес, ну да какой боевик без склонности к неуемной болтовне? Иначе никак, если твой кумир — Альфард Дюран. За что стоило бы отказаться от него еще в Академии, да только чего ни стерпишь ради единственного сына?

— Пап, — позвал Калеб, когда они были уже у двери. — Я типа рад, что ты с Фоули. Ну, в смысле, не конкретно с ним, а вообще.

— Это ты так меня благословляешь? — со смешком уточнил Макс, на деле чувствуя нелогичное облегчение.

— Ага… Ну, то есть нет, — он рассеянно почесал в затылке. — Сдалось тебе мое благословение, да? Короче, вот мое пожелание, — Калеб по-дурацки улыбнулся, — женись давай на Билли, а то я один с Айрис не справлюсь!

— Ужас какой, — содрогнулся Макс, с трудом подавил ответную, ничуть не менее идиотскую улыбку. — Я порой думаю, зачем в первый раз женился, а ты меня ещё раз хочешь в храм отправить? Нет уж!

Приятно это, подери Бездна, — знать, что тебя поддерживают. Не зря любил этого оболтуса, воспитывал и баловал как мог, пусть и в пределах разумного.

— Ой, кому ты врешь?

Или всё-таки зря?..

— Ты свалишь уже или нет? У нас там с Билли дела ещё есть.

Напоследок поворчав, что только и мечтал на сон грядущий представить «дела» своего папаши с Билли-шельмой, его засранец-сынок всё-таки отбыл восвояси. Макс невольно вздохнул с облегчением. Нет, всё же нет для честного некроса напасти хуже, чем боевой маг! И как Макнейр со Стальфоде терпят в доме и постели такое ходячее стихийное бедствие? Воистину, вот загадка богов и богинь.

========== Глава 22 ==========

Макс всегда спал чутко. Издержки должности начальника некроотдела: нужно всегда быть готовым к вызову среди ночи, а порой и к визиту наемных убийц, жаждущих вспороть тебе брюхо за мешок с золотом. Разве что в своих кошмарах он увязал надолго и очень крепко, не в силах заставить себя открыть глаза, вернуться в реальность. Сейчас, однако, был не тот случай — дурные сны ещё случались, но в подмётки не годились тем, что много лет кряду пожирали его разум. Спасибо Макинтайру, его волшебным отварам, целительской магии, и совсем чуть-чуть — виски. Работать над делом Зверобоя без порции-другой было решительно невозможно.

То, что Билл поднялся с постели, он услышал сквозь сон, спросонок протянул руку, чтобы вернуть его обратно. И чуть ли не обжегся — настолько он был горячий. Нет, он всегда был горячий, но сейчас казалось, что еще немного — и он загорится.

— Билли, что такое? — Макс открыл глаза, силясь рассмотреть его в полумраке комнаты.

Билл тяжело дышал, словно только что пробежал десять миль, ожесточённо растирал виски и как будто вовсе не слышал. Пришлось окликнуть его снова, и только тогда он хрипло отозвался:

— Дышать нечем… — и тут же, надсадно кашлянув, поднялся с постели. — Душно. Пойду проветрюсь, я… я ненадолго.

Он наспех оделся и вышел из комнаты, и только тогда до ещё толком не проснувшегося Макса дошло — что-то с мальчишкой здорово не так. Сон тут же как рукой сняло.

Он набросил на плечи халат, зачем-то сунул в карман амулет связи. Хотя почему «зачем-то»? Клятый волшебный эльф ведь уверил его, что с Билли всё будет в порядке. А его состояние сейчас таковым уж точно не назвать. Макс даже сжал в руке кристалл, собираясь будить Мэйра прямо сейчас и требовать, чтобы живо тащил сюда свою целительскую задницу; но передумал, решив для начала догнать Билла.

Не зря решил. Он всего-то сделал пару шагов к лестнице, как вдруг услышал звук, будто о ступеньку споткнулись, а затем тишину дома разорвал звук падения и сдавленный вскрик.

— Билли! — десяток ступенек вниз Макс преодолел в считанные секунды, сам чуть не свалился и упал на колени перед ним, лежащим на ковре и корчащимся в судорогах. — Билли, детка, эй, посмотри на меня!

Из самого Макса целитель был так себе, но кое-что он всё же мог. Заставив себя собраться с мыслями, он наспех сплел диагностирующее заклинание. Сломать себе Билли ничего не сломал, но боль испытывал такую, что лучше бы ему прямо сейчас потерять сознание. Или нет?..

С ним что-то происходит. Что-то страшное, жуткое и опасное, и объяснения этому Макс не знал.

— Больно, — кое-как выдавил Билл, всхлипывая и прижимая к горлу трясущуюся ладонь; короткие ногти заскребли по шее и ключицам, до крови раздирая кожу. Пришлось схватить его запястья и удержать силком. — Больно, Макс, я… я…

— Что, Билли? — его и самого уже колотило немногим меньше, и вместе с тем ужас — эмоция, как-то совсем несвойственная коммандерам-некромантам, — буквально сковывал по рукам и ногам. — Что с тобой такое, ради всех богов?..

Билл, кажется, хотел ответить. Но не смог — тело его выгнулось в судороге, с губ сорвался болезненный стон. Жутко захрустели кости и суставы. Максу, каких-то пару минут назад мнившему себя привычным ко всякому дерьму, стало страшно до дурноты. Не столько от душераздирающего зрелища и кошмарных звуков, сколько от непонимания — как помочь Билли, как избавить его от зверской боли?.. Страшно, боги, как никогда в жизни. Никогда ещё такого не было — даже на кишащих нежитью улицах Иленгарда; даже в вязкой паутине кошмаров, лишающих рассудка; даже в лапах у тех ублюдков-оборотней…

Билли сморгнул слёзы, уставился в потолок; глаза его широко распахнулись, уже не тёмно-серые, но тёмно-жёлтые, прозрачные, как янтарь. Нелюдские. Звериные.

Картинка наконец-то сложилась, только вот легче не стало.

Желание тут же отдернуть руки Макс погасил быстро. Оно неуместно сейчас, да и это всё ещё Билли, его Билли, которому больно, который в двадцать шесть вздумал перекинуться…