Игорь подумал, что там он наверняка сожжёт этот матрас, и попытался представить, какое будет пламя. Ненадолго задумался, сможет ли кто-нибудь заметить дым, но быстро забыл об этом. Игорь не привык полагаться на случай.

Когда Валера вернулся, за его дверью была уже ночь. Он молча прошёлся по камерам, распихал под двери воду и протеиновые батончики. Дал всем двойную порцию, видимо, из остатков пайка Арика.

Игорь сидел на своём грязном матрасе и смаковал шоколадную глазурь. Он был спокоен. Знал, что сегодня «злобный доктор» никого не тронет. Но вот завтра могло стать тем самым долгожданным днём.

Игорь представил, как оставит в этой камере Валеру с размозжённой башкой, как угонит его машину, поест досыта и выкурит сигарету. От этих мыслей у него защекотало внизу живота. Игорь открыл и осушил одну из двух бутылок. Скоро это должно было случиться. Его план обязательно должен сработать. Раздумья стали утомлять Игоря. Спустя несколько минут он грохнулся на матрас и уснул.

Игорь ещё в пять с половиной лет осознал, что чувствует всё не так, как другие люди. Впервые это случилось в тот день, когда отец рассказал ему про решение развестись с мамой. Отцу было трудно говорить серьёзно с пятилетним ребёнком. Он усадил Игоря на диван рядом. Положил руку ему на плечо и стал объяснять.

– Так бывает… Люди по молодости влюбляются и живут счастливо. А потом они взрослеют и становятся другими людьми. В них ничего не остаётся от тех, кем они были. И эти новые двое получают в наследство от тех прошлых двоих свой брак. У мамы и папы больше нет ничего общего, – говорил отец.

Игорь тогда мало что понял из этих слов.

– Мама больше не будет жить с нами, – подвёл черту отец. В его лице, в его тоне голоса угадывалось, что он ждёт от сына какой-то реакции. Игорь понял, что в этот момент должен что-то почувствовать. Грусть? Обиду? Потерю? Он ничего не ощущал. Мать уже тогда редко появлялась дома, и Игорь успел от неё отвыкнуть. К тому же он никогда не был к ней особо привязан.

Однако в детском мозгу Игоря возникла догадка: что-то с ним не так. Что-то не так с его чувствами! И ему стало интересно, чем он отличается от взрослых и от других детей.

Чуть позднее отец привёл домой молодую тётю. Он весь сиял и с гордостью представил её Игорю. Она была красивая. Даже ребёнком Игорь понимал, что она красивая. У отца на её фоне сразу становились заметны залысины и прорисовывался второй подбородок.

Молодая тётя поцеловала Игоря в щеку, её светлые локоны пощекотали его шею, и он улыбнулся. Игорю нравилось, когда люди к нему добры.

Но однажды белокурая красавица к нему изменилась. Это произошло, когда она, решив сделать небольшую уборку, опрокинула настольную лампу. Игорь услышал, как тётя вскрикнула: «Ой!». Он прибежал в папин кабинет. На полу валялась лампа. Абажур из разноцветного стекла был разбит. Тётя встревожено смотрела на Игоря. Должно быть, ждала, что он скажет, насколько это серьёзная потеря.

Но вместо этого Игорь сказал: «Папа тебя убьёт!» и залился смехом. Он представил, как отец покраснеет от гнева, когда вернётся домой. Игорю было весело от мысли, что красивую тетю накажут.

«Тебе будет очень тяжело в жизни, если ты будешь таким жестоким», – сказала тётя, изо всех сил сдерживая раздражение. И было понятно, что в глубине души она радовалась, что Игорь не неё ребёнок. Такие у неё были глаза. Не как у мамы, которая вечно обо всём сожалела… Та женщина была первой, кто назвал Игоря жестоким. Он впервые получил упрёк за то, что было его сутью.

Отец не стал ругать свою новую подругу. Он сказал: «Бог с этой лампой» и поинтересовался, не порезалась ли она. Отец проявил милосердие и заботу. Он был лучше своего сына. Он не был жестоким.

Когда Игорь пошёл в школу, то узнал много других детей. Среди них были и те, кто любили поиздеваться над другими. Игорь легко вписался в их компанию. Серёга и Лёха, два хулигана, стали первыми друзьями Игоря. Их родители не приезжали за ними на дорогих машинах, но в компании этих мальчишек ему было намного интереснее, чем среди тех, кто был зациклен на том, сколько получают их мамы и папы.

Вместе с Серёгой и Лёхой Игорь задирал одноклассников. Это было очень весело!.. До того дня, когда толстяк Пашка пришёл в солнцезащитных очках. Он думал, что они придают ему крутости, и ходил с лицом короля мира.

В школьном дворе Серёга дал Пашке локтем в живот, сорвал с него очки и отбежал подальше. Паша кричал «Отдай! Отдай быстро!». А Серёга передал очки Лёхе. Они играли с Пашкой «в собачку». Потом очки достались Игорю. И он побежал с ними за школу. Серёга и Лёха побежали следом, задыхаясь от смеха. А Пашка не мог их догнать. Такой он был толстяк.

Игорь остановился у спортивного городка. Его друзья уставились на него, заинтригованные тем, что он задумал. И тут Игорь бросил очки на землю и раздавил их ботинком. Серёга и Лёха разом побледнели. Им было уже не смешно.

– Ты чего наделал, идиот? – заорал Серёга.

Игорь не верил своим ушам. Он был уверен, что это повеселит друзей, а они его осудили. Потом ещё оба пошли к Пашке говорить, что это Игорь сломал его очки. Пашка плакал. Серёга спросил, хочет ли он, чтобы Игорь получил в живот. Пашка не хотел. Но Серёга подошёл и толкнул Игоря на землю. А Лёха больно пнул его ногой в бок и сказал:

– Это тебе за очки!

Будто бы они сами ничего Пашке не сделали! Будто не они это начали! Но как бы там ни было: даже для этих двоих Игорь оказался слишком жестоким.

Как и говорила папина подруга, которая не слишком долго прожила в их доме, быть жестоким оказалось очень трудно. Но ещё труднее было держать себя в узде.

Игорь не был самым сильным и всегда мог получить по шее за свои выходки. Он честно пытался понять других людей. Какие чувства они испытывают, привязываясь друг к другу? Даже мечтал стать таким, как все. Не жестоким! Но настало время, когда про старания можно было забыть.

В четырнадцать лет Игорь вытянулся в росте, стал шире в плечах. Он уже не был самым щуплым. Да и другие дети стали меняться. Теперь нежелание действовать по правилам было признаком крутизны. Огрызания на взрослых заслуживали уважения.

Изгоев и слабаков никто не жалел. Такой расклад Игорю нравился, хотя он боялся однажды зарваться и перегнуть палку. Теперь он понимал, что у каждого есть свой предел. У каждого, кроме него…

В классе Игоря учился тихий мальчишка Саша. Очень застенчивый. Тем он и заслужил внимание Игоря. Сначала Игорь докучал Сашке сальными шуточками. Мальчишка был крупнее его, но на всякое оскорбление отвечал словами «Ага, конечно» и «Отстань от меня». Одноклассников это веселило. Игорь стал зачинщиком всеобщей травли.

Как он оправдывал своё поведение? Тряпка. Заслужил. Сам позволил! Нужны ли были другие объяснения?

Дошло до того, что Игорь однажды подкрался к Сашке в школьном парке после уроков, заломил ему руки за спину и скомандовал одноклассникам «Обхаркайте сопляка!». И полкласса обхаркали Сашку. Даже две девочки сделали это. А потом и сам Игорь повалил его на землю и плюнул ему в лицо.

Игорь был рад, что все были как он, а не он был как все. Но после этого случая ему должно было прилететь от взрослых. Игорь всегда получал, когда что-то вытворял, а уж после такого ожидал тройную отдачу.

Прошёл день, прошло два. Прошла неделя. Ничего. Сашка никому ничего не сказал. Игорь понял, что его одноклассник скорее будет терпеть унижения, чем пожалуется взрослым. Это было замечательно! Только Игорь не знал, что иногда расплата терпелива.

Два месяца летних каникул Сашка провёл в каком-то лагере, где дети носили камуфляж и банданы. У них были наставники, которые водили их по лесам и в горы. Детей учили прыгать в реку с обрыва. Они спали в палатках, готовили еду на огне. И сблизились друг с другом и с наставниками. Стали настоящей семьёй. Доверяли друг другу любые секреты…