той сфере, которую он может воспринять на основе своего опыта в виду

поставленной им цели.

Иначе продукт озарения для него останется непонятным, как, например, непонятно всё в этом «потустороннем» наркоманам. Но им требуется там

иное: освобождение от собственного самосознания ради вхождения в низшее

сознание, которое в своем инертном состоянии обеспечивает для них эффект

39

полного слияния со средой, эквивалентный нирване в ее понимании

буддистами, а в просторечии называемый кайфом.

Человек в своем самосознании отодвинул низшее сознание на

второстепенный план, и тем самым значительно оторвался от среды, став

субъектом в текущем времени. Иначе говоря, он понял, что находится во

временном процессе со всеми преимуществами этого понимания, но при

этом утерял былое единство со средой.

Однако низшее сознание в нем не исчезло. Значит он, в принципе, способен

временно переместить его на первый план, то есть войти в него, но без утери

высшего сознания, не забывая, кто он на самом деле, и, благодаря этому, в

определенный момент выйти из низшего сознания, точнее, сместить его

снова на второй план.

Шаманы умеют это делать без потерь: входить в низшее сознание, узнавать

требуемое, и выходить из него. Иначе говоря, шаман, как бы вернувшись в

естественное состояние низшего сознания, но, не теряя самого себя в нем, то

есть, помня о своей цели, может совпасть с окружающей его средой и

своевременно пресечь это совпадение.

Он в своем сознании способен тем самым стать не только волком или

змеей, но и бураном, ледоходом, соседним вулканом, а поскольку он не

теряет в эти моменты своего высшего сознания в виде поставленной цели

или решения определенной задачи, то он может задать в новом обличье

подготовленный вопрос и увидеть или почувствовать ответ, но понять ответ

он сможет только при соответствующей подготовке, то есть при адекватном

опыте, знаниях и умениях.

Иначе он эти ответы не поймет.

Поэтому знающий дело шаман соприкасается в своем озарении с

«потусторонним» только в определенных им сферах, с которыми хорошо

знаком, например, лечение некоторых болезней, предсказание погоды, поиск

мест для охоты на конкретные виды дичи, но даже не пытается

отождествлять себя с облаком для того, чтобы узнать его физическую

сущность, механизм образования молний и т. п.

Более подробно можно ознакомиться с действиями шаманов и колдунов, например, в книгах: Владимир Серкин «Хохот шамана»; Кастанеда «Колесо

времени», «Отделенная реальность».

Следует отметить, что в основе общения с домашними животными, а также

- дрессировки диких животных находится приведение в соответствие

низшего сознания человека и сознания животного для возникновения их

взаимопонимания.

Часть животных не способна на это взаимодействие (соответствие) или в

силу недостаточности собственного интеллекта (змеи, крокодилы) или - его

несоответствия основным позициям низшего сознания человека.

В частности, не поддается дрессировке большая часть семейства кошачьих, которые в свое время охотились на прародителей людей.

40

Естественно, они не желают признавать человека за вожака, но могут

сосуществовать с ним для собственной выгоды (выживания), тогда как

собаки всегда находят взаимопонимание с людьми, поскольку они сотни

тысяч лет были помощниками человека в охоте, развили свой интеллект в

общении с ним, и признают сознание человека первичным для себя.

Как мы показали выше, голографическая основа человека вкупе с его

возможностью ставить цели и осознанно стремиться к ним, преодолевая за

счет своей сообразительности различные препятствия, позволяет ему не

только входить в состояние животного, но и сливаться своем сознании с

облаком, озером, рощей и т.д. Умеющий делать это шаман оказывается

способным почувствовать, когда он-облако прольется дождем, и потом

рассказать об этом соплеменникам.

Однако, кроме шаманов, довольно часто среди людей встречаются

подобные им по качествам субъекты: они, не зная того, способны в той или

иной мере на озарение без специальной подготовки, называя приход

озарения вдохновением, или творческим подъемом потому, что тогда у них

всё получается, все задачи решаются непостижимым образом.

Эта способность в действии наукой квалифицируются как интуиция, хотя, естественно, понять истинный механизм данного озарения наука не

способна, поскольку опирается на иные принципы познания.

Для науки было