После того, как Донна ушла на кухню, Карнетт осталась наедине с собой и своими мыслями.

========== Книга I. Усадьба вдовы Роуз. Глава 5. ==========

Занимался вечер. Время приближалось к семи. На город опускались сумерки. Улицы кипели жизнью.

Молодой человек в коротком чёрном пальто торопился на встречу. Он шёл быстрым шагом по улице, минуя прохожих. Добравшись до назначенного места, он остановился, сверился с маленькой визиткой, которую достал из кармана, перевёл дыхание и вошёл в здание.

Полы в вестибюле блестели, словно их только что натерли, и отбрасывали блики на стены, обшитые деревянными панелями и металлическими рейками. Высокие потолки и большие окна-витражи создавали ощущение простора. Дамир приблизился к информационной стойке. Приветливая женщина улыбнулась и вежливо осведомилась:

— Добрый вечер, месье. Вам назначено?

— Я? Мне, — растерянно оглядываясь, заговорил Дамир. — Вот, — он протянул ей визитку, на которой было написано «Психотерапевт Нико Жалье».

— О, вы к месье Жалье, это на седьмом этаже, кабинет четырнадцать, — девушка подарила ему ещё одну приветливую улыбку.

— Спасибо, — кивнул Дамир и направился к лифту. Нажав на кнопку вызова, Дамир ждал несколько секунд, пока откроются блестящие металлические двери. Стоя в кабине, Дамир посмотрел на себя в зеркало и вздохнул. Ему совсем не хотелось встречаться с каким-то стариком, который будет учить его жизни…

Через несколько минут он стоял у дверей кабинета с номером четырнадцать. Дамир постучал.

— Да, да, можете войти, — произнёс на удивление молодой голос.

Дамир вошёл и, увидев психотерапевта, опешил. Перед ним стоял молодой очень высокий симпатичный парень в очках без оправы, которые придавали ему интеллигентный вид, но вовсе не делали его старше.

— Влюбились? — с улыбкой прервал мысли Дамира Жалье.

— Э, — Дамир спохватился. Он понял, что всё это время он беззастенчиво разглядывал Нико, и это не укрылось от его внимания. Жалье оказался на удивление обаятельным и, видя его улыбку, хотелось улыбнуться в ответ, но Дамир, сдержав себя, нахмурился и ответил:

— Просто я представлял психотерапевта немного… иначе, — Дамир замолчал и начал оглядываться, выбирая место, куда повесить своё пальто.

— Не вы один, и тем не менее. Вы можете звать меня Нико, — его глаза оценивающе прошлись по Дамиру, который заметил этот взгляд и занервничал. Его одолевали противоречивые чувства.

— Ложитесь, — скомандовал Нико и быстро добавил. — На кушетку.

«Как, уже? Так сразу? А где цветы, подарки?» — иронично подумал Дамир и улыбнулся собственным мыслям. Нико заметил это, но ничего не сказал, наблюдая за тем, как Дамир расположился на мягкой кушетке.

— Рассказывайте, юноша, с чем пожаловали? — спокойно произнёс Жалье.

Дамир повернул голову в его сторону, но почувствовал, что говорить вряд ли сможет. В горле пересохло, все его мышцы напряглись.

«Уж лучше бы это был классический старичок», — вдруг подумал Дамир. Нико взял со стола маленький пульт и включил спокойную музыку.

— Расслабьтесь полностью и сосредоточьтесь на том, что вас беспокоит, — не меняя тона, сказал Нико.

Дамир решил не пасовать и начал говорить:

— В общем… Я здесь потому, что моя мать считает меня психом, и что у меня с головой не в порядке. Вот и посоветовала сходить к вам, вы ведь в этом разбираетесь, верно? — голос Дамира звучал достаточно скептически. Закончив фразу, он отвёл глаза и начал рассматривать помещение.

В полумраке комнаты Дамир разглядел, что на столе, за которым сидел Нико, не было ничего, кроме нескольких рамок. Справа стоял шкаф с книгами, на стене висело несколько картин и дипломов. В общем, эта комната не была ничем особо примечательна.

— Ясно, — Нико сделал пометки у себя на планшете и вынул какие-то карточки из кармана. Он встал из-за стола и сел на кушетку к Дамиру, от чего тот почувствовал себя неловко. Атмосфера стала какой-то слишком интимной. Сердце Дамира заколотилось, но он пытался не подавать вида, что волнуется.

— Сейчас я вам буду показывать изображения, а вы мне скажете, что на них видите, — сказал Нико, пристально глядя в глаза Дамиру. Он вынул первую карточку, которая на первый взгляд показалась Дамиру обычным чернильным пятном, оставленным кем-то по неосторожности.

— Сердце, — неуверенно начал он. — С одним крылом…. Парня вижу… старуха с косой.

— Так, мне с вами всё понятно, — широко улыбнулся Нико, но Дамир не понял, почему. Он думал над старухой с косой, что она наклонилась над кем-то, будто в ожидании.

— А лично вас ничего не беспокоит? — Нико продолжал смотреть на него, сидя на кушетке. Дамир сглотнул и с трудом взглянул на своего собеседника.

— Меня?

— Да, вас.

Нико ждал, на его лице не было никакого напряжения, он был абсолютно спокоен, но Дамира подобная близость почему-то заставляла нервничать, это ощущение было ему неприятно. Он коротко вдохнул через нос, немного подтянулся, сев ровнее, скрестил руки на груди и облизнул губы.

— Я, наверное, не очень-то располагаю вас к общению, месье Дезо, — Нико, наблюдавший за ним, широко улыбнулся. — Вы меня боитесь?

— Что? — голос Дамира дрогнул. — Вовсе нет!

— А по-моему, вы очень нервничаете, — настаивал Нико и придвинулся ближе. Дамир сжался внутри и снова облизал губы.

— Послушайте, — не выдержал он. Отодвигаться ему было уже некуда. Сердце билось гораздо чаще, и от этого было сложно дышать. Дамиру даже показалось, что в комнате душно. — Я думал, что вы… ну… поставите диагноз, назначите… эти… рекомендации или что-то в этом роде!

— Если вас ничего не беспокоит, то я ничего не могу вам назначить! — Нико наигранно всплеснул руками. — Вас действительно ничего не беспокоит?

— Нет! — резко ответил Дамир.

— Хорошо, — Нико встал с места. Дамир вздохнул с облегчением. Но ему было трудно прийти в себя, эмоции бушевали. Пока Нико что-то записывал, сидя за столом, Дамир незаметно рассматривал его. Он поймал себя на мысли, что находит его симпатичным, и тут же вспомнил слова Анны о том, что его взгляд на мужчин отличается от взгляда на женщин. Он немного напрягся, понимая, что Нико тоже мог это заметить. Если всё это дойдёт до Карнетт…

— Послушайте, я… вы ведь собираетесь всё это показать моей матери…

— Я не стану писать о том, что вы — гей, не переживайте, — просто ответил Нико, на секунду подняв глаза и улыбнувшись. Дамир застыл с выражением изумления на лице.

— Вы… Как? — только и смог выдавить из себя Дамир.

— Если я в очках — это не значит, что я слеп, — снова улыбнулся Нико.

— У меня что, это на лбу написано?! — Дамир почувствовал, что выходит из себя. У него было такое ощущение, что в его мир нагло вторгаются безо всякого на то разрешения, и из его тайны делают предмет забав и насмешек или то, на чём можно поупражняться, доказывая свою всеобщую осведомлённость.

— Нет, нет, месье Дезо, — Нико поспешил его успокоить. — Вовсе нет. Если вам некомфортно говорить об этом, то не нужно. По крайней мере, пока.

Дамир немного успокоился. Нико продолжал:

— То, что вы чувствуете — естественно. Но если вы испытываете неприятные переживания, то нет смысла держать это в себе, тем более, если у вас есть с кем поговорить об этом.

— Вы намекаете на “coming out” ? — прямо спросил Дамир. Нико ответил не сразу, изучая его лицо.

— Значит, всё-таки вас беспокоит…

— Послушайте, я… не думаю, что… должен кого-то посвящать в свою личную жизнь, — Дамир с трудом подбирал слова, он чувствовал сильное смущение. Никогда и ни с кем он об этом не говорил, да и сам не знал, хотел ли.

— Мы говорим о вас, а не о других людях.

— Я знаю, кто я есть! — Дамир снова почувствовал волнение.

— И вы волнуетесь из-за этого?

— Нет, — тихо ответил Дамир, опустив голову. — Я не знаю…

Нико встал и подошёл к нему, он положил руку ему на плечо и с силой сжал. Почувствовав его прикосновение Дамир почему-то напрягся, хотя внутри не испытывал сильных негативных чувств. Это вызывало волнение, но его природу было трудно определить.