Яркие воспоминания о счастливых моментах навеяли грусть, а затем и злость.

Я не для того из Арена на поверхность рвалась, чтобы здесь и сейчас сидеть в каменном мешке, ощущать себя позабытой-позаброшенной и промерзать до костей без одежды и обуви. Лечебный корсет и панталоны не в счет — чтобы не сковывать движений, они сделаны из тонкой материи, а ночная сорочка так и вовсе холодит. Я поежилась, обняла себя руками и решила, что, выбравшись отсюда, буду мстить всей недальновидной шайке. Барону Нигье, главнокомандующему Соро, принцу Оррану, принцу Даргу и советнику Воллю заодно. Уж он-то, не вояка, а опытный логик, мог предугадать подобный исход!

И словно в ответ на мой упрек стена справа с шорохом съежилась, пошла волной и разошлась, пропуская Королевского Блика в мой каменный мешок.

— Наконец-то я нашел вас! Лилли, вы целы?

— Во-в-олль?

Кажется, я настолько замерзла, что обледенели даже мои слова. Советник оглядел меня с ног до головы и начал раздеваться. Не сказать, что я не обрадовалась его появлению, но уж очень удивило его поведение. У меня началась горячка или реальность объяснима?

— А мы разве отсюда не уйдем? — спросила с тревогой. На мои плечи перекочевал мужской халат, а на ноги — большеразмерные теплые тапочки.

— Нет. — Он запахнул на мне халат, завязал пояс и взялся за растирание моих плеч и спины. — Сейчас Соро и принц Дарг бьются с Палачом, в очередной раз отыгрывая вас у плахи. Нигье занят Орраном и его рукой, Даниэль успокаивает зомби.

Постепенно отогреваясь, я вернула себе дар речи и приподнятое настроение. То есть меня не бросили, и план удался. Ну, хоть что-то хорошее.

— А Зорге все еще зол или расстроился из-за любимой лопаты?

— Он сожалеет, что вас закрыли вместо него, — ответил Волль. Я тоже сожалею, до озноба. — Вдобавок принц покоробил его веру в то, что пятый сын короля мерзавец, подлец и бесчестный негодяй. Ведь падая на лестнице, принц Орран страховал вашу голову, Лилли, поэтому и сломал руку. — Советник улыбнулся, почти прижимая меня к себе. — И теперь благородный зомби рвется в бюро Тайных знаний, чтобы принести извинения и присягнуть на верность.

Красиво звучит, но смущает одно:

— Э-э-э, а то, что принц снял с него белье, Зорге еще не заметил?

— Орран и это успел? — Волль удивленно отступил, покачал головой. — Узнаю племянника. Что ж, в таком случае с минуты на минуту сюда прибудет Даниэль, и мы сможем вместо вас оставить зомби.

Глава 11

Моей казни не случилось.

Разборки с советником Аффо, что неустанно подтверждает свое прозвище Палач, затянулись до обеда. Все это время смущенный Зорге просидел в камере, а я продрожала в жарко натопленной комнате под пуховым одеялом и наблюдением беса. Отличный у главнокомандующего врач, только щепетильный немножко. Когда я сказала, что простуженность можно вытравить ядом гомфуса чешуйчатого, он диагностировал горячечный бред и прописал лимонно-имбирный чай в пропорции один к одному. Гадость редкая, действенная, но не скоростная. Поэтому на первый тур слета я прибыла с опозданием, слезящимися глазами, распухшим носом и хрипящим горлом. Спасибо Соро, под его иллюзией ничего этого видно не было.

— Вы все-таки прибыли, пятнадцатая г… герцогиня, — совсем не радостно поприветствовала меня блюстительница нравов. Ее треснувшее пенсне заменяли очки в тонкой оправе. Они не были ограничивающим хамство артефактом, поэтому леди N тщательно подбирала каждое слово и делала долгие паузы. — Мы премного удивлены вашим освобождением и прибытием на слет. Возможно, вы и… фаворитка, но нападать на… Его Высочество не имели права. За такое нужно казнить без промедлений.

— Неужели? — Я подавила накативший чих и незаметно вытерла нос. Добрый феникс-портной, прослышав о моей беде, аккуратно вшил несколько платков в рукава платья. — А если мы всего лишь немного увлеклись?

— Чем увлеклись? Падением с лестницы, нанесением увечий?! — возопила она, готовая перечислить ранения принца, но осеклась, услышав:

— Игрой «Кто с кого быстрее снимет белье». К слову, я проиграла, принц Орран оказался опытнее.

Меня смерили презрительным взглядом. И, судя по взгляду, с языка леди N рвалось нечто мало похожее на соболезнования. Она молчала, молчала и я, новый дворецкий в лице лича Даниэля широко улыбался. Он же и напомнил, что до конца тура осталось менее часа.

— Но прежде хотелось бы знать, в чем заключается тур? — заметила я.

— В проведении успешных переговоров. — Леди N резко развернулась, задев меня юбкой и чуть не дав Даниэлю по лицу париком. Небрежным взмахом руки она предложила следовать за собой. — Вам предоставляются отдельная комната и пара переговорщиков. Вникнув в доводы каждого, вы должны привести их к компромиссу. Заключенный между сторонами письменный договор станет вашим пропуском во второй тур.

Вроде бы ничего сложного. Во всяком случае, следуя за матроной по коридору, в который прозрачными дверьми выходили так называемые комнаты для переговоров, я наблюдала идиллическую картину. Первой герцогине достались знакомые мне министры, причем друзья. К общему консенсусу они уже пришли, поэтому играли в карты. Второй тоже повезло. За столом ее переговоров сидели небезызвестные производитель дурмянных колбасок и владелец сети булочных. Уверена, в скором времени этот тандем представит миру свое общее творение. У трегьей участницы слета пара дипломатов обсуждали что-то, рисуя на карте. Четвертая следила за шуточной дуэлью двух магинь. Видимо, не все пункты договора они смогли решить без спора. Пятой герцогини в комнате не было, зато там имелась страстно целующаяся пара, и в том, что они достигли компромисса, можно было не сомневаться.

Собственно, посмотрев на успех остальных участниц, я уверовала в удачу и, уже не осматриваясь по сторонам, смело шла вперед. Я не придала значения тому, что леди N дважды обернулась, чтобы с ехидным предвкушением глянуть на меня. Также я не придала значения шуму, что усиливался по мере приближения к нужной двери. Зато меня удивили встретившаяся по пути тринадцатая в обсыпанном пеплом платье и четырнадцатая, что прижимала к груди разорванную книгу.

— Что случилось? — спросила я у последней. Расстроенная до слез, она не смогла ответить, только помотала головой. — Бедный ребенок. Даниэль, присмотри за ней, — обратилась я к личу, но была остановлена суровым тоном матроны.

— Не стоит. Леди не справилась с заданием. Теперь за переговоры возьметесь вы.

— В смысле?

— Все очень просто. Ввиду вашего отсутствия я вычеркнула из списков пятнадцатую пару переговорщиков. Но вы вернулись, и время идет, поэтому к вам переходит четырнадцатая группа.

— Но они совсем не готовы к переговорам, — прошептала четырнадцатая.

— Не стоит беспокоиться, дама из фавора должна быть готова ко всему.

— Даже к побоям? — изумилась малышка, и голос ее окреп. — Вальдемина Найрис, простите, но переговорщики не желают слышать никого. И, надо сказать, они встретились не для разговоров. То есть там уже драка.

— Именно так, — с садистским удовольствием пропела леди N и указала на дверь, которую тотчас попытался разбить запущенный с силой чайный столик. По прозрачной преграде тихо расползлась внушительная трещина. И глядя на нее, я совсем не хотела услышать: «Пятнадцатая, ваш выход!» и последовавшее за этим восклицание четырнадцатой: «Я с ней».

— Вы нарушаете правила, — воскликнула матрона.

— Вы тоже, — ответила ей маленькая книгочей, вручила свое сокровище Даниэлю и шагнула за мной.

— Вы будете дисквалифицированы!

— Это бессмысленно, я уже провалилась, — ответила девушка и закрыла за нами дверь.