— Так в чем дело, Генрих? Что тебя тут держит? Ведь это совсем не та Германия, которую мы покинули два с небольшим года назад. Пошли к нам!

— Не все так просто, Карл. Здесь у меня жена и сын. Я не могу их бросить.

— А зачем бросать? Бери семью, и быстрее к нам на борт. Там вас никто не тронет. Ты понимаешь, что если действительно вышли на твой след, то уже не отстанут? И семью твою не пощадят. А могут и в заложники взять, лишь бы тебя выманить. Наслушался я тут историй от русских. И сам много чего прочел. Просто жуть берет, до чего докатилась Европа в 2012 году.

— А нужен ли я русским?

— Не говори глупостей. Мы все — и русские, и команда "Карлсруэ", чужие в этом мире. И если хотим выжить, то должны держаться вместе. Ты думаешь, я просто так пришел? Командующий экспедицией коммодор Филатов велел передать, что никаких преследований вас пятерых за прошлые дела не будет. Он ведь еще не знал, что Варнеке и Фрезе погибли. Мой пример для тебя ничего не значит? Не думаешь же ты, что меня специально послали в Гамбург ради того, чтобы ты увидел меня на палубе, и согласился на встречу? Мы даже не знали, что вы находитесь в Гамбурге.

— Хм-м… Возразить трудно… Но что я буду делать у русских?

— Ты — кадровый офицер флота. Можешь продолжить службу, если хочешь. Флот русские собираются увеличивать, и знающие люди им понадобятся. То, что ты видел, это первые ласточки. Планируется открытие регулярной трансатлантической линии между Европой и Америкой. А для этого, помимо грузовых судов, понадобятся также крейсерские эскадры. Англии в этом мире не видать титула Владычицы морей. Ты видел мой "Дмитрий Донской". Это паровой броненосный фрегат собственной постройки, по своему техническому уровню близкий к кораблям конца XIX века, а кое в чем даже превосходящий их. Ты можешь себе представить что-либо подобное в Европе сегодня? И это всего лишь за четыре года с момента попадания "Тезея" в это время! Не хочешь служить на кораблях — можешь заняться конструкторской деятельностью в области флота, как Ауст и фон Альтхаус. Или займись цеппелинами вместе с Байсселем. Служба по твоему профилю найдется. В конце концов, ты будешь спокойно жить, не шарахаясь от любой тени, и не опасаясь за свою семью.

— Убедил. Хорошо, предупрежу жену, и через пару дней мы будем на борту.

— Не затягивал бы ты с переездом. Через пару дней может быть поздно. Жена, кстати, знает, кто ты есть?

— Нет. Никто не знает.

— Вот и не говори раньше времени. А то неизвестно, как она отреагирует…

Когда обговорили все вопросы, и настало время прощаться, Ейнринг отказался от предложения зайти в гости, так как надо было возвращаться на корабль. Направляясь в сторону городской набережной, где стоял "Дмитрий Донской", он с чувством ностальгии смотрел по сторонам, узнавал, и одновременно не узнавал свой родной город. Здесь многое было иным. Его окружал совсем не тот Гамбург, который он покинул в 1914 году.

Неожиданно сзади послышалась какая-то возня, глухие удары и сдавленные крики. Ейнринг с удивлением обернулся. Он знал, что его охраняют, но охрана держала дистанцию и не вмешивалась. Очевидно, что-то пошло не так. В свете фонарей он увидел три придавленных к булыжникам мостовой тела, которых умело "упаковывала" компания "оболтусов", пировавших до этого в "Ягере". Командовавший ими Тунгус, одетый, как добропорядочный гамбургский бюргер, лишь контролировал процесс, успокоив своего подопечного.

— Все в порядке, Карл Францевич, это всего лишь попытка похищения. Никто Вас убивать не собирался. Наших оппонентов очень интересует, с кем это встречался, и о чем говорил интересующий их фигурант.

— Но ведь они могут и на Энссена напасть!!!

— Обязательно нападут. Но не здесь, а ближе к его дому. Не волнуйтесь, мы контролируем ситуацию, и Энссену ничего не грозит. Он нужен нашим оппонентам живой и здоровый.

— Но кто это?!

— Подождите, скоро все узнаем…

Неожиданно Тунгуса отвлекли. Очевидно, пришел доклад по радио. Уточнив кое-что, он повернулся к Ейнрингу.

— Вот и на Вашего друга напали. Не волнуйтесь, с ним все в порядке. Но придется ему вместе с семьей перебираться к нам как можно скорее. Не нравится мне это.

— А этих куда девать?

— С собой прихватим, и в спокойной обстановке побеседуем..

Группа "убивцев" Тунгуса подхватила под руки троих горе-похитителей, и изображая подвыпившую компанию, отправилась в сторону набережной. Со стороны это не вызывало никаких подозрений. Те, кто еще держится на ногах, помогают своим слегка перебравшим приятелям. Даже если кто и видел начало инцидента, то принял это за обыкновенный грабеж, что на ночных улицах городов Европы такое же привычное явление, как восход и заход Солнца. А потому, никого не удивляет. И если не хочешь влипнуть в неприятности, то и не вмешивайся.

Флинт с интересом ждал, чем же закончится встреча в "Ягере", но не предполагал, что события начнут развиваться с такой быстротой. И когда группа, прикрывающая Ейнринга, вернулась с "трофеями", очень удивился. Рассказ старшего офицера о встрече со своим прежним сослуживцем больше добавил неясностей, чем прояснил ситуацию, поэтому, разрешив Ейнрингу отдыхать, Флинт отправился к Тунгусу, который по горячим следам допрашивал пленных. Впрочем, улов оказался невелик, и Тунгус не скрывал досады.

— Дела хреновые, герр коммодор. Против нас работают агенты Папы Римского. Те, что попались, всего лишь рядовые исполнители, которые толком ничего не знают. Они получили приказ выкрасть лавочника Генриха Остермана — под таким именем проживает здесь лейтенант Энссен, причем обязательно целым и невредимым. Прошлая попытка сорвалась — Энссен перестрелял похитителей, чего никто не ожидал от тихого и законопослушного горожанина, поэтому сегодня для проведения операции выделили более серьезные силы. Его вели, и вышли на "Ягер". Ейнринга решили прихватить просто ради интереса, чтобы выяснить степень его участия в этом деле. А поскольку его всерьез никто не воспринимал, выделили для этой цели всего лишь трех человек. Основной же состав группы захвата ушел за Энссеном. Стоит за всем этим итальянец Винченцо Бьянкери — доверенное лицо самого Папы Климента Десятого. Какие именно приказы он получил от Папы, эти шестерки не знают. Не их уровень.

— Может быть те, кто пошел за Энссеном, знают?

— Вряд ли. Там такие же "рядовые", которым лишнего знать не положено. Может быть знает что-то "сержант", непосредственно руководящий операцией, но только если он жив остался. Там не все прошло гладко, нашим пришлось пустить в ход оружие. Сам Бьянкери, как правило, на дело не ходит, а лишь контролирует со стороны. И очень может быть, что он сейчас все видел, и теперь заляжет на дно.

— Хреново, мон колонель… Где теперь искать Келлера и Шмарца, неизвестно.

— Еще более хреново, чем ты думаешь, герр коммодор. Эти шестерки все же поведали кое-что интересное. Пару месяцев назад они провернули еще одно дело — помогли бежать из городского дворца в Потсдаме какому-то знатному немцу, находившемуся там фактически на положении ценного пленника. Согласись, факт сам по себе очень интересный и подозрительный. С чего бы Папе туда лезть? Но, когда я выложил пару десятков фотографий, где были также фото Келлера и Шмарца, все опознали Келлера. Вот так-то, герр коммодор. Опередил нас Папа.

— Да-а… Не ожидал…. Получается, что Келлер предпочел удрать с агентами Папы в неизвестность, но только бы быть подальше от родного фатерланда?

— Получается так. Видно, с курфюрстом бранденбургским они так и не пришли к консенсусу. За два года курфюрст вытряхнул из Келлера все полезное, что тот знал, поэтому сам Келлер стал ему не нужен. Странно, что его вообще не грохнули.

— Возможно, курфюрст хотел использовать Келлера, как предмет торга с нами, когда понял, что ничего по-настоящему выдающегося, способного одним махом продвинуть его на вершину власти и прирастить свои владения, Келлер ему дать не сможет. Даже его знание грядущей истории с каждым днем обесценивалось все больше и больше, поскольку из-за наших активных действий история пошла уже по другому пути. Теперь на те же грабли наступит Папа. Келлера он получил, да вот только его знания о будущем имеют уже чисто познавательную ценность. Папа узнает, как было. Но совершенно необязательно, что теперь так будет. Как там, кстати, дела у группы прикрытия?