-И где же ваша сила теперь? -не унимался полуэльф, возможно, пытаясь отвлечься или отвлечь меня.

-Перешла к следующей Видящей рода, к дочери моего брата,- ответила леди Аристон и пояснила, поймав мой непонимающий взгляд:- Я и сама не разбираюсь в родственных связях, но привыкла считать себя тётей Мирридиэля. Он рос на моих глазах, как и его мать, так что они оба мне родные.

Мы с полуэльфом одновременно кивнули, делая вид, что всё поняли. По крайней мере, я сделала, а Лизар, может, и правда разобрался во всём.

«Герри, слушай, а почему мать Мирридиэля осталась леди Аристон?»- позвала я мысленно свой личный источник знаний.

«Потому что Видящие не переходят в род супруга, обычно даже наоборот происходит, а ребёнок наследует фамилию матери»,- с готовностью откликнулся Герхем. -«И не называй меня...»

Фразу лич так и не закончил, замер на месте и стал напряжённо дёргать ухом. То же самое делали Лизар и леди Аристон. Все трое явно к чему-то прислушивались, и я в который раз обиделась на природу за то, что она подарила мне совершенно обычный человеческий слух.

Предаться жалости к себе мне не позволили беспокойный артефакт и полуэльф, вдруг подхвативший меня на руки и побежавший вперёд. Слишком быстро, чтобы я успевала что-то разглядеть, но достаточно аккуратно, чтобы мне было комфортно сидеть на чужих руках. Вряд ли человек сумел бы нестись с такой скоростью и одновременно быть осторожным. Ещё один повод пожалеть себя любимую.

И вновь я не успела, потому как слух уловил чьи-то сдавленные рыдания и хриплый шёпот. Голос оказался знакомым, и моё тело инстинктивно приготовилось к бою. Принять стойку в моём положении было трудно, но мышцы сжались, все чувства обострились, и я была готова в любой момент соскочить с рук Лизара и отразить атаку.

Когда в ночной темноте показалась светлая макушка Паула, заклинания воздушной сети и огненного шторма как-то сами по себе слетели с языка и забегали искорками энергии по пальцам. Оставалось только произнести одно короткое слово-сигнал и приправить всё символом-катализатором. Я бы сделала это, не раздумывая, но боялась задеть в того, кто так горько плакал. Не Паул же это был, в самом деле!

-Доброй ночи,- вежливо поздоровался Лизар и опустил меня на землю. Зажёг на руке большого пушистого светляка и отправил вперёд, чтобы осветить друида.

Паул сидел к нам спиной, опустив голову, и дрожал. Мужская рука постоянно двигалась, будто Светлый гладил кого-то, но я не видела, кого именно.

-У тебя что-то случилось? -спокойно и с неподдельным участием спросил Лизар, но подходить ближе не стал- ещё помнил, как друид беспрекословно выполнял команды третьего советника.

Паул вздрогнул, будто только сейчас заметил наше присутствие, и медленно обернулся. Бледная, будто посеревшая кожа, пустой взгляд и влажные дорожки слёз на щеках. Уголки тонких губ скорбно опущены, плечи ссутулились, подбородок дрожит. Таким я видела Светлого впервые, и сердце против воли жалостливо заныло. И замерло, стоило мне увидеть, кого держал в объятиях Паул.

Маленькая девочка с немного угловатой фигурой, длинными ногами и тонкими запястьями лежала неестественно, будто сломанная кукла. В больших зелёных глазах застыл ужас, светлое платье испачкалось кровью. Ребёнок, несомненно, был мёртв, но даже сейчас будто доверчиво прижимался к своему отцу. Да, не заметить внешнего сходства девочки и Паула мог только слепой. Малышка была копией друида.

-Это из-за неё ты подчинялся Эллаэлю? -поняла я, больше утверждая, чем спрашивая.

-Он обещал оставить её в живых,- шёпотом невпопад ответил Паул и крепче прижал к груди хрупкое тельце, вновь содрогаясь от рыданий.

На глаза навернулись непрошенные слёзы, и я с трудом выговорила:

-Ты хотел бы с ней попрощаться?

Друид замер, притих и медленно поднял на меня полный надежды взгляд.

-Я не смогу её оживить, но у тебя будет шанс сказать ей всё, что хочешь,- продолжила прежде, чем осознала, что говорю.

Друид без слов поднялся, бережно прижимая дочь, и сделал два осторожных шага ко мне. Лизар попытался спрятать меня за спину, но не успел- я отпустила его руку. Идти вперёд, к тому, кто предал меня, оказалось трудно. Ещё тяжелее становилось от осознания того, что я больше не чувствую свой якорь и могу действительно сойти с ума. Остаётся лишь надеяться, что этого не произойдёт, ведь теперь я вижу перед собой живого друида, и Лизар стоит недалеко, я слышу его дыхание.

-Оставь эту затею, Наяда, мы идём спасать Мирридиэля! -громче, чем нужно было, окликнула меня леди Аристон и попыталась поймать мою руку.

-Так идите и спасайте! -прикрикнула я в ответ и, морщась от боли, сорвала с себя сопротивляющуюся змею. Артефакт с шипением упал на один из редких участков, свободных от тел, и быстро пополз к эльфийке. -Герхем, позаботься о студентах, если получится, дождись меня.

Лич бросил на меня недовольный взгляд и собрался что-то сказать, но Лизар опередил:

-Не волнуйся, я останусь с ней, иди.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы Герхем сорвался вперёд. Мощные лапы стремительно несли тело огромного кота по лесу, и леди Аристон едва поспевала за ним. Я проследила взглядом за скрывшимися в темноте фигурами и повернулась к друиду.

-Ли, можешь положить руку мне на плечо? -попросила, не оборачиваясь, и тут же почувствовала тепло мужской ладони. Стало намного спокойнее, и я смогла обратиться к друиду. -Держи её так, как сейчас, и мысленно зови. Сейчас ты увидишь зелёную нить, попытайся ухватиться за неё.

Паул кивнул, и я начала плести заклинание. Оно было простейшим, изучалось на первом курсе, но сейчас представляло опасность для меня. Если постоянное ощущение Смерти- это яд замедленного действия, то любое воздействие на мёртвую материю в нынешних условиях может послужить катализатором. Я иду на совершенно глупый риск, которого можно избежать, понимаю это, но едва ли сумею поступить иначе. Остаётся только надеяться, что Мирридиэля я увижу в здравом уме. Хотя бы ещё один раз.

Тянуться к чужой душе было страшно, но на удивление легко. Она будто сама плыла в мои руки, и даже сам воздух напитывал меня родной энергией, помогал взывать к Смерти. Я чувствовала себя сильной и упивалась своим могуществом, странная лёгкость охватила тело, и магия лилась в меня и из меня нескончаемым потоком. Он прервался, едва до моих ушей донёсся глухой шёпот:

-Девочка моя!

Я распахнула глаза, чтобы увидеть стоящего на коленях Паула и хрупкую девочку в белом платье с багровыми разводами. Сейчас малышка выглядела, словно живая, исчезла мертвенная бледность, поза стала естественнее, на щеках даже появился румянец. Девочка робко улыбнулась отцу и обхватила мужскую шею тонкими ручками.

-Не плачь, папа,- попросила Светлая и звонко чмокнула Паула в щёку.

От этого зрелища вновь хотелось плакать, и я опустила голову, пряча ото всех свои эмоции.

-У вас полчаса,- предупредила, стараясь говорить отстранённо, и тут же отправилась вперёд. Слова благодарности не слушала, прекрасно зная, что через сорок минут эта малышка попытается убить своего отца и превратится в обычного неконтролируемого зомби. Если не отвязать душу от тела раньше, от неё ничего не останется.

Лизар, чувствуя моё настроение, вновь подхватил меня на руки и побежал вперёд. Он нёсся ещё быстрее, чем в прошлый раз, но умудрялся задавать вопросы и отвлекать меня от нерадостных мыслей.

-Почему маги учатся на некромантов, хоть и знают, какой это риск?

Вопрос был вполне логичным, его я слышала довольно часто, а потому давно выучила ответ.

-У каждого свои причины, но обычно от безысходности. Быть магом престижно, даже не имея особого таланта, но с дипломом Университета Истинного Зла и подобных учреждений можно найти высокооплачиваемую работу. Универсалы обычно не отказываются от лицензии некроманта, потому что она позволяет практиковать другие виды магии. Но универсалы на факультет некромантии идут, только если провалили экзамены других специальностей. Бывают и те, кто со Смертью научился работать ещё в детстве, им она просто близка, вот и учатся. Но таких мало.