— Может, допросим старосту? Он хотя бы без кляпа, так что в слюнях не запачкаемся, - предложила я Одену. Ты ведь нам все расскажешь, уважаемый староста? Или мне попросить транспортировать тебя куда-нибудь еще?

— Игнис, не трать, пожалуйста, время. Сейчас девушки в приоритете, потому я всех убью, воскрешу и допрошу.

— Не надо убивать, — прорыдал староста. — Я сам все скажу, только уберите это чудовище!

еристом.

Незнакомец в маске куницы впервые пришел к старосте больше месяца назад. Попросился переночевать за огромные деньги. Такие большие, что староста готов был сам незнакомцу набирать ванну и тапочки приносить. А уж его условие — никому и ни при каких обстоятельствах не сообщать о появлении в поселке — соблюдал не за страх, а на совесть. Совесть, изрядно прикормленную золотом.

— Да и разве откажешь благородному магу? — староста тут же начал оправдываться. — Это же маг! Пришибет еще. Да и деньги, деньги какие! Я отродясь столько не видывал! Это ж всю жизнь можно семью и детишек кормить.

Я поморщилась: никаких детишек у старосты не было, да и вся его семья — не слишком богато одетая и дрожащая от страха женщина, которой явно не нужно было столько золота. Зачем он врет? Ладно бы мне! Кто я тут? Пришлая, как появилась, так и уйду. А Оден — господин, он все про всех, как я поняла, знает. Или хотя бы представление имеет. Однако моего мужа заинтересовала другая оговорка.

— Магу? С чего ты взял, что маг? — Оден тут же прищурился. Верно подметил: простой человек так просто не отличит, кто перед ним. Это только друг для друга мы как факелы: чем больше силы, тем ярче полыхаем. А для простых людей выглядим как обычные горожане.

— Так при нем эти, книги магические были. И браслет такой же, как вы носите, господин... Вот точь-в-точь.

Я вздрогнула. Оден носил типичный браслет некроманта, в этом не было ничего удивительного. Он помогал стабилизировать силы, служил личной печатью, средством связи, да и выполнял много какие функции. Маги других стихий давно облизывались на некромантские браслеты, но сами некроманты держали втайне принцип создания этих полезных вещиц. А копировать смысла не было: каждый браслет создавался индивидуально. Поэтому быть точь-в-точь таким же, как у другого он попросту не мог: центральный камень всегда подбирался индивидуально, подстраивался под магию владельца. И именно магия не давала никому перепутать, какой конкретно некромант перед человеком. Если же браслет был идентичным, то варианта было два: украли (но браслет все также был на Одене) или пытались подставить, заменив скопированной безделушкой. И подставить пытались грамотно. Будь Оден чуть менее уважаем в этих краях, то вся эта история с похищениями обернулась бы иначе. Я глянула на супруга: тот хмурился. Видимо, хорошенько представил себе вырисовывающиеся перспективы.

Одно дело, когда мы тайком убирали аристократов, которые были сродни опухоли для нашего королевства, или когда воевали, умертвляя целые армии. А вот похищение подданных, которое породило бы слухи среди народа, заставило бы простой люд взбунтоваться и...

И во что это бы вылилось — страшно представить. В лучшем случае, король бы это дело замял, предоставив толпе козла отпущения. Но, зная нашего короля, он бы и огоньку подлил в костер полыхающей ненависти.

Староста, между тем, продолжал рассказывать. Этот маг заходил не единожды, все время давая большие деньги и оставаясь ночевать. А потом стал вызнавать по поводу других магов. Слово за слово, староста и сам не понял, как согласился принять огромные откупные, чтобы пару девушек, обладающих магией, похитили. Даже не так. Он согласился помочь с похищением.

— Как выглядел человек? Как часто появлялся? Куда забрал девушек? — я засыпала этого чертового борова без капли совести градом вопросов, не постеснявшись добавить сверху угрозы: — Предлагаю ответить побыстрее, иначе...

— Иначе?.. — жалобно проскулил староста.

— Иначе я буду сжигать тебя очень медленно, не давая умереть. Ну!

— Да не знаю я! Он денег дал, своих людей прислал, тех девушек куда-то забрали, а что дальше — не знаю я!

Я думала продолжить вопросы, но Оден помотал головой, мол, не лжет, в самом деле ничего не знает. Оден громко крикнул мужчинам:

— Староста ваш. Делайте, что хотите. Разрешаю хоть палками забить, хоть по кусочкам откромсать.

Наше настроение стало еще мрачнее, особенно, когда от бандитов мы тоже ничего не смогли добиться: они положили девушек в специальный портал. После тот исчез, не оставив и следа. Где искать, как искать? Ни я, ни Оден не обладали магией поиска. Сюда бы талантливого королевского следопыта, но, увы, все они были заняты.

— Думаю, нам придется вернуться ни с чем, — сказал Оден. Вроде бы признал свое бессилие, но вслух с поражением не смерился.

Мы расположились в доме кузнеца, который, скорее всего, станет новым старостой. А, может, и не станет — дело пока передать некому. Его сын, тот самый рыжий мальчишка, не имел ни малейшей склонности к кузнечному делу, зато любил за животиной присматривать. Нанять, что ли, Селесту конюха? Да уж, в мыслях полный раздрай, думаю о чем угодно, только не о нужном. Дело завершилось неудачей: преступника не вычислили, девушек не нашли. Оден, в отличие от меня, держался молодцом. После того, как казнил бандитов и отдал старосту жителям поселка, разрешив своей подписью самосуд, продолжил расспрашивать, выискивая хоть какие-то зацепки. Но не нашел. Да и где их искать? Все, кто хоть что-то знал, не рассказали ничего интересного. Стоп. Все?

— Оден! — Я вскочила с места, напугав всех присутствующих. — Оден, жена старосты где?!

— В доме его, где же еще?

— Оден, не дури, я изрядно подпалила дом, там невозможно находиться, там все провоняло гарью! — рявкнула я. — Зараза, а?! Она же явно либо была подельницей, либо знала что-то, что не знал никто. Смысл ей сбегать иначе? Я же там Лили оставила!

Мы вдвоем, не сговариваясь, метнулись к дому старосты. Но, конечно, никого не нашли. Если не считать костей Лили, которую я так опрометчиво попросила присмотреть за женой старосты и про которую совершенно забыла. Оден ведь говорил, что скелет боевой, что это она должна была за мной присмотреть и помочь в случае необходимости...

— Прости, Лили. — Я присела около рассыпавшихся костей моей горничной, с трудом сдерживая слезы. Хоть она и неживая, но все же была под моим присмотром.

— Ничего, не расстраивайся. — Оден положил мне руку на плечо. — Кто бы на нее не напал, он всего лишь разрушил мое магическое плетение, не повредив более глубокие слои. Я легко восстановлю ее.

— Правда?

— Правда. А теперь вставай. Маг не маг, а простудиться можешь. — Оден протянул мне руку, и я с удовольствием ухватилась за нее.

— Что дальше? — Надо было что-то решать: вызывать следопыта со столицы, обращаться к местным охранникам или разбираться самим.

— Пока ничего. Расставим охранные знаки на всех домах: они предупредят жителей о появлении мага с плохими намерениями.

— Ты что, собираешься сам поставить знаки на всех домах? — я, конечно, предполагала, что Оден силен, но не думала, что резерв у него бездонный.

Охранные знаки — это такая вещь, которую не самый слабый маг будет делать неделю, чтобы не убить резерв. А Оден рассчитывал все поставить за ночь! Да тут домов штук тридцать наберется.

— Да не на все буду ставить, только на самые большие. Поживут пока большими семьями. Вообще-то, я рассчитывал и на тебя...

— Мне проще все сжечь, чем поставить знак охраны. — Я хотела, чтобы слова прозвучали уверенно и язвительно, но в них проскользнули оправдывающиеся нотки. — Но я могу поставить сжигающий контур!

— Нам надо мага поймать, а не сжечь. — Оден скептически посмотрел на меня. — Поймать, допросить, узнать, где девушки, что он планировал сделать.

— Но лучше все же его сжечь, чем пропустить? Тем более, ты можешь поднять его и допросить! Я поставлю контур, который оставит кости целыми.