— Чё я делаю?.. — шёпотом спросил Майкл, глядя на картину.

— Что тебе это даёт? Ты любишь опасность?.. Адреналин?.. Скорость?..

— Да какая там скорость… Это ж не Формула-1.

— Тогда что?..

— Я… не знаю. Не думал, — ответил он. Там не картина была, а фотография, он наконец разглядел — полоска блестящей воды, а вдоль неё — толпы длинноногих розовых фламинго с чёрными клювами. — Я же хочу в кино пойти. Если напишу в резюме, что у меня есть награды — они поймут, что у меня уже опыт…

— У тебя ведь есть медали, — сказал Джеймс. — Я видел. Даже золото. Этого недостаточно?..

— Не знаю… Неважно. В этом сезоне я уже всё равно не катаюсь… Мне за руль теперь долго нельзя. Пропущу всё. И отбор наверняка не прошёл — до финиша не добрался.

Джеймс выдохнул, на мгновение прикрыл глаза.

— Слава богу…

— А летом мне некогда будет, — сказал Майкл, не отрывая глаз от озера с розовыми птицами. — А осенью я уже работу искать начну…

— И ты больше не будешь ездить на соревнования?..

— Да вроде как… незачем…

Джеймс судорожно вздохнул, уткнулся лицом ему в живот. Сглотнул слёзы.

— Я начинал ради фана, — зачем-то сказал Майкл. — У меня получалось хорошо, вот я и решил попробовать. Как любитель. В первый же раз выиграл. Понравилось, втянулся. Меня замечать начали. Но в большой спорт идти денег не было. Там же столько бабла нужно. А потом подумал — можно же другую карьеру делать. В кино. Так и сложилось…

— Ну почему именно каскадёром?.. — спросил Джеймс, не поднимая головы. — Это же так опасно.

— А куда я ещё пойду?.. — угрюмо спросил Майкл. — Я не хочу всю жизнь, как отец, моторы перебирать. Он это дело любит, и хорошо — а мне осточертело уже. Знаешь, какие говнюки иногда приезжают?.. И денег мало. А в салон механиком не пойду. Там дерут три шкуры и каждый смотрит на тебя, как на говно. Думают, если они тебе платят — ты им обязан жопу лизать. Здесь хоть все свои…

— Почему ты не хочешь подумать про другую карьеру?..

— Потому что я хочу эту! — огрызнулся Майкл.

— Ты был бы хорошим актером.

— Без диплома-то? Да кому я нужен.

— Дело только в деньгах?.. — Джеймс поднял голову.

— Не думай! — шикнул Майкл. — Даже не смей!..

— Есть же театральные студии…

— Не нужны мне никакие студии!..

Джеймс смотрел на него, большим пальцем стирал со щёк слёзы. Он уже не ревел, не шмыгал носом — они сами текли, как бывает от сильного ветра.

— Как ты себе представляешь свою жизнь?.. — вдруг спросил он. — Вот, через год? Если у тебя всё получится — что ты будешь делать?..

— Я буду работать, — хмуро ответил Майкл, не понимая, куда тот клонит.

— Делать трюки?..

— Ну да.

— А я?..

— Что — ты?.. — настороженно спросил Майкл.

— А я есть в твоём будущем?..

Джеймс выглядел серьёзным и решительным, даже с покрасневшим носом и мокрыми глазами. Голос у него не дрожал. У Майкла запершило в горле.

— Ты бы хотел, чтобы я спокойно ждал тебя, зная, что ты там прыгаешь с крыш… ездишь в горящей машине… падаешь из окна… Да?.. — спросил Джеймс.

Майкл снова чувствовал себя виноватым, и не понимал, почему. Он злился и на чувство вины, и на непонимание. И на себя. И на Джеймса, который задаёт такие странные вопросы.

— Я не думал об этом… Я не планировал тебя встретить! Я думал, у меня никого серьезного и не будет — жены, там, детей, вот этого всего. Я думал, буду жить сам для себя, делать, что люблю, вот и всё!

— А сейчас?.. — спросил Джеймс, пристально глядя ему в глаза. — Сейчас ты тоже хочешь жить сам для себя?..

— Чё ты привязался, — беспомощно сказал Майкл, опуская взгляд. — Я три года готовился… Мечтал… Деньги собирал. Куда мне ещё деваться?.. И так тянул до последнего. У меня же ни ума, ни талантов. Школу на честном слове закончил. Ничё не умею. Только кататься и трахаться.

Джеймс торопливо перебрался выше, опёрся на руки, чтобы не наваливаться ему на грудь, прижался к сухим губам.

— Майкл. Ты упрямый болван, — зашептал он между поцелуями. — Упрямый, смелый и талантливый. Ерунда, что ты ничего не умеешь. Ты умеешь добиваться своего.

— Толку-то, — буркнул тот.

— У тебя есть я. А я могу помочь тебе.

— Как ты мне поможешь?.. Из карманных денег универ оплатишь? — Майкл вздохнул и отвернулся. — Я не возьму. И потом, у тебя папаша богатый, но не миллионер же.

— Вообще-то миллионер, — тихо сказал Джеймс.

Майкл открыл рот, изумлённо посмотрел на него.

— Он старший партнёр в крупнейшей юридической компании Великобритании, — негромко сказал Джеймс. — Я не знаю точно, сколько он зарабатывает… но слышал несколько лет назад, как он маме сказал про три миллиона фунтов в год.

— Сколько?.. — севшим голосом переспросил Майкл.

— Три миллиона фунтов, — повторил Джеймс. — Может, больше.

Майкл бессвязно выругался и с опаской отодвинул его от себя.

— Я не хочу каждый день думать, вернёшься ты вечером домой или мне позвонят из больницы, — сказал Джеймс. — Я сойду с ума раньше. Если ты хочешь играть в кино, я поговорю с отцом, он одолжит…

Майкл быстро закрыл ему рот ладонью.

— Нет. Я никогда… Я не возьму. Ни у тебя, ни у него. Я лучше… — он вдохнул глубже, чем следовало, резкая боль стрельнула в груди. — Не предлагай. И думать забудь.

— Почему?.. — отчаянно спросил Джеймс. — Это что, стыдно — иметь деньги?.. Я не выбирал себе отца!.. Если он у меня такой — что теперь?..

— Ничего теперь. Хорошо, что он у тебя такой. А мне такого не надо. Я у вас ничего не возьму.

— А кредит в банке взял бы?..

— Мне бы не дали.

— А если бы дали?.. Какая разница?..

— Я не живу в долг, — резко ответил Майкл.

Джеймс молча посмотрел на него, выпрямился.

— Мне кажется, ты этим даже гордишься, — тихо сказал он. — Как будто ты правильный, а я предлагаю тебе какую-то мерзость. Как будто, если ты не можешь позвать меня в ресторан, я тоже не должен. Не должен делать тебе подарков, не должен предлагать помощь. Как будто я не порадовать тебя хочу, а унизить.

Майкл покраснел, отвёл глаза.

— Я же люблю тебя, — тихо сказал Джеймс.

— Я бы хотел, — с трудом сказал Майкл, — тебя в своём будущем. Я только не знаю… как это устроить.

— Снять квартиру, — сказал Джеймс, будто это само собой разумелось. Майкл поднял удивленный взгляд. — На окраине будет дешевле. Я уже узнавал, это не очень дорого. Пятьсот фунтов в месяц. Пополам.

— У меня… — Майкл собрался возразить и запнулся. Подумал ещё раз. — У меня с июня будут свободные… ну, триста в месяц. Нет… больше!.. — Он поднял глаза на Джеймса, тот смотрел с тревогой и ждал. — Я же матери отдаю, потому что живу с ними. Если это прибавить, будет почти восемьсот. В месяц. Ну, это немного, но квартиру пополам потяну.

Джеймс улыбнулся:

— А я студент, у меня знаешь какие скидки на всё?.. Двадцать пять процентов в одной только Пицца Хат. Будем пользоваться.

— То есть… — хрипло сказал Майкл, — ты серьёзно?.. Хочешь жить вместе?.. Вдвоём?..

— Может быть, даже с Бобби, — сказал Джеймс.

Майкл засмеялся. Рёбра пронзила боль, он сжал зубы, но остановиться не смог. Лежал, сдерживая дыхание, терпел — и смеялся. Джеймс взволнованно улыбался.

— Слушай… — прошептал Майкл. — Ты не думай. Я не над тобой.

— Я и не думаю, — тихо отозвался Джеймс и осторожно погладил его по груди поверх одеяла. — Не смейся… Больно же…

— Я тоже хочу, — сказал Майкл, глядя на него и моргая чаще обычного. — Давай попробуем. Летом. Только я буду - полдня на работе, полдня на студии. Ничего?..

— А вечером будешь возвращаться ко мне, — Джеймс нашарил его руку и сжал пальцы.

Майкл смотрел на него, затаив дыхание.

— К тебе…

— Помнишь, ты говорил… — Джеймс вдруг смутился. — Просыпаться вместе каждое утро… и… всё остальное. Ты ведь хочешь?..

— Конечно, хочу, — сипло сказал Майкл, вспотев от волнения. — Конечно.

Джеймс вздохнул, помял тонкое одеяло в пальцах.