– Это человек! – закричал я, не веря своим глазам. Люд потряс головой:​

– Это не человек, – махнул он небрежно на кучу тряпок, – это иудей. ​

– Грязный иудей, – заключил другой мальчишка и бросил свой камень в тряпки. Ещё один удар. Ещё один стон. ​

– Но, но... вы не можете, – я хотел продолжить, но остановился. Закончив фразу, я потеряю шансы быть принятым в группу. ​

– Почему нет? – Люд наклонился, чтобы поднять тяжёлую ветку. Иудеи не должны находиться здесь. Они пришли из ада, как демоны, с рогами и хвостами. Они несут болезни и беды. ​

Куча тряпок всхлипнула. Я тяжело сглотнул. ​

– Я в это не верю. Почему бы не оставить попрошайку и найти другую мишень? – Люд подозрительно посмотрел на меня. ​

– Лучше тебе не защищать иудеев, люди могут подумать, что... – он остановился, подбирая слова, – что ты один из них. ​

Прежде чем я успел ответить, Люд кинул тяжёлую палку. Взмахнув рукой, я закричал:​

– Нет, не трожь его! – палка резко остановилась прямо в воздухе и упала на землю, будто наткнулась на невидимую стену. Мальчишки стояли в изумлении. Моя челюсть отвисла, даже не знаю насколько низко. ​

– Колдовство, – прошептал один мальчишка. ​

– Магия, – сказал другой. ​

Люд весь побледнел и медленно начал отходить от меня: ​

– Иди отсюда ты... ты...​

– Сын дьявола,– закончил кто-то его слова.​

Я повернулся и столкнулся с Дитусом, его рубаха вся была разорвана и забрызгана грязью от долгой прогулки по лесу. Не смотря на злобную гримасу, он был счастлив, загнав наконец свою добычу в угол. ​

Я выпрямил спину, стремясь хоть слегка сгладить его преимущество в росте:​

– Давай не будем враждовать? ​

Он плюнул на мою щёку.​

– Думаешь, я пожелаю быть другом дьяволёнка?​

Мои зрачки сузились, когда я вытер лицо. Постаравшись сдержать гнев, я дрожащим голосом снова попробовал остановить его:​

– Я не дьяволёнок, а обычный мальчик, как и ты. ​

– Я знаю кто ты, – голос Дитуса обрушился на меня, как горная лавина. – Твой отец был демоном, а твоя мать – злая приспешница демонов. В любом случае ты – порождение дьявола.​

С криком я бросился на него. Дитус ловко увернулся, поднял меня вверх и бросил на землю. Он бил меня ногами по бокам, заставляя валяться в грязи. ​

Я с трудом сел из-за боли в рёбрах. Рядом со мной возвышался Дитус, его лохматая голова откинулась назад от смеха. Другие мальчишки смеялись неестественно, словно для своего главаря. ​

– В чём дело, дьявольское отродье? – издевался он. ​

Боль была сильна, но моя ярость оказалась ещё сильнее. Собравшись с силами, я поднялся на колени, а затем и на ступни. Зарычав, словно раненный зверь, я снова бросился на него, размахивая руками.​

Мгновение спустя, я очутился на траве, лицом вниз, едва способный дышать. Во рту чувствовался вкус крови. Страх смерти и надежда, что мой мучитель потерял интерес, пронзили моё сознание. Но я знал, что он ещё не успокоился. ​

Дитус перестал смеяться, когда я с трудом снова поднялся, чувствуя, как кровь струится по подбородку. Едва стоя на ногах, я посмотрел прямо в его глаза. Меня ошарашило то, что отразилось в них. За его агрессией скрывалось неподдельное удивление. ​

– Бог милостив, но ты упрям.​

– Достаточно упрям, чтобы стоять против тебя, ответил я хриплым голосом. Мои руки сжались в кулаки.​

В эту секунду кто-то внезапно встал между нами. Все мальчишки, кроме Дитуса, отступили. У меня спёрло дыхание от удивления. ​

Это была Бранвен. ​

Не смотря на то, что тень страха пробежалась по лицу Дитуса, он плюнул на её ногу и сказал:​

– Отойди в сторону, женщина-демон.​

Её горящие глаза сверкнули:​

– Оставь нас.​

– Возвращайтесь к дьяволу, – ответил он, – которому вы оба принадлежите. ​

– Ты так думаешь? Тогда тебе следует бежать отсюда, – она угрожающе подняла руки, – или я обрушу огонь ада прямо на тебя. ​

Он отрицательно покачал головой.​

– Но сгореть предстоит тебе, а не мне.​

– Но я не боюсь огня! Меня невозможно сжечь!​

Люд, нервно смотрящий на Бранвен, дотянулся до плеча Дитуса:​

– Что если она говорит правду? Давай уйдём. ​

– Нет, пока я не закончу с её щенком.​

Голубые глаза Бранвен вспыхнули.​

– Уходи сейчас же. Или ты сгоришь. ​

Он отступил. ​

Она наклонилась к нему и сказала:​

– Сейчас же. ​

Остальные мальчишки повернулись и убежали. Дитус, смотрящий им вслед, колебался. Двумя руками он попытался сделать знак, защищающий от нечистого. ​

– Сейчас же, – повторила Бранвен. ​

Дитус злобно посмотрел на неё, а затем убежал. ​

Я взял её за руку. Вместе мы медленно пошли к нашей хижине.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

САКРАЛЬНОЕ ВРЕМЯ

Растянувшись на своей подстилке, я сдерживал стоны, пока Бранвен массировала мои ушибы. Странные столбы света проливались через дыры в соломенной крыше, падая на её плечо и руку. ​

Она нахмурилась из-за беспокойства. Её голубые глаза изучали меня так напряжённо, что я почти чувствовал, как взгляд врезается в кожу.​

– Спасибо, что помогла мне.​

– Пожалуйста.​

– Это было удивительно! Правда удивительно. И ты появилась как раз вовремя, будто из воздуха, как боги из твоих рассказов, Афина, например.​

Бранвен нахмурилась ещё сильнее:​

– Боюсь, что больше как Зевс. ​

Я засмеялся и пожалел об этом, потому что от смеха стало больно.​

– Ты хочешь сказать, что обрушила на них гром и молнию?​

– Вместо мудрости, – вздохнула она. – Я сделала то, что сделала бы любая мать. Даже если ты никогда...​

– Никогда что?​

Она потрясла головой:​