за сигнал.

— Мы рады, что в вас есть гражданская ответственность!

— Всегда счастлива помочь полиции. Вот его причиндал, — Дженнифер достала из-под

стойки, со своей стороны, и подала трость. Фрэшер её взял, сунул под мышку.

Трость – статусная вещь! Её везде таскают с собой старомодные мистеры и

эксцентричные джентльмены. Помимо статуса – трость несет в себе глубоко практичные

функции. На неё можно опираться, если ушиб ненароком ногу. Она хороша для твоего

имиджа: ты становишься непохож ни на кого вокруг, что позволяет успешней клеить

девушек. Ею здорово обороняться от сопляков в американском баре… А ещё трость может

избавить тебя от мысленного глодания. Аристократ увидел свою трость и вдохновился

ответом: ЭТО ВСЁ «ТЕАТР МИСТЕРА ФЭЙСА»! Сразу стало легче существовать. Так вот

просто — осознал и принял!

— Теперь пройдём, господа полисмены! – на ходу принц оглянулся и поэтично улыбнулся

Дженнифер: — Надеюсь, парни в багажнике не испытывали больших неудобств?

— В полиции расскажут, мистер будущий король, — усмехнулась барменша. – Даже не

парьтесь!

***

«Крайслер» переместился: из дальнего угла стоянки в ближний: почти к дверям кафе.

Двое легавых и рассыльный подошли к автомобилю. Фрэшер отошел к водителю. А Вайз

распахнул заднюю дверку, отработанным полицейским движением посадил арестанта в

салон. Бросил туда же его трость. И вознамерился закрыть дверку. Не тут-то было!

Иностранец погасил блаженную улыбку и, со сцепленными сзади руками, работая лишь

ногами, попытался выскочить из машины!

— Куда, твою мать! – рявкнул Бобби, удерживая преступника одной рукою, другая

потянулась к револьверу.

— В бардачке «Роллс-ройса» лежит большой конверт. Возьмите его и откройте! –

страстно вскричал принц в курьерском костюме.

Вайз захлопнул заднюю дверцу «Крайслера» и пробормотал в силу привычки:

— Откроем, мистер Принц! Всё откроем… — арестант не похож на

среднестатистического гоп-стопника. Слишком ухожено лицо и слишком длинные ресницы.

Но: помимо среднестатистических есть и не среднестатистические грабители, убийцы, насильники. И парень – один из них. Не первый день Бобби Вайз берет преступников. И не

второй.

***

— Мы сейчас подъедем, — втолковывал Фрэшер молоденькому шоферу через открытое

окно. — Парень только что совершил двойное убийство, будь начеку!

— Я знаю как обращаться с такими ребятами, — успокоил водитель. — Не беспокойтесь, детектив!

— Пока! – Лакки Фрэшер похлопал по крыше автомобиля рукою. И отошел к напарнику.

Люди делятся на преступников и полицейских: одни преступают, другие вправляют им мозги.

Так и живем, и жили, и жить будем. Работа детектива не располагает к излишним

сложностям. Если он не герой, а местечковый опер.

«Крайслер» взвыл и уехал. Копы встали рядышком, щурясь на яркое солнце и покуривая

сигаретки. Несколько с ленцой болтая, на солнышке всегда разговор немного ленив. По

эмоциональному наполнению.

— Ты веришь барменше? Что парень действительно убийца?

— Она — Конфетка. Два года проработала моим осведомителем, и ни разу не сообщила

ложную информацию. Сейчас не сотрудничает… я удивлён её звонком. И обрадован…

— Хороша чертовка. Ты, поди, её… А!.. – Фрэшер сально подмигнул, подначивая, толкнул напарника плечом.

— Да пошёл ты… — зевнул Вайз. — У неё есть мужик. И она даёт только ему.

— Наш контингент?

— Он — театрал. Пять лет назад его… закрывали за попытку убийства копа… А сейчас

мужик чист, как слеза ребёнка. Пошли-ка, глянем.

Полицейские отбросили сигаретки и приблизились к «Роллс-ройсу». Из полиэтилена

достали ключи. Багажник открыли. Неодобрительно покачали головами. Неохотно вдохнули

трупные пары… И поскорее закрыли багажник назад.

— Вот, чччёрт!.. Метко, а!..

РАЗБОРКА С КУКЛАМИ

Аналой – низкий столик под зеленой скатертью, стоял посреди правого придела. На нем: одна бутылка шампанского и четыре «одноразовых» пластиковых стаканчика.

— Бууульк! Бууульк! Бууульк! Бууульк! – передразнивал бутылку кукловод, разливая

шампусик.

Игристый сладкий «Asti Martini», вино для истинных женщин!.. Леди, правда – не совсем

женщина, а отдельный вид homo sapiens… Театрал подождал, когда осядут пенные брызги в

стаканчиках, долил туда ещё понемногу. Вместе с вином в стаканчики скользнули четыре

маленьких таблетки, искусно извлеченные из кармана. Кукловод отставил бутылку, согнул

указательный палец и поманил блондинок к себе. Десять футов – расстояние от аналоя с

кукловодом до порога с курицами. Патрик ныне – рядом с паяцем, в бледных руках – чашка.

Там просфоры.

Злые глаза леди стали злее раза в четыре! Желваки, что называется, заиграли!

— Девки, вы посмотрите-ка, нас манят как последних шалав!..

— А если размыслить, Митчелл?..

— Да о чём тут думать, девоньки? Вы знаете, что «Asti» умеет расслабить тело и голову?..

— Я всегда говорила, что расслабон – основное хобби блондинок!

— С этим паяцем разберемся, если будет возникать… Согласны?

— Да-да, Джоди! За шампуську разборка не полагается!..

— А мы здесь уже и так потеряли кучу времени!.. – веско подытожила Мэри и первой

шагнула к аналою. Блондинки проследовали за ней. Когда пористая резина каблука

соприкасается с деревом пола – цоканья почти не слышно. Органическое звуконеприятие у

дерева по отношению к резине… Странно наблюдать блондинку, без шума идущую на

каблуках. Самой обладательнице каблуков тоже странно себя не слышать. Только ситуация

вообще странная и «бесшумные каблуки» — самое малое в этом смысле. Леди подошли к

аналою и взяли по стаканчику.

— Аh Asti!..

Края стаканов полны, вино манит, как магнит, чарующие пузырьки сводят с ума, а

запах… это не запах, а амброзия! Разумеется, божественная… Паяц, в уже знакомой манере, начал нести какую-то хрень. Наполняя ею своды храма. Вот пусть своды и слушают, а

блондинки пока наполнят сладкую кровь сладким алкоголем!..

— Разрушение жизненно важно, дамочки! Разрушение, как стимул и основа созидания!..

Ценой нашего благополучия, во что бы то ни стало — и это наш, именно наш человеческий

удел!..

Театрал замолчал. Данная «Мат. часть» была необходима, а теперь можно назвать вещи

своими именами… Фишка в том, что с курицами надо разговаривать на курином языке.

Английский язык они ни хрена не понимают.

Леди допили шампанское и непроизвольно сморщились. Так всегда, когда пьешь на

пустой желудок.

— Патрик, подай-ка дамочкам закуску!.. – предупредительно приказал театрал.

Блондинки наперебой сунули ручки в чашку, выудили по просфорке. Надкусили

опресноки.

— Тьфу, девки!

— Тьфу! Выплюньте…

— Тьфу! Эту гадость…

— Тьфу! Лучше уже совсем без закуски…

Кукловод трогательно осмотрел осовевшие женские лица. Раздвинул губы в улыбке.

Только вместо улыбки явилась усмешка — непроизвольно. Ну что ж, быть посему!.. Теперь

взгляд – издёвка! Никчемная папка с тесемками улетела в сторону. Театрал встал в позу и

торжественно, строго без ухмылок, возгласил:

— Вы лживые и порочные твари! Ваши мужья творили беззакония, а вы помогали

облекать эти беззакония в Закон!.. Нет ничего хуже драной курицы в одной постели с

богатым прохиндеем! Вы, все вы и есть драные курицы, а ваши мужья — прохиндеи в самом

отвратном понимании!..

Возникла пауза – самая короткая и одновременно самая длинная в мире субстанция!

Причиной паузы стала ярость кукол. Как правило, любая ярость приводит к метастазе мозга.

Кратковременной или хронической, оба вида по-своему печальны… Особь, поймавшая

ярость – ничего не может сказать, а лишь глупо открывает рот. Леди глубоко задышали в

тщетной