Я в изумлении смотрела за тем, как это происходит; по сути, ничего другого мне и не оставалось. Второй раз был не таким впечатляющим, как тот, первый, но все равно я чувствовала, что сердце уже готово протаранить насквозь слабую грудную клетку; как ни крути, а повторное уничтожение огнем любовно выписанных мной контуров по-прежнему не доставляло никакого удовольствия.

В общем, когда машина резко затормозила, и я так же резко открыла глаза, перед моим мысленным взором все еще плясали длинные языки яркого пламени, оставившие от реинкарнации картины неразличимую на земле горстку пепла. Я с неприязнью посмотрела на глушащего мотор Влада, затем через лобовое стекло. И замерла, едва приоткрыв от удивления рот.

Бывший супруг не придумал ничего умнее, кроме как привезти меня в наш старый домик на озере.

Черт бы его побрал!

Влада, не домик.

— Что ты… — начала, но так и не докончила фразу.

— Ты думала, я тебя к себе повезу? это было сказано таким тоном, будто я грязная уличная попрошайка, из милости подобранная добрым самаритянином. Туда может заявиться Алена, а ты ей не слишком нравишься.

— Ты мог отвезти меня в гостиницу.

— К чему лишние траты? он полез наружу, негромко захлопнув за собой дверь. Подумав, я все же последовала его примеру, хоть и не стремилась провести тут оставшееся время до Димкиного приезда.

Друг обещал выйти на ближайшей остановке и дождаться транспорта, следующего в обратном направлении. Пожалуй, лучше опущу все красочные эпитеты, которыми он попутно наградил поставившего нас в такое дурацкое положение Владлена. В этот раз я не стала с ним спорить поведение бывшего мужа в самом деле варьировалось от едва приемлемого до безрассудного; впрочем, ничего нового.

Но сейчас… Дурацкая, глупая идея с до одури романтическим местечком в абсолютной глуши, таящим в себе столько самых разнообразных, неуместных воспоминаний, от которых теперь непросто будет отмахнуться, ведь все, каждая самая незначительная мелочь, уже как отдельный экскурс в прошлое. Лучше бы он пригласил меня на свою свадьбу, чем сюда.

Или, напротив, хуже?

Я живо представила себя рядом со светящейся от счастья невестой, в окружении свадебной мишуры, разноцветных воздушных шариков, расфуфыренных в пух и прах вальяжных дам, и поежилась не нужно мне такой чести.

— Как видишь, тут мало что изменилось, — бросил Влад как ни в чем не бывало. Яркая картинка роскошного свадебного торжества распалась, перед глазами вновь замаячил некогда любимый мною дом, и я, вздохнув, мысленно посоветовала себе не терять головы. Дом пустует. Родители сюда не приезжают, им здесь нечего делать.

— А ты? все же спросила, хотя секунду назад дала себе строгое обещание этого не делать.

— Нет, — сказал вскользь, неохотно.

— С Аленой?

— Нет, — он резко развернулся, от неожиданности я едва не влетела в его грудь, но вовремя притормозила. Ей тут тоже нечего делать.

— Интересно у тебя все выходит, — не иначе как сам черт тянул меня за язык, причем тот же самый неугомонный бесенок, который ранее нашептывал мне непременно выяснить у Влада, с какой стати бывший все еще не выбросил свое кольцо. Зачем вообще нужен этот дом?

— Развалюха, — поправил, умышленно резанув прямо по живому о моей трепетной любви к этому уединенному местечку он знал лучше кого бы то ни было.

— Так зачем?

Влад развернулся ко мне спиной и неспешно принялся отпирать дверь.

— Ни за чем. Кому придет в голову купить такую лачугу в этой глуши? не дождавшись ответа, пожал плечами и потянул на себя дверь. Вот и стоит.

Он любезно пропустил меня внутрь и захлопнул дверь, правда, на замок не запер, что дало мне повод ожидать его скорого отъезда в город. Бродить в полном одиночестве по пустым пыльным комнатам, ожидая Димкиного прибытия, не слишком воодушевляет, но это намного лучше, чем вести странные разговоры с мужчиной, который собирается жениться на другой девушке, притом, что этот мужчина представляет серьезную опасность для неискушенной девицы вроде меня. Вообще, лучше бы нам держаться подальше друг от друга, мало ли…

Подумав так, я спешно отвела слишком откровенный взгляд от бывшего мужа, который, стоя ко мне спиной, ковырялся в щитке, достала телефон и, убравшись вглубь дома, связалась с Димкой. Приятель все еще пребывал не в самом лучшем расположении духа, но винить его в этом было проблематично, так как единственный виновник всевозможных бед и проблем находится намного ближе.

Димка по обыкновению не мог разговаривать тихо, и я, опасаясь, что Влад без труда расслышит все, что ему слышать не нужно, миновала светлую гостиную и вскоре оказалась возле спальной комнаты. Помедлив, толкнула от себя дверь, вошла внутрь, тотчас в голове всплыли слова Влада о том, что здесь никто не появлялся… Да, в это было невозможно не поверить тишина, пыль, жуткое запустение. Все та же обстановка, та же мебель, те же мелочи, даже полки радуют глаз тем же содержанием, что и три года назад; кажется, вещи вовсе никто не двигал. Улыбнулась против воли, уже почти не слушая разглагольствований Димки, взяла с полки флакончик с давно просроченным содержимым, повертела в руках, зачем-то посмотрела на срок годности и усмехнулась, покачав головой никто не был, надо же…

Телефон, наконец, замолчал, и я не глядя бросила аппарат на темно-коричневое покрывало, наброшенное поверх постели. Приблизившись к окну, задумчиво провела пальцем по подоконнику; от моего движения остался заметный след, а указательный палец тотчас окрасился серой пылью. Машинально потерла им о ладонь, избавляясь от грязи, и услышала за спиной:

— Ну что, обещался избавить тебя от моего присутствия?

— Скоро приедет, — ответила, не оборачиваясь.

— Как скоро?

— Ну… Завтра, к обеду, должен быть тут.

Я не слышала звука шагов при необходимости Влад мог передвигаться совершенно бесшумно, как большой хищный кот, и иногда в самом деле ставил меня этим в дурацкое положение. Вот и сейчас скорее почувствовала за спиной его близкое присутствие, хотя не уловила никаких посторонних звуков. Казалось, он находится в каких-то жалких сантиметрах от моего застывшего истукана; стоит обернуться, и я непременно впечатаюсь в его тело из-за нехватки места даже для столь незначительного маневра. Конечно, я заметно напряглась, внешне стараясь ничем не выдать своего состояния, вдоль позвоночника пробежали мурашки, сердце и вовсе ухнуло куда-то вниз. Удачно не хватало только, чтобы до Владлена дошло бешеное биение предательского органа.

— У вас прямо полное взаимопонимание, — издевательски проговорил Влад, и я лишний раз уверилась в том, что он действительно занял пост за моей спиной.

— У друзей такое бывает, слышал?

— А у любовников?

Я развернулась с неясным, но непременным намерением сказать бывшему что-нибудь очень резкое, напрочь отбивающее охоту скалить зубы на неподтвержденные неудобные темы, в этот момент он сделал один-единственный шаг, и я тотчас оказалась прочно зажата в узком пространстве между окном и его телом — со всех сторон невыгодное положение, учитывая то действие, которое неизменно оказывает на меня его близость.

— Мне это не нравится, — строгим тоном сообщила я, бросив короткий взгляд в сторону двери.

— Серьезно? Почему я тебе не верю?

— Потому что я сглупила?.. Каким-то образом дала тебе повод думать, что мы можем беспрепятственно общаться вот… так, невзирая на твою скорую женитьбу? принялась гадать вслух.

— Нет, — опроверг на полном серьезе. Ты хорошая девочка, ведешь себя образцово и не собираешься разрушать счастливый союз. Просто так сложились обстоятельства, и ты совершенно случайно попадаешься мне на глаза, снова и снова, как по заказу.

— То же самое можно сказать и о тебе.

— Можно, — согласился охотно. Скажи.

— Ты просто издеваешься!

— И ты надо мной, — обвил ладонью мою руку повыше запястья; скосив глаза вниз, я посмотрела на результат со странной смесью томления и слепого восторга. Будем продолжать в том же духе?