дальше в их компании оказалось просто невозможно. Я ведь не железная… Долго бы так не протянула. А эмоции во мне и так бурлили подобно лаве в вулкане, готовящемся к извержению. И если бы внутренние заслоны сорвались… могло случиться непоправимое.

Увы, спокойно выйти из комнаты мне не дали.

– Ами, ты куда? – взволнованно спросила Марти.

– В библиотеку, – нашлась я с ответом. Причем голос мой оставался удивительно ровным и спокойным. – Меня же не было полторы недели. Нужно догонять пройденный материал.

– Так отбой же через десять минут, – поддержала подругу Нори.

– Я успею, – бросила я, крепко сжимая ручку двери.

Но перед тем как выйти, даже нашла в себе силы повернуться к девочкам и посмотреть на них с иронией. Не уверена, что у меня получилось состроить насмешливый взгляд, но они ничего больше говорить не стали и все же позволили мне покинуть комнату.

Естественно, ни в какую библиотеку я не пошла. Да и о какой учебе можно было думать?! Сейчас у меня вообще думать не получалось… ни о чем, кроме Димария. Принца… демонова прекрасного принца! Гадкого, отвратительного, невыносимого, эгоистичного, самовлюбленного негодяя! Сволочи, в которую я по воле злого рока умудрилась по уши влюбиться.

А он женится…

На такой же, как он.

А я…

Вот о себе думать не хотелось совсем.

Сейчас я желала лишь одного – сдохнуть. Вот так просто упасть, закрыть глаза и попрощаться с этим миром. Отправиться за грань… к той же Андамирре.

Наверное, это нечто вроде семейного родового проклятия Артарри – любить тех, с кем нет будущего. Сначала эта история случилась с бабушкой, потом с моей теткой, полюбившей простолюдина. И вот теперь со мной. Но если они еще могли что-то изменить в своих судьбах, отказаться от привилегий и получить любовь, то я такой возможности не имела. Мне-то отказываться не от чего. Да и не нужно это Димарию.

И что это я, в самом деле? Он ведь ничего не обещал. Совсем.

Просто сказал, что хочет меня. Сообщил, что если я решу исполнить это его желание, он будет ждать в свой спальне. Все. Остальное уже происки моей глупости. Я ведь сама к нему пришла, несмотря на то что знала, чем все это закончится.

Спасибо Нори, теперь хотя бы стали понятны причины его холодности. Я ведь теперь для него не просто студентка, а еще и бывшая любовница. А если об этом узнает его невеста, то у принца могут быть неприятности. И пусть логикой и умом я понимала все это, но внутри меня продолжали сжигать смертоносные пожары.

Душу просто выворачивало от боли. Хотелось завыть подобно раненой волчице. Закричать. Разрыдаться, в конце концов. Но я даже этого не могла сделать. Глупые гадкие слезы никак не желали появляться на глазах… И только с губ срывались редкие всхлипы.

Оставаться в академии оказалось выше моих сил. Хотелось выбежать за ее пределы, но ворота заперли еще час назад и откроют только утром. Потому пришлось просто выйти из корпуса и направиться по темной дорожке, ведущей к полигонам. Я шла, не особенно разбирая, куда иду. В свете тусклых фонарей моя тень казалась бесформенным пятном, зато высокие деревья напоминали огромных монстров. Но сейчас мне было плевать на все… Наверное, даже если бы одно из них и правда превратилось в страшное чудовище и напало на меня, я бы даже сопротивляться не стала.

В самом конце длинной извилистой аллеи за последним, дальним полигоном обнаружилась небольшая лавочка. По виду она отличалась от тех, что стояли в скверах перед главным корпусом, и больше напоминала нечто корявое, сколоченное из полок старого шкафа. И тем не менее сидеть на ней оказалось очень даже удобно, а само понимание того, что никто меня здесь не найдет, даже немного грело душу.

И в этой тишине… оставшись один на один со своими мыслями, я все-таки позволила себе слабость. Перестала сдерживаться, отбросила маску леди и выпустила наружу тот огонь, что жег меня изнутри.

– Дура, – сказала я вслух.

Мой голос в тишине прохладной осенней ночи прозвучал словно удар в колокол. Но я не замолчала. Наоборот. Если уж поговорить ни с кем не могу, то буду разговаривать с этим местом. С лавочкой, с деревьями.

– Идиотка! – бросила громче и сама улыбнулась своим словам.

Правда, эта улыбка многим бы могла показаться оскалом. Жуткой гримасой боли. Но я все равно улыбалась… насмехаясь над собой. Над собственной слабостью и тем безумным чувством, которое раньше казалось чистым и светлым, а теперь убивало меня, словно медленный яд.

– Наивная мечтательница! – рявкнула в темноту. – Безмозглая клуша!

Слезы… Боги, как же мне сейчас не хватало слез. Я мечтала разрыдаться, ведь мне бы стало легче. Пусть ненадолго, пусть это признак слабости, но мне до демонов надоело быть сильной.

– Недоразумение, – прошептала я, закрывая лицо руками. – Боги… глупое недоразумение. И ничего больше.

Он ведь именно так меня называл. И, наверное, если бы не открывшиеся стихии, продолжил бы относиться ко мне с подчеркнутой холодностью. Но из-за этих способностей, из-за неожиданной связи с семьей Артарри, из-за тайн, которыми обросла смерть Андамирры, Димарию просто стало любопытно.

На самом деле его нельзя ни в чем обвинять. Он ведь правда ничего мне не обещал. Не затаскивал в свою постель. Я сама в нее залезла. И от понимания этой простой истины становилось лишь хуже.

Не знаю, сколько так просидела одна, поливая себя самыми последними словами. Кляня собственную глупость вкупе с наивностью. Легче не становилось. Но о том, чтобы вернуться обратно в спальню, я даже думать не желала. Уж лучше так… сидеть одной на холоде и упиваться собственной глупостью, чем видеть жалость в глазах подруг.

– Простите, леди, – донесся до меня незнакомый мужской голос.

Я нехотя подняла лицо и встретилась взглядом со стоящим в нескольких шагах от меня светловолосым парнем. Он выглядел немного смущенным, но при этом в его глазах отражались доброта и обеспокоенность.

– Я могу вам чем-то помочь? – спросил он, прекрасно разглядев мое состояние.

Честно говоря, хотелось нагрубить, но я вовремя отвесила себе мысленный подзатыльник и все же нашла силы для вежливого ответа.

– Увы, помочь вы мне не сможете, – проговорила тихо. – Но я благодарна вам за заботу.

Он посмотрел на меня с легкой иронией, вздохнул, но вместо того, чтобы уйти, подошел ближе, присел рядом.

– Ты ведь Амитерия, да? Леди с факультета магической физики, с которой после ужина каждый день занимается профессор Аркелир, – уточнил он с теплой улыбкой. – И не нужно всех этих лишних условностей. Тебе плохо, я это вижу. Оставить тебя в таком состоянии мне не позволит совесть. Поэтому уйду отсюда, только когда буду уверен, что с тобой все хорошо.

Эта его тирада умудрилась не просто