Тот не обиделся.

- Ну, брат, тут уж извиняй. Чем богаты…

- Шучу. Лимоны в самый раз.

- Ага. В самый! Когда нож есть, - он засмеялся.

- Во, дела! - почесал я затылок, - И что делать?

- Да ничего не делать! Зубами кусать! Зубы у тебя есть?

- Да есть пока, вроде.

- Ну, вот и грызи вкусняшку. А я чайком побалуюсь.

- Не понял, а я что, один пить буду, что ли?

- Ну, выпью с тобой парочку. Для приличия. Пока чайник не закипел. Я, честно говоря, не любитель.

- Да я, как бы, тоже не алкаш, но сейчас выпить не откажусь.

- Ну, так наливай, а то что-то много разговоров.

Я обследовал шкафы и выудил из них пару пластиковых стаканов. Леха вскрыл бутылку и разлил. Он поднял свою импровизированную рюмку и сказал:

- Давай, сосед, за тебя! С новосельем! - и выпил залпом, не чокаясь.

Я последовал его примеру, скривился от крепкого напитка, закусил печеньем. В этот момент в дверь постучали. Леха дернулся и мигом спрятал бутылку под кровать.

- Николай, ты у себя? – послышался из-за двери голос Татьяны.

- Тьфу, ёп…, - протянул Леха, - Нигде от этих баб покоя нет.

- Да, заходи! – сказал я, и дверь открылась.

- Ой, извините, - смутилась она, когда увидела нас с Лехой, - Я не знала, что ты не один.

- Да ничего, проходи. Мы тут это… Выпиваем, в общем.

Леха посмотрел на меня осуждающе, но потом сунул руку под кровать и извлек бутылку обратно.

- Ну, вы даете, ребята, - хихикнула Татьяна, - А если бы вместо меня Аглая зашла?

- Да засунь ты себе в задницу свою Аглаю, - вдруг рявкнул Леха, и лицо его покраснело от возмущения, - Носишься с ней, как с червонцем золотым. Аглая то, Аглая это! Богиня, мать ее, спасительница! Бесит уже!

- Эй, сосед, - спокойно сказал я, - Ты чего шумишь? Мы, все-таки, в приличном заведении находимся.

Он оценил шутку и улыбнулся.

- Ладно, погорячился. Но ты серьезно… Тань, ну, что ни слово у тебя, то сразу Аглая! Она тебе что, зарплату платит, что ли? Аглая, Аглая, Аглая, Аглая… Как будто заело тебя, честное слово!

- Да хватит уже! – повысил я голос. Леха смолк.

Татьяна стояла у двери, скрестив руки на груди, и с долей снисходительности смотрела на нас обоих.

- Закончили? – спросила оно спокойным голосом.

- Извини. Я не совсем понимаю, что происходит, но, думаю, больше ругаться не будем. Правильно?

Леха утвердительно кивнул и разлил по стаканам. Я встал с кровати и отыскал в шкафу еще один. Татьяна тем временем прошла в комнату, присела на край кровати.

- Давайте за нас? - предложила она, поднимая вверх свою порцию.

- А может все-таки за Аглаю? - не удержался от сарказма Леха.

- Да сколько можно? – возмутился я, и тот поспешил заверить, что это был последний раз. Для убедительности он улыбнулся и подмигнул Татьяне.

Мы выпили. По телевизору начался какой-то голливудский боевик. Я сделал звук тише.

- Поговорить с тобой хотела, – сказала Татьяна и посмотрела на Леху, недвусмысленно намекая на то, что он во время этого разговора будет лишним.

Я пожал плечами, не зная, как поступить, и спросил:

- Это срочно?

- Не знаю. Не то, чтобы срочно. Просто я новости только что смотрела. Думаю, ты их тоже видел. У тебя тот же канал включен.

Я кивнул.

- Да видел. Вернее слышал. Ты хочешь узнать, правда ли это?

- Думаю, да.

- Правда.

Она сидела, не двигаясь, и смотрела прямо мне в глаза.

- Но зачем?

- Он мою мать убил.

Татьяна продолжала сидеть, не шевелясь, целую минуту. Потом накрыла ладонью мою руку и тихо сказала:

- Извини.

- Не извиняйся.

Леха молча смотрел на нас, и лицо его выражало полное непонимание.

- Я что-то пропустил? Никто ничего не хочет рассказать?

- Как-нибудь в другой раз, Леха, - сказал я и отставил свой стакан в сторону, - Думаю, нам надо всем отдохнуть. Какой-то слишком нервный вечер получается.

- Как скажешь, - разочарованно протянул Леха и, забрав бутылку с виски, поднялся с кровати.

Татьяна тоже встала, но я попросил ее немного задержаться. Леха попрощался и вышел. Она осталась.

- Я не убивал его. Ну, то есть, я хотел, но не успел. Он сам поскользнулся на мокром полу. Разбил голову, когда убегал от меня.

- Не оправдывайся, Коля. Даже если бы ты сказал, что собственными руками зарубил его топором, я бы тебя поняла. Человек, убивающий мать, не заслуживает пощады от ее детей. Равно, как и человек, убивающий ребенка, не заслуживает снисхождения от их матери. Нам ли это не понимать?

Я кивнул.

- Спасибо тебе. В который уже раз.

Она взяла меня за руку. Повисла долгая пауза. Мы сидели на кровати и просто молчали какое-то время, а потом она спросила:

- Хочешь, я останусь?

Не знаю, ждал ли я этого вопроса, но почему-то он меня не удивил. Хотел ли я, чтобы она осталась? Сложно сказать. С одной стороны, я всего за один день так прикипел к этой женщине, что мне казалось, будто я знаю ее уже сто лет. Было ощущение, что мы с ней прожили вместе не одну жизнь и знаем друг друга намного лучше, чем тех, кого действительно любим. С другой стороны – слишком важным для меня было то, ради чего я решился спуститься в овраг с болотом на дне. Я был готов к ее вопросу, но не был готов ответить на него утвердительно.

- Я бы очень хотел, чтобы ты осталась. Но…

Татьяна не дала мне договорить. Ее лицо налилось густым румянцем, и она встала.

- Извини.

- Нет, ты меня не правильно поняла.

- Нет, нет, извини, пожалуйста. Это, наверное, все алкоголь. Я пойду. Ты отдохни. Все-таки первый день на новом месте, много впечатлений и все такое. А тут еще я со своими дурацкими вопросами навязываюсь.

Теперь уже я взял ее за руку.

- Послушай, ты мне очень нравишься. Правда. Не знаю, как ты, а у меня такое ощущение, будто мы с тобой…

- Знакомы лет сто, - закончила она за меня, усмехнулась и покраснела еще сильнее. На ее глаза навернулись слезы. Видимо, от стыда, но она тут же прыснула со смеху.

- Точно, - я тоже улыбнулся, - Вот видишь, даже мысли одинаковые. Ну? Просто я сегодня и в самом деле устал. И новости эти еще… Если хочешь, ты можешь остаться. Я буду только рад. Правда! Мы будем смотреть телек, грызть зубами лимон и пить сладкий чай. Леха все оставил, так что мы с тобой теперь богаты.

Она улыбнулась и согласно кивнула. Мы весь вечер лежали рядом, смотрели дурацкие фильмы, пока я не отключился, а когда проснулся, ее рядом уже не было.

Глава 6. Бегун Вася Конарев

В девять голос из динамика пригласил на завтрак. Я оделся и вышел. Дверь в комнату Татьяны была закрыта. Я постучал, но никто не ответил. Заглядывать внутрь постеснялся и, решив, что она уже в столовой, пошел один.

Ее там не было. Пришлось завтракать в одиночестве. Вернувшись наверх, я снова постучал к ней, и в очередной раз никто не открыл. Я постучал к Лехе. Тот долго возился, но в итоге все-таки отворил.

- А, сосед. Че тебе?

- Ты не завтракал, что ли?

- Я утром сплю, как все нормальные психи. Говори, я там сон интересный не досмотрел.

- Да если ты спал, то вряд ли знаешь. Так что извини.

- Да говори. Мало ли. Все равно уже разбудил.

- Ты не знаешь, где Татьяна сейчас может быть?

Он обернулся, чтобы посмотреть на настенные часы, потом пожал плечами и сказал:

- В это время или в столовке или храпит еще. Больше негде. Для процедур, вроде, еще рано, - он осклабился в ухмылке, - А че? Запал на нее, что ли?

- Да причем тут… - отмахнулся я, сам не понимая, от чего так нервничаю, - Ладно, давай.

- Ага, - сказал Леха и закрыл дверь, но тут же открыл и добавил, - Чай никому не отдавай! Дефицит! У меня больше нету.

Я кивнул. Постояв немного перед дверью Татьяны, снова постучал. На этот раз настойчивее. Если она спит, то от такого грохота обязательно должна была проснуться. Дверь, конечно же, снова никто не открыл. Подождав, пока коридор опустеет, нажал на ручку и вошел к ней в комнату.