- Черт, да я сейчас придушу тебя! - сквозь зубы проговорил Фостейн, быстро сделав эти пять больших шагов к Абелю. Кай рефлекторно сделал шаг назад, но Грант поймал его за запястье, сжав его и дернув на себя, как можно более спокойно, чтобы не привлекать внимание тренеров. Хотя Лейтон уже увидел то, что происходит у них за спинами, но вмешиваться не стал. Не его это дело. - Если бы я всем, черт его дери, рассказал, какой смысл мне сейчас врать? Может, я бы этим гордился, нет? А если я НЕ рассказал, значит НЕТ, я бы НЕ гордился, дурак. Я сделал это только для себя, понятно? Я не хотел ни с кем делиться твоим унижением и своей своеобразной радостью. Мне было достаточно просто издеваться над тобой в одиночку. Мне было бы круче, если бы об этом никто, кроме нас двоих, не знал, потому что в таком случае даже в толпе ты шугался бы моего взгляда, потому что я знаю то, о чем другим знать не положено! Мне было вполне отлично задевать тебя самому, мне это НРАВИЛОСЬ. Стал бы я рассказывать кому-то об этом с целью, чтобы узнали ВСЕ? Где тогда выгода? Ну да, тебя выставят на посмешище, круто, весело, но мне НИЧЕРТА не весело, потому что это могу делать только Я. потому что Я твой враг, а им лишь бы повод поржать дай. Я и не планировал рассказывать. Никогда. И плевать мне на то, что ты там думаешь и как ты вообще. Мне плевать, а остальным только повод дай.

Грант заткнулся, переводя дыхание, которое сорвалось от быстроты и эмоциональности его речи. Он так и не оторвал взгляда от Абеля, держа его за запястье на уровне своей груди и периодически подтаскивая его к себе, когда он планировал отойти. Кай же просто бегал глазами по лицу врага, насупившись и чуть сдвинув брови. Речь Фостейна прозвучала так странно, что у Абеля было ощущение, будто ему сейчас признались в любви. Просто это было так же эпично и эмоционально.

- Если тебе так плевать на меня, то почему ты сейчас так пытаешься доказать что-то мне? Зачем ты доказываешь мне, что говорил не ты? Тебе же плевать, - тихо сказал Абелю, двинув бровями. Фостейн растерялся на секунду и просто заморгал, сжав сильнее его запястье.

- Я ничего не пытаюсь тебе доказать, понятно? Я просто ненавижу, когда обо мне думают не так, как на самом деле. Ты не можешь обвинять меня, не получив доказательства.

- Ой, отпусти, - презрительно поморщившись, сказал Абель, вырывая руку. Грант и не думал его отпускать, поэтому только сильнее сжал худое запястье, дернув еще раз на себя. Они снова встретились глазами, и это было больше, чем просто взгляд. Это был самый настоящий контакт глазами, в этот момент между ними происходило очень и очень многое, они разговаривали, кричали, оскорбляли друг друга одними глазами. Одни глаза кричали: «Это ты рассказал! Как ты мог!? Каа-ак ты мог?!», другие: «Хватит обвинять меня. Хватит считать меня последней сукой, я намного лучше твоей крысы. Это был не я!». Друг друга они не слышали, но прекрасно понимали. И темно-зеленые глаза, которые из-за освещения казались серыми, глядели в эти живые, не такие, как раньше, блестящие, грустные и злые глаза Абеля, и казалось, прямо сейчас произойдет апокалипсис. Потому что если бы они обладали сверхъестественными силами, то школа бы уже взорвалась к чертям только оттого, что их глаза встретились.

- Читай мысли, Абель. Знало об этом четыре человека. Исключая тебя, три. Я точно знаю, что не говорил. Два. Паркер это было не нужно, а насчет Лейтона я сильно сомневаюсь. Советую проверить СВОИ ряды… Хотя подожди, о чем я говорю? Он НИЧЕЙ, потому что ему плевать. И на меня, и на тебя, и на всех. Чем тебе не крыса? - Грант сузил глаза и посмотрел в сторону Лейтона, который, слабо улыбаясь, что-то говорил Арикто Стрэх. - Просто подумай, если тебе все мозги твоими истериками не отшибло.

- Да пошел ты! - быстро отрезал Абель, вырвав руку и пихнув Гранта в грудь, отчего тот отошел на несколько шагов назад. - Тебе поверить? Ты придурок, если так считаешь.

Абель мотнул головой и направился в сторону Лейтона и тренеров, скрестив руки на груди и чуть опустив голову, сделав лицо каменным, как внешняя стена Раундвью. Грант взбесился еще больше, его поражало то, что он ему не верил. Что могло отсутствовать в мозгах человека, чтобы просто невозможно было подумать над ситуацией трезво? Грант нагнулся и поднял шпагу, направившись в раздевалку, кинув напоследок на Абеля испепеляющий взгляд. И тут он подумал, что плевать. Плевать, верит он или нет. Больно надо ему вообще что-то доказывать.

========== Глава 18 ==========

Победа над Грантом ничуть не удивила Лейтона. Он заранее знал, что победит его в любом случае. И он сам не знал, откуда шла такая уверенность. Либо он так зазнался, что был абсолютно уверен в том, что никто ему не соперник, либо он и правда мог оценивать человека в фехтовании, просто взглянув на него, пообщавшись и приметив определенные черты его характера. Проблема Гранта была в том, что эмоции у него брали конкретный верх над разумом. С Абелем же все было наоборот, но сейчас Лейтон стал убеждаться в том, что и тот стал меняться в эту же сторону. И именно меняться, пусть и говорят, что люди не меняются. Суть не в этом, а в том, что Грант позволял себе лишнюю эмоциональность , и она мешала многим вещам. Именно поэтому он не выиграл в дуэли. Именно поэтому он так долго не мог ничем задеть Абеля. Был бы он сдержаннее и трезвее на ум, то давно бы нашел способ задеть Кая каким-нибудь совершенно другим, неожиданным, но более гуманным способом. Лейтон слишком хорошо «видел» Гранта, но указывать на его недостатки он не стал. Во-первых, не имел права. Во-вторых, ему было плевать. К тому же, может, кому-то именно эта черта в Гранте понравится, не все же такие, как Лейтон, предпочитающие общение с «паркеровскими» девушками.

Выиграть дуэль у местной легенды и попасть не то чтобы в сборную, а иметь возможность представлять школу, конечно же, радовало Лейтона. Он снова убедился в том, что интуиция и шестое чувство у него варит только так. Все эти три с половиной недели он ничего не делал, чтобы попасть в сборную фехтования, все чего-то ждал, знал, что не нужно торопиться. И вот - он в сборной. Он участник соревнований, и на него будет пялиться огромное количество учеников через полторы недели. Лейтон не обрадовался до мозга костей, но плюс к самооценке это прибавило. Хотя ему и было плевать на эти соревнования. Он просто любил фехтовать. Но в участии не отказал, потому что школе нужна была победа. А если Лейтон собрался делать что-то, пусть совсем ему ненужное, он сделает это на высшим уровне. Особенно когда дело касалось соревнований. Поэтому он примет в них участие, постарается и выиграет полуфинал. Но главное - он будет фехтовать. Лейтон улыбнулся сам себе и засунул руки в карманы короткой куртки, чуть прикусив губу, чтобы улыбка не казалась глупой и без повода. Правда эта улыбка пропала через минуту, стоило ему только вспомнить об одной маленькой детали, что перечеркивала абсолютно все.

Лейтон сделал мрачное лицо и поправил рукой прядь волос, которые трепал ветер. Сами волосы были заправлены в большой шарф, что обмотал шею Лейтона, отчего был виден только подбородок, никаких намеков на его длинную саму по себе шею. Лейтон открыл большую дверь на входе в Раундвью и тряхнул волосами, запустив руки под шарф и выпустив оттуда свои светлые волосы. Он прошел через еще одни всегда открытые двери уверенным шагом и остановился, покосившись страшными глазами на людей, что столпились в холле у главных дверей на выходе и входе в школу. Лейтон засунул руки снова в карман и встал посередине, сначала посмотрев на Паркер с одной стороны, а затем и на Кравитца с другой. Они оба проводили что-то вроде… обыска? Парни выворачивали перед ними карманы, и старостам даже приходилось шарить руками по их телам. Но, увидев, как это делает Паркер, ему стало совсем смешно. Она только обхватывала парня руками, не касаясь его своим телом, и просто хлопала сначала по плечам, потом по спине, а затем просила расстегнуть куртку и отправляла в школу с таким невозмутимым и мрачным лицом, что было непонятно, она пыталась скрыть смущение или ей было противно. Рядом с Кравитцем, который вообще плевать на это все хотел, стоял один из охранников Стивенсон, а прямо за Паркер сидел другой охранник, устало наблюдающий за всем этим. Вилли только иногда улыбался и проводил руками по курткам и телам парней с таким взглядом, что казалось, он занимается сними ментальным сексом, а не проводит обыск. Придурок. Извращенец. Ловит момент. Паркер и Кравитц иногда кидали друг другу фразы и тихо смеялись, а все, кто стоял рядом, не понимали, что и к чему они. Кроссвэлл подумал, что не хотел бы быть облапапанным Кравитцем, который не упустил бы возможности, и поэтому покосился на Паркер, которая отправила еще одного парня, хлопнув его по плечу. Когда в дверях за Лейтоном показался Лори, Кроссвэлл сузил глаза и чуть напрягся, наблюдая за тем, как он проходит в холл, также останавливается, рассматривает сию картину и такими же глазами смотрит на Лейтона. Лори с немым страхом посмотрел на Кравитца, который, подмигнув какому-то шестикурснику, указал ему на лестницу, и снова посмотрел на Лори, их глаза встретились в зрительной битве. Кроссвэлл чуть приподнял брови и, быстро отодвинув Лори, в два шага оказался рядом с Паркер, оглядываясь и самодовольно улыбаясь. Лори, который тоже дернулся было в сторону Паркер, замер и снова покосился на Вилли, вздохнув.