- Мне бы так, - вздохнул Брис, закатив глаза.

- Ну, ведь говорят, с кем поведешься… - загадочно проговорил Джинкс, обнимая его за плечи и отрываясь от места, идя вперед. - Пошли ко мне?

- Зачем? - недоверчиво спросил Брис, взяв рукой руку Джинкса, которую тот свесил с его плеча.

- Валерьянки тебе налью, - буркнул Джинкс, закатив глаза. - Да просто побудем вместе, эти еще не скоро придут.

Брис быстро улыбнулся, расслабившись. Это все его мысли…

«Нет, это паранойя».

«Тебя не спрашивали», - помрачнев, подумал Брис.

========== Глава 6 ==========

Табун мурашек как-то невольно и сам собой пробежал у Эшли по спине. И остановить это противное ощущение вряд ли он сумел бы. Легкое недоумение, если его можно было назвать легким, непонимание, разочарование, боль, обида. Удивительно, сколько человек может испытывать одновременно. Ах да, он еще раз немного разочаровался в жизни… Ну и ладно, не впервой, это всего лишь капля в его собственную чашу отвращения к жизни. Он ненавидел жизнь именно за ее неожиданность и странность. Вот минуту назад все отлично и хорошо и, кажется, даже настроение приподнятое, и ты даже выспался… а сейчас уже все хуже некуда, настроение пропадает, и хочется просто пойти и лечь спать. Ну, или зарыться телом в одеяло, уткнуться в подушку и полежать так… полежать, да. Порыдать бы еще можно было, но… это не принципиально важно. Эшли мог бы и без слез, ведь слезы - это лишний пафос и жалость к себе. Себя Эшли не жалел, он жалел, что не может сдохнуть вот так, просто щелкнув пальцами. Раз-два. Печально даже. Удивительно, как, только что будучи в прекрасном настроении, снова захотелось умереть. Потрясающе просто. А ведь он просто по «счастливой» случайности вышел из класса психолога до всего этого скандала и совершенно случайно столкнулся с Брисом и Джинксом в коридоре. Черт, значит, слухи - правда? И неужели Джинкс Джерман действительно встречался с этим психом? О нет, увольте, мир просто рехнулся. Просто… рехнулся.

Кажется… Эшли слышал какой-то противный звук трескающегося стекла. Хотя нет, подождите, похоже, это было его сердце. Да, оно самое. Оно и так было не слишком в порядке, но теперь оно окончательно умерло. Ну, или наполовину, ведь еще билось. Эшли просто захотелось провалиться под землю при виде всех этих поцелуев… и этих обниманий, прикосновений и улыбок… О черт, как же Джинкс ему улыбался. Он кому-нибудь еще так улыбался? Вряд ли. Только Брису. И чем этот психованный заслужил такое внимание к своей персоне? Ничем. Вот ничем, и все. Он же псих. Нет, Эшли не отрицал, что тоже был психом. Пытаться покончить с собой пять раз может только псих. Не умереть ни разу и провалиться в каждой попытке суицида может только неудачник. Псих-неудачник - вот кем был Эшли. Но его поступки хотя бы были чем-то оправданы. И если у Эшли спросить, какого черта он творит всю эту муть, он может подробно в письменном и устном виде, стихами и прозой описать все до единой причины его желания уйти из жизни. Теперь в этот список прибавился и Джинкс Джерман с его психованной шизой. В общем, объяснить Эшли свое поведение мог. А Брис нет. Сколько раз с ним ни пытались говорить на эту тему - все бесполезно. Он либо сам не понимает, что за чертовщину творит, либо понимает, но решает хранить интригу, ведь… столько внимания к его личности, вы что. И Эшли это не понимал и ненавидел. Ему казалось, Брис таким способом просто привлекает внимание, которого ему явно не хватало. Походу, даже с детства, если учесть то, как и сколько раз Брис срывался. И даже сейчас, встретив этих обоих в коридоре, Эшли был уверен, Брис опять сорвался, и Джинкс побежал его успокаивать. Ох, что? Слова «Джинкс» и «побежал успокаивать» сами собой звучат очень странно и никак не сочетаются, не смешите.

Хотелось пойти в туалет и проблеваться. И чтобы сердце вышло наружу через рот вместе с остатками еды тоже. Зачем оно, если от него все равно нет толку. Хотя организм не может существовать без сердца. И опять же это Эшли на руку. Когда он услышал о том, что Джинкс Джерман встречается с кем-то, кроме Паркер, единственной девушки в академии, да еще и с парнем… с Брисом Уэлстриком, местной шизой, Эшли просто рассмеялся. И смеялся долго даже до слез, сказав что-то про то, какая афигенная была шутка и что ее надо было припасти до первого апреля, все бы точно ПОРЖАЛИ. Но узнать о том, что это правда… правда, можно было просто схватить инфаркт, разочароваться в жизни и пойти сдохнуть, ведь зачем так жить в таком долбанутом мире?

- Эй, Эш, - послышалось сзади, и чья-то рука легла Эшли на плечо, отчего он поежился, резко выпрямился и сунул руки в карманы, - чего тут стоишь?

- А, это ты… - пролепетал Эшли, оборачиваясь и видя перед собой Лори Хэйла, слишком прямого и слишком правильного парня с его курса. Лори, и правда, был слишком правильным, уж в какой семье воспитали. Родители были настоящими консерваторами, четко соблюдавшими определенные правила. Вот и вырос у них Лориан – слишком занудный, правильный, но идеальный сын.

- Я, да, - хмыкнул Лори, выглядывая за угол и смотря на то, как Брис и Джинкс, обнявшись, уходят в сторону второго корпуса. - О, вау… а что, урок у психолога уже кончился?

- Нет, - буркнул Эшли, глубоко задумавшись о жизни, - это у Бриса, видимо, что-то случилось… как всегда. А Джинкс, он…

- Ну, ясно, что он, - снова хмыкнул Лори, поведя плечом и многозначительно посмотрев на Эшли. - Все нормально? Что-то ты странный…

- Отлично все, - мысленно Эшли уже представлял, как горит тело Лори на костре. Нет, с Лори у них никогда не было разногласий, но сейчас он бесил. Все бесили.

- А я опоздал на урок, вот шел с дополнительной алгебры…

- Ты? Опоздал? Как-то даже слова не сочетаются, - сыронизировал Эшли, уставившись куда-то в плечо Лори, где у него была свешена нетолстая коса из темно-каштановых волос. Оказывается, у Лори очень секлись кончики, которые он никогда почти не подстригал. Забавно, Эшли бы никогда не заметил, разве что сейчас…

- Так получилось, - виновато улыбнувшись, сказал Лори, пожав плечами, - так… что ты стоишь? Пошли скорее в класс, ты тоже, что ли, опоздал?

- Да нет, - быстро мотнув головой, сказал Эшли. Какой же Хэйл иногда был занудно надоедливый. До ужаса просто.

- Ну и пошли тогда, что стоять? Или я прав, и что-то случилось? На тебе лица нет, - чуть сморщивши свое маленькое остренькое личико, сказал Лори. Эшли на него мрачно и вызывающе посмотрел.

- Все. Отлично. Лори. Можешь идти в класс, я тебя не держу.

- А ты останешься?

- А я останусь.

- Почему?

- Интерес к психологии резко пропал.

- Почему? - сдвинув брови, спросил Хэйл. Эшли внезапно захотелось убить кого-то, кроме себя.

- Потому что пропало настроение. Потому что я не хочу там сидеть. Потому что меня все бесит. И ты тоже с твоими тупыми расспросами, - вполне спокойно сказал Эшли, сложив руки на груди и привалившись плечом к стене, глядя в сторону. Лори брови приподнял и чуть опешил от такой откровенности.

- Ну, прости, - выдал он без капли сожаления, - я же просто спросил, чего ты, в самом деле… - он посмотрел на лицо Эшли, а затем перевел взгляд в пол, все не решаясь уйти. Он даже сам не понял, почему не мог уйти. А хотелось. Мрачный и странноватый одноклассник не внушал доверия сейчас. - Может быть, это не мое дело…

- Да, не твое, поэтому иди, куда шел, ладно? - фальшиво улыбнувшись, сказал Эшли, резко посмотрев на Лори. Тот снова опешил, но быстро сменил выражения лица, сдвинув брови и сжав губы, приподнимая голову.

- Да пожалуйста, я как лучше хотел, - он быстро закатил глаза и обошел Эшли, быстро направляясь в класс. Он ненавидел опаздывать. Эшли даже не обернулся, просто слушая его шаги и ожидая, пока они совсем стихнут, а сам Хэйл скроется за поворотом. Отлично. Тишина. Полное одиночество и тишина. Тишина на Эшли, в отличие от многих людей, не давила, в ней сразу ему становилось легче, мысли яснее, да и никто не мешает все обдумать. Эшли оторвался от места и пошел к лестнице, чтобы затем особым путем выйти на крышу, спрятавшись там.