- Ну, наверно, проблема в том, что ты не с кем-то там встречаешься, а с нашей местной шизой, что очень круто может отозваться на тебе, - спокойно сказал Грант.

- Спасибо, - снова кинула Паркер, оглянувшись. Фостейн ей подмигнул и двинул бровями, посмотрев на Джинкса.

- Не называй его так, - спокойно попросил Джинкс, закатывая глаза, - ну, предложил я ему встречаться, и что? Он нравится мне, почему нет?

- Он психованный, Джерман! Ты чего? Ты реально думаешь, что это круто? Экзотики, типа, захотелось? - сказал Нилан, всплеснув руками.

- Да там, по-моему, не только экзотики захотелось, - как бы тонко намекая, сказал Гордон.

- Не ты ли все время называл его полной истеричкой? Не ты ли лучше нас всех понимал, что от него лучше держаться подальше? И, о боже мой, Джинкс Джерман встречается с Брисом Уэлстриком. Нормальный человек с местной шизой, - закатив глаза, сказал Паркер, плотно сжав губы.

- Не называй его так, черт возьми, - уже рассердившись, сказал Джинкс.

- Да почему? Если это правда… - начал Нилан, но его оборвали.

- Хотя бы потому, что я с ним! - сказал он, оглядев всех в комнате. - А меня вы уважаете. Значит, уважайте любое решение, принятое мной. Я же не диктую вам, с кем и как вам проводить свое личное время. Так и вы не смейте критиковать то, с кем и как я встречаюсь. Может, я не хочу постоянно быть один, как все вы.

- Конечно, лучше встречаться с шизой, - ехидно произнесла Паркер, сощурившись.

- Только попробуй назвать его так еще раз, - процедил Джинкс сквозь зубы, глядя на Паркер. Она громко усмехнулась и сделала к нему несколько шагов, ухмыляясь.

- Твой «парень» - психованная, неуравновешенная, дебильная Ш.И.З.А, - выдала она, вытягивая шею и наклоняясь всем корпусом к брюнету. Джинкса это в край взбесило, и он резко дернулся, пытаясь подойти в Паркер, но между ними тут же встал Стормак, придержав Джинкса за плечи. Паркер дернулась назад, прищурившись, а Грант встал, серьезно посмотрев на Джинкса.

- Так, давайте успокоимся, - проговорил Нилан, сжимая плечи выходившего из себя брюнета. Тот его руки с себя сбросил, выглядывая из-за его плеча, смотря на Паркер.

- Я тебе говорю, Паркер. Ты мне лично ничего не сделала, и отношусь я к тебе довольно хорошо. Но только попробуй еще раз что-то про него сказать, и наша дружба в один миг прервется.

- Не больно я ей и дорожу, - вскинув брови, сказала она. Джинкс не стал принимать это во внимание. Паркер всегда говорила все назло. Дружбу она ценила, очень ценила, вот только напрямую она никогда об этом не скажет. Такая уж была натура.

- И вы все, - повысив голос, сказал Джинкс, - вам придется смириться с этим, понятно? Ничего не изменилось. Я такой же, как и был всегда. Просто теперь меня с Уэлстриком кое-что связывает. И вас в принципе не должно волновать, что именно. Вы же уважаете меня? - спросил он, оглядев всех разом. Парни медленно кивнули, Паркер продолжала смотреть на него своими прищуренными глазами, сжав в одну линию губы. - Ну, так и все, в чем проблема? Вам должно быть плевать на него. Вы общаетесь со мной, а не с ним. За спиной, пожалуйста, обсуждайте, сколько хотите. При мне не надо просто.

- Ладно, он прав, - сказал Гордон, вставая с места, - какое нам, в принципе, дело? Пусть встречается, с кем хочет, нам-то что? Его проблемы.

Джинкс кивнул, а все остальные невольно с этим согласились. Бунт поднялся потому, что трудно было поверить, что такой важный Джинкс из элиты, уважающий себя, согласится встречаться с этим неуравновешенным Уэлстриком. Да даже не согласится, а предложит. И куда катится мир? Что будет дальше? Паркер даст Абелю? Грант признается в любви новенькому? Единороги будут преподавать физику?

- А ты чего так смотришь? - кинул Джинкс Лейтону. Все уже разошлись по своим делам, и даже Паркер, схватив какие-то свои журналы, вышла из гостиной быстрым и раздраженным шагом. Фостейн тоже не заставил себя ждать. Ушел за ней же, что-то напоследок сказав Нилану. Все остальные расселись в свои группки, принявшись что-то негромко и синхронно обсуждать.

- Какая же ты крыса, - процедил Лейтон, сузив глаза.

- Вау, - блаженно протянул Джинкс, сложив руки на груди, - это чувство, когда кто-то тебя даже не знает, но уже ненавидит.

- Кончай строить из себя непонятно кого. К чему был весь этот спектакль?

- Какой спектакль, ты о чем? - протянул Джинкс, захлопав глазами. Лейтону стало противно.

- К Абелю зачем меня надо было селить? Тоже какая-то особая часть плана, да? Что дальше?

- Да ничего дальше. Все, что надо, я уже сделал, - пожав плечами, честно ответил Джинкс.

- И к чему это было, черт возьми?

- А ты покусился на мое, - двинув бровями, сказал Джинкс, - я такого не прощаю.

- Ты про Бриса? - удивившись, спросил Лейтон. Джинкс закатил глаза.

- Да, про Бриса.

- Ты, действительно, придурок. Зачем он мне? Мы просто поговорили, а ты уже напридумывал себе всякого дерьма.

- Может, и напридумывал, какая разница? Ты мне не нравишься, и я не хочу, чтобы ты находился рядом с ним, - сузив глаза, сказал Джинкс.

- Да мне плевать как-то на то, что ты там хочешь…

- О, поверь, мои желания лучше учитывать, - улыбнувшись, ответил брюнет. - Не хочешь проблем, новенький, тогда не лезь, куда не просят.

- Ты действительно такой дебил, или мне только кажется? - сказал Лейтон, обходя его и направляясь на выход. – О, хотя , знаешь, ты прав. Я даже не стану к нему подходить. А зачем? Нужна мне… твоя шиза, - прошипел Лейтон, сверкнув глазами. Джинкс резко обернулся, но наглого новенького и след простыл. И тут Джерман понял, что простым предупреждением этот белобрысый наглец не отделается.

***

Лейтон проснулся от громко хлопка двери. Глаза он открывать не спешил и только приоткрыл маленькую щелочку, чтобы они привыкли к дневному свету. Рука, лежавшая на подушке, замерзла, но шевелить ею было жутко лень. Сам он по плечи был накрыт одеялом и лежал на боку, спиной к окну. Поэтому только по волосам, которые зашевелились от слабого ветерка, он понял, что окно открыто. Сегодня был только первый учебный день, а он уже был готов продать душу за то, чтобы никого из этих избалованных придурков не видеть. Ситуацию осложняла недавняя ссора с Джинксом и неприятное открытие о том, что здесь учится и Дэверели. Отлично, хуже просто не бывает. Или бывает?

По шагам, раздававшимся в комнате совсем рядом к его кровати, он понял, что Стаффорд давно встал. Будильник Лейтон никогда не заводил, потому что уже понял, что Сэм сам его всегда заводит, и он раздается на всю комнату. Невозможно не проснуться. Но сегодня, услышав его утром, он снова задремал. А все потому, что полночи не спал, куря и думая о вечности. Еще даже не открыв глаза, он понял, что в комнате что-то происходит. Он по шорохам понял, что стоит какая-то суматоха, потому что дверь хлопала уже не в первых раз, и Стаффорд ходил, просто как слон, наплевав на то, что в комнате он, мягко говоря, не один. Лейтон недовольно нахмурился, пытаясь открыть слабые и сонные глаза. Не получилось, ну, и фиг с ним. Он же проснулся, почему бы не полежать лишние пять минут.

- Твоя мать сказала, что если ты смотаешься из дома, никому ничего не сказав, как в этот раз, то она, так и знай, приставит к тебе кого-нибудь, - проговорил чей-то голос не так громко. Наконец-то. Хоть кто-то здесь уважал чужой покой.

- Ты не мог ей сказать, что меня уже жутко достала ее забота. Она дает мне ее больше, чем нужно, - фыркнул еще один голос уже погромче.

- Я всего лишь посредник между тобой и твоей матерью, не дави на меня, - усмехнулись в ответ. Послышалось какое-то шебуршание и звук раскрывающегося замка на сумке. Или на куртке. В общем, звук был именно таким.

- Что там еще? - спросил тихо второй голос.

- Да ничего. Бред какой-то там творится, я отца почти не видел, - хмыкнули недовольно ему, - зато твоего видел. Каждый день.

- Почему это? Как всегда, все самое интересное случается, когда я уезжаю?