- Тебе же не плевать. Ты же подумал обо мне. Тогда что помешало тебе подумать о Джулиане, прежде чем сделать это?

- Господи, Эван, кончай, ты просто до смерти меня напугал сейчас!- раздраженно проговорил Крис, закатив глаза. Эван внимательно посмотрел на него через зеркало.

- Ты же умеешь думать о других. Я же знаю, Крис, ты не такой ублюдок,- сложив брови домиком, проговорил Эван, оборачиваясь. Крис пристально уставился на душевую кабину.- Я не верю, что ты не подумал о последствиях, прежде чем сделать это. Ты же был в курсе, что ему достанется. Но за что ты так с ним, это же Джулиан, чем он заслужил вообще?

- Я не был в курсе, что ему достанется,- наконец честно и умно выдал Крис, сузив глаза, все еще смотря в эту кабинку.- Я вообще об этом не думал. Я просто хотел… этого, понимаешь?

- Какой же бред,- проговорил Эван, потерев рукой, еще влажной от воды, лоб.

- Он нравится мне, Эван,- сдавленно проговорил Крис, сдвинув брови. Эван выразительно на него посмотрел, не став уточнять, правда это или нет. Он верил и так. В Джулиана возможно было влюбиться с первого взгляда. Он цеплял. Но все же это показалось Эвану странным.

- Невероятно. А кто все время твердил, что ему нужна оторва и сорви голова, чтобы грабить банки? Если ты не заметил, Джулиан… немного другой,- усмехнувшись, сказал Эван. Крис быстро закатил глаза.

- Я просто таких людей никогда не встречал. Он такой… открытый, добрый, милый. Я обомлел прям, серьезно…

- И ты решил этой его открытостью воспользоваться?- иронично проговорил Эван, прислоняясь поясницей к раковине.

- Да нет же, Эван,- дернулся Крис.- Нет, поначалу да. Но потом я понял, что он особенный. Я не жалею о том, что я сделал, но да, мне странно от этого всего. Особенно когда я увидел его… сейчас. Он такой… убитый. И я просто смотрю на него… а внутри замки рушатся. Он будто очень болен… будто никогда и не жил.

- Знаешь, что с ним?- спросил Эван, прищурив глаза. Крис вопросительно на него посмотрел.- Ему больно, Крис. Обычно любимым людям не делают больно.

- Я не подумал.

- А теперь подумал?

- Теперь да.

- И что решил?

- Да ничего,- всплеснул руками Крис, выходя из ванной комнаты. Эван, еле сдерживая порыв раздраженно зарычать, тоже вышел из ванной, выключая свет и замечая, как в комнате душно.

- Он любит Роуза, Крис. И ему больно,- сказал он, подойдя к окну и посмотрев на то, как ветер ломает верхушки деревьев, заставляя их гнуться вниз и трепетать всеми своими голыми веточками. Снег валил стеной, видимость была плохая, а Эван только надеялся, что это точно помешает Роузу уехать. Нельзя было уезжать. Не сейчас.

- Мне ужасно не по себе оттого, что ему так больно, Эван. Это все, что ты хотел услышать?

- Да, это все,- как-то тихо усмехнувшись и обняв себя руками, сказал Эван.

- И к чему был весь этот разговор, черт возьми? Что ты пытался мне этим доказать?- Крис уставился ему в спину, сузив глаза и принявшись кусать губы. Почему-то захотелось кого-то убить. Или что-то разрушить… одно из двух.

- Я пытался разбудить в тебе совесть,- также тихо и твердо сказал Эван, не отрывая взгляда от снега. Он все ждал какого-то жеста от Криса. Вслушивался в то, что происходило за его спиной. Ждал понимания. И Крис понял, запрокинул голову назад и, закрыв лицо руками, глухо застонал, глядя в потолок. Эван усмехнулся. Крис внимательно посмотрел на него.

- Ты изменился, Эван,- вдруг выдал он таким тоном, будто боялся его обидеть. Эван бессмысленным взглядом уставился в окно.

- Ты уже говорил.

- Ты стал старше,- опять таким же тоном выдал он, тихо усмехнувшись. Эван плотно сжал губы, проморгавшись, и теперь уже не пустым, а внимательным взглядом проследил за снежинкой, кружащейся возле окна.- Я думаю, ты даже умнее своего этого аристократа.

- Джеймс очень умный,- твердо, но приподняв уголки рта, сказал Эван,- просто мы по-разному умны.

- Ой, да ладно…

- Серьезно. Я все это время изучал его, а не кувыркался с ним в первую же ночь нашего знакомства…

- Ну, сдается мне, что этой ночью кувыркался не только я,- хитро проговорил Крис, сев на кровать и откинув руки назад, опираясь ими о мягкое покрывало. Эван обернулся, вопросительно на его посмотрев, а Крис лишь приподнял брови и паскудно улыбнулся, сдерживая порыв засмеяться.

- С чего ты…

- Ой, да ладно. Ты еле стоишь. И сидишь тоже. И ходишь,- хихикнув, сказал Крис, облизнув губы. Хорошо, что кожа у Эвана была слишком бледная и малочувствительная, а то Крис заметил бы явный румянец.

- Подумаешь,- тихо выдал он, сжав губы и опустив голову, глупо улыбаясь.

- А он в курсе, что не первый?

- В курсе.

Крис удивленно приподнял брови.

- И что было? Он же весь такой из себя гордый, небось истерику не хуже Роуза закатил?- усмехнувшись, спросил Крис. Эван выразительно на него посмотрел.

- Нет, ничего не было. Он нормально отреагировал. Даже ничего не сказал.

- Правда?

- Да. Он сказал, что это мое дело и ему все равно, что было тогда. Ему важно то, что сейчас, а сейчас я с ним.

- И ты поверил?- изогнув бровь, спросил Крис. Он скрестил ноги и уставился на них, все думая о Джулиане.

- Во что верить, как не в любовь Джеймса?- хмыкнул Эван, снова переведя взгляд на окно.- Это единственное, во что я верю.

- Так он все-таки признался, что любит тебя?- даже удивившись, проговорил Крис, сдвинув брови.

- Нет, такие люди, как Джеймс, редко говорят такие вещи. Он, должно быть, сам боится себе в этом признаться,- покачав головой, ответил Эван.

- Тогда с чего ты это взял?- Крис внимательно на него посмотрел. Эван действительно стал старше. И все его размышления, и все его слова приобретали такой смысл, какой никогда до этого не приобретали. И Крис все думал и о его словах, и о Джулиане, и он все думал, как он там и как ему будет больно потом, когда Роуз его бросит. И он думал о том, какая же скотина этот МакАлистер. А еще о том, что Эвану очень нужна любовь Джеймса. И хотелось пойти и убедиться, правда ли Джеймс его любит или нет. Ведь если он не говорил, значит, были причины. И не хотелось, чтобы когда-нибудь Джеймс сделал Эвану больно. Ведь он видел, как больно было Джулиану, и он не хотел, чтобы Эван когда-нибудь это испытал. Они ведь с Джулианом с одной тарелки. Они ведь далеки от Ленца Делайта с его способами любить. Они увядают, как цветы, и ничто не заставит их больше подняться.- С чего ты это взял, Эван?- повторяет Крис, не отрываясь от него взглядом. Эван только сильнее обхватил себя руками и тихо усмехнулся, приподняв уголок губ.

- Я просто сам это знаю…

***

- Я знаю, чего ты хочешь, Роуз…- тихо сказал Джулиан, не отрывая взгляда от Роуза, стоящего в паре метров от него. Роуз нервно прикусил костяшки пальцев, смотря в окно, сдерживая порывы взять и закурить. Он же бросил и не курил почти месяц. Медленно переведя глаза на Джулиана, он постарался не сталкиваться с ним глазами. Почему-то этого хотелось сейчас меньше всего. Он по голосу слышал, что тот совсем не успокоился, пусть и выглядел уже не так, как днем. Голос дрожал. Он слишком много плакал.

- Действительно?- не сумев выдержать паузу, сказал Роуз. Он смотрел куда-то в пол, в ноги Джулиану, которые тот скрестил и плотно сжал. Он поднялся выше по его телу. Руки сцеплены в замок на груди, и тонкие белые пальцы… они все равно дрожали. И он не узнавал эти пальцы, эти кисти рук и ноги. И он будто видел их в первый раз. Когда? Когда это тело стало ему чужим? За окном завывал ветер, и Роуз ненавидел этот ветер и этот дом, в котором он был заточен из-за этого ветра. Снег сыпал стеной, и Роуз обернулся, снова кинув взгляд на окно. И он делал так часто, будто когда-то он увидит там не лес с замерзшей речкой, и не кроны деревьев, и не этот пушистый назойливый снег. Будто однажды он увидит там соседний кирпичного цвета дом и пару голых деревьев, отделяющих их дом от соседнего. И он увидит соседнее окно, на котором сидит любимая кошка хозяев, и он увидит пару цветов, которые так бережет хозяйка. А потом он посмотрит на раму своего окна… идеально ровно выкрашенную, светло-голубую с резьбой, как любил его отец. И он поймет, что дома, что они не уезжали. И что Джулиан пришел сказать, что готов завтрак… или ужин. Или сказать, что хотел бы посмотреть фильм. А во время фильма он бы без остановки рассказывал о том, что произошло в институте, не переставая параллельно гладить волосы Роуза, который положил голову на его плечо. И Роуз попросит его говорить потише, но улыбнется, чтобы это не выглядело упреком. И Джулиан помолчит секунду, рука застынет в волосах Роуза, он посмотрит на главных героев фильма, задумавшись. А потом, может быть, засмеется и расскажет просто потрясающую историю, о которой совсем забыл. И Роуз не попросит его замолчать, пусть даже и фильм будет его любимым. Ведь рядом рассказывал какую-то нелепую историю не менее любимый Джулиан. И он обязательно посмеется над этой истории вместе с ним, пусть она и будет вовсе не смешная. Ведь любимые люди так и делают. Они всегда смеются глупым, кажущимся совсем не смешным шуткам, и они никогда не просят замолчать, если им рассказывают важную для этого человека историю. Пусть для тебя она совершенно и не важна, и ты все думаешь о том, почему же он тебе ее рассказал сейчас за просмотром фильма, а не за завтраком, за которым вы обычно молчите… и все задаваясь этим вопросом, Роуз посмеется этой истории и, может быть, скажет пару фраз. А Джулиан упрекнет его в том, что тот, как обычно, не так все понял. И, закатив глаза, он продолжит смотреть фильм. И ему вовсе не нравится этот фильм, но это любимый фильм Роуза. А люди всегда будут смотреть с любимыми фильмы, которые им нравятся… пусть и лично им смотреть его в который раз уже надоело. Но ведь не в этом дело. Не в этом.