подруга.

– Я люблю его, – ошарашила нас Лиза. – А как зовут, до сих пор не знаю.

– Кого ты любишь? – растерялась я.

Мне на миг показалось, что у меня слуховые галлюцинации – как же, пришла с признанием в любви к одному, а теперь говорит о чувствах совсем к другому.

– Друга Штадена, – невозмутимо ответила она, – который к вам сюда приходит с пирожными и конфетами.

Она так мечтательно это сказала, что можно было подумать, предмет ее любви – как раз то, что у нас обычно стоит на столе.

– Подожди, – удивилась Грета, – ты когда пришла сюда, говорила про Олафа, так?

– Кому интересен этот неудачник, когда рядом есть настоящие мужчины. – Фогель положила браслет на стол, но продолжала водить по нему пальцем, не в силах оторваться от этого увлекательнейшего занятия. – Как его зовут?

– Дитер Ведель, – четко сказала подруга, подхватила одуревшую Лизу и выставила за дверь.

– Дитер… какое красивое имя, – донеслось оттуда восторженное.

– Зачем ты сказала? – возмутилась я. – Она ненормальная. Еще потащится в Военную академию искать Веделя. Неужели тебе его не жалко?

– Ты не поняла? – удивленно сказала Грета.

– Что я должна была понять?

– Ты не зря не хотела брать браслет в руки. Он был с начинкой.

Я пригляделась. На нем еще можно было разглядеть легкую дымку сработавшего заклинания. Заклинания ментальной магии. Заклинания, которое в одно мгновение заставило Лизу поменять предмет своей страсти. Мне даже в голову не пришло проверять подарок, настолько я доверяла Веделю. Но сейчас я испытывала к нему лишь чувство гадливости. С помощью карандаша я переместила браслет на лист бумаги и тщательно его завернула. Пусть заложенное заклинание уже сработало и не могло заставить полюбить, но прикасаться к веделевскому дару было противно. Я положила сверток в карман и молча направилась к выходу.

– Ты в Военную академию? – уточнила Грета. – Я с тобой. Хочу в глаза ему посмотреть. Я тоже могла это взять.

Поддержка мне и не требовалась, но в таком желании подруге отказать я не могла. Всю дорогу она громко возмущалась гадкой натурой Веделя, распаляя и себя, и меня все больше и больше, хотя я и без этого была зла до невозможности. Хотелось швырнуть ему этот подарок в лицо и высказать, что я думаю о таких людях. Мы с Гретой ему доверяли и не ждали никакой подлости! В общежитие, где жили будущие военные маги, нас не впустили, предложили дождаться Веделя у входа. За ним отправился дежурный. Дитер вышел очень быстро, лицо его сияло, что разъярило меня еще больше.

– Дитер, – сказала я, стараясь говорить спокойно, а не накинуться на него с обвинениями, – я решила вернуть вам браслет, не дожидаясь, пока пройдут две недели. То, что вы сделали, это возмутительно! Я не ожидала от вас настолько подлого поступка. Я не хочу вас больше видеть. Никогда.

– Эрна, – растерянно сказал он, – что вы такое говорите? О чем вы?

Недоумение на его лице меня не убедило, лишь еще сильней распалило. Делаешь пакости – так будь добр отвечать за них, а не делать вид, что ты здесь ни при чем.

– Вы прекрасно меня поняли. Да, и еще, Дитер. В нашем общежитии вас ждет очень влюбленная инорита. Элиза Фогель. Знаете ее?

– Нет.

– Узнаете. Она девушка такая, долго ждать не будет – сама придет сюда в поисках предмета своей страсти, – мстительно сказала я. – Можете готовиться.

Грета тоже разразилась эмоциональной речью, в которой кратко, но емко охарактеризовала Веделя как очень нехорошего человека. Честно говоря, я даже не знала, что подобные слова и выражения используются моей подругой, а Крастен ей так и не прочитал обещанную лекцию. Но для того, чтобы описать случившееся, эти слова подходили как нельзя лучше. Дитер недоуменно молчал, лишь переводил взгляд с меня на Грету. Но к ее речи я ничего добавлять уже не хотела. Лишь только она закончила, мы развернулись и ушли.

Глава 30

Уйти далеко нам не удалось. Ведель не стал стоять истуканом возле своего общежития, а бросился вдогонку и схватил меня за руку. Я попыталась ее выдернуть, но безуспешно, и гневно на него посмотрела.

– Подождите, Эрна, – умоляюще произнес он. – Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите. Что я сделал? При чем тут какая-та Элиза?

– Ваш браслет с заклинанием взяла в руки Фогель, и сейчас она влюблена в вас по самые уши, – холодно пояснила Грета.

– Вы думаете, что на моем подарке было заклинание? – поразился он.

– На браслете остались следы ментальной магии.

– Зачем мне это надо было делать? Я никогда не скрывал своих чувств. И если я бы хотел вас приворожить, что мешало мне принести конфеты с подобной начинкой и проследить, чтобы их съели именно вы? Я почти ежедневно приходил… – даже с некоторой растерянностью, для него нехарактерной, сказал Ведель.

Мы с Гретой переглянулись. В самом деле, слова Дитера звучали правдиво.

– Но влюбилась она в вас, – неуверенно заметила я.

– Я не знаю, как мне оправдаться в том, что не делал, – с отчаянием в голосе сказал Ведель. – Это ужасно – то, что вы про меня подумали.

– Дитер, – растерялась я, – а что мы должны были подумать? Вы принесли браслет. Его взяла в руки Фогель и моментально в вас влюбилась. Это факты.

– У меня нет этому объяснения. Но я этого не делал.

Ведель выглядел совсем убитым нашими словами. Его поведение сильно поколебало мою уверенность. Я растерянно посмотрела на Грету. Я бы так хотела, чтобы он не имел отношения к этому гадкому происшествию, но… Факты. Факты говорили против него. Грета меня поняла.

– Дитер, – сказала она, – мы бы хотели вам поверить. Дайте слово, что вы не имеете к этому отношения.

– Слово чести, – твердо ответил он.

Такими словами не разбрасываются даже гражданские, а уж военные – тем более. Теперь у меня не осталось сомнений в его невиновности. От этого стало легче, но ненамного. Сработавшее заклинание его слова не отменили.

– Кто тогда это сделал? – недоуменно сказала я.

– Кто угодно, – после непродолжительных раздумий ответила Грета. – Я же говорила тебе убрать браслет со стола.

– Но зачем? Кому было нужно, чтобы я влюбилась в Дитера?

– Может, кто из штаденовских девиц? – предположила Грета. – Дитер, вы не знаете, с кем он сейчас встречается?

– У нас не принято обсуждать подобные темы, – уклончиво ответил он. – Но ментальная магия – не тот раздел, который дают всем. Насколько я знаю, в вашей академии не предусмотрен курс даже по основам. Значит, это должна быть магичка, учащаяся на последнем курсе нашей академии или окончившая ее. Девушек у нас очень мало, и все они четко знают, что использование ментальной магии в быту – уголовное преступление. Кстати, и я обязан доложить о случившемся.

– Что будет теперь с Лизой? – спросила я. – Она так и останется влюбленной?

– Я не знаю, – ответил он. –